— Думаете, он меня больше не любит? — плача, спросила королева-мать.
Байцзэ сухо кашлянул:
— Я не думаю, что это так... — Нефритовый император за тысячи лет жизни повидал немало красавиц. А девятихвостая лисица — не более чем красавица, пусть и необыкновенной красоты. Хотя характер Нефритового императора был не очень хорошим, но исходя из его понимания Нефритового императора, он не стал бы делать такую низкую вещь, как флирт с другими перед собственной женой.
— У-у-у-у... — королева-мать продолжала плакать, поэтому у Байцзэ не было выбора, кроме как схватить малышку и пойти найти Юэ Лао.
— Давай попросим у Юэ Лао кусочек красной нити, чтобы связать тебя и Нефритового императора, — уговаривал Байцзэ королеву-мать. Красная нить Юэ Лао называлась брачной нитью, которая определяла все браки в мире. Двум людям, которых соединяла красная нить, предназначено быть вместе. До тех пор, пока красная нить цела, они будут любить друг друга и состарятся вместе.
Когда королева-мать услышала это, она сразу перестала плакать, кивнула и обняла Байцзэ за шею. Байцзэ наклонился, чтобы поднять королеву-мать. Когда остальные малыши услышали, что он идет в Лунный дворец, то сразу же начали просить взять и их с собой.
— Нет, — отказался Байцзэ моментально. В Лунном дворце повсюду стоят глиняные фигурки смертных, а красная нить, соединяющая две фигурки, связывает их узами брака. Лаоцзюнь и Ли Цзин, эти два озорников, куда бы ни пошли, повсюду создавали проблемы. Кто знает, что они устроят, попав в Лунный дворец. Если они испортят красные нити или опрокинут глиняные фигурки, это будет большая беда.
— Я пойду с тобой, — неожиданно произнес Фули.
Байцзэ посмотрел на серьезное лицо Фули: мог ли Юаньши Тяньцзунь заметить что-то неладное? Не успев толком обдумать ситуацию, Байцзэ кивнул и повел двух маленьких детей в Лунный дворец.
Не выходящий наружу уже несколько дней Байцзэ почувствовал, что атмосфера в небесах кажется немного странной.
— Чирик...
Громкий щебет феникса пронзил небо. Байцзэ поднял голову и увидел огромного феникса, пролетающего над его головой. Его ярко-красные перья закрывали небо и солнце, крылья развевались, как облака в небе. Там, где он пролетал, белые облака загорались и становились багрово-красными. Единственный огненный феникс в Трех царствах — Король Феникс.
Сразу же за королем фениксов летел разноцветный павлин. Павлин был чрезвычайно быстр, он мгновенно закружился перед королем фениксов, слегка пританцовывая, а затем медленно распустил свои великолепные хвостовые перья.
П.п.: В китайской мифологии царь-феникс — бессмертная птица, редкое появление которой считается предзнаменованием, предвещающим гармонию при восхождении на престол нового императора. Цинъяо — синие или зеленые птицы, которые фигурируют в китайской мифологии, народных сказаниях, поэзии и религии (китайцы несколько неоднозначно относятся к английской цветовой лексике, и слово qing может переводиться как «синий», «зеленый» или даже «черный»). Цинъяо считаются особенными посланниками или, иным образом, служат королеве-матери запада Си Ванму. В некоторых источниках трехногие цинъяо несут ее послания; в других источниках один одноногий цинъяо приносит ей пищу.
— Сяньцзюнь Цинъяо, его... хвост раскрыт? — Цянь Лянь, стоявший у Южных Небесных Врат и гревшийся на солнце, протер глаза.
— Король феникс — птица мужского пола, верно? — Шунь Фэн-эр широко открыл рот: — Цинъяо тоже... птица-самец...
— Мир становится все хуже! — Великий бог духов, сидящий позади них и пивший вино, вздохнул: в настоящее время Небесный двор становился все более и более хаотичным.
Байцзэ тоже был очень удивлен. Он помнил, что Король феникс давно влюблен в кого-то, но это точно был не этот самец павлина. Феникс — повелитель всех птиц. Хотя этот Цинъяо и имел высокий ранг бессмертного, но подчинялся королю фениксов. Он осмелился бросить вызов самому королю. Это было действительно... смело.
Когда король фениксов увидел, как павлин распустил хвост, он на мгновение остолбенел и завис на месте, как вдруг из его рта вырвался поток пламени.
— Кря!
Павлин дико закричал, когда его обожгло, и поспешно спрятал хвостовые перья и отпрянул в сторону. В это время король фениксов уже пролетел перед ним и открыл рот.
— Кря-кря-кря! — павлин закричал еще сильнее. Король фениксов безжалостно клевал его, используя самый примитивный метод выщипывания перьев с его головы, чтобы заставить его успокоиться.
Байцзэ отвел взгляд, покачал головой, обнял королеву-мать и потянул Фули за собой. Фули протянул руку и поймал упавшее павлинье перо. Оно было красочным и красивым, и он небрежно положил его в рукав.
— А кто это обнимает бога Байцзэ? — с любопытством спросил Великий бог духов, когда увидел Байцзэ и малышей, повернув голову к Цянь Ляню, который был рядом с ним.
— Это... — Цянь Лянь взглянул на Байцзэ и хотел было начать нести чушь, но не смог ничего сказать. Под взглядом огромных, как медные колокола, глаз великого бога духов его лицо покраснело. К счастью, у него была фиолетовая кожа, и никто не мог сказать, покраснел ли он.
Однако то, что он не может сплетничать... это действительно... слишком обидно.
http://bllate.org/book/13122/1162615
