Во второй половине дня вовсю светило солнце, поэтому Байцзэ решил вывести детей во двор, чтобы они погрелись на солнышке и попутно научились медитировать.
Давным-давно, когда Байцзэ был еще маленьким пушистиком, он не мог принять человеческую форму, хотя и накопил огромное количество бессмертной силы в своем теле. Только когда он научился медитировать, концентрировать свой разум и собирать бессмертную силу воедино, он постепенно научился этому.
Ситуация этих бессмертных, которые превратились в детей, возможно, была похожа на его прежнюю ситуацию. Поскольку сила реинкарнации ослабила их бессмертную силу, возможно, из-за этого им было трудно поддерживать нормальную форму, и те немногие бессмертные силы были рассеяны во всех уголках их тела. Если они изучат метод Байцзэ по преобразованию формы и сбору бессмертной силы, то, возможно, они смогут измениться обратно.
— В этом есть смысл, — Фули внимательно выслушал слова Байцзэ и слегка кивнул. Огромная бессмертная сила в его теле была на исходе, она была рассеяна в сухожилиях и венах, и ее было трудно собрать.
Приятный солнечный свет был теплым, что было непреодолимым соблазном для Байцзэ. В любом случае, он мог говорить и в звериной форме, поэтому Байцзэ вернулся к своей первоначальной форме и раскинул конечности, лежа в просторном дворе дворца Юйцин.
Фули, сидя скрестив ноги напротив Байцзэ, слегка прикрыл глаза, пытаясь почувствовать метод трансформации Байцзэ:
— Где я должен собрать свою бессмертную энергию? — от ясного и трогательного голоса, с неповторимой мягкостью ребенка, Байцзэ почувствовал себя так комфортно, что не смог удержаться и тихонько завилял хвостом.
— Силы, которую ты накопил сейчас, может не хватить для изменения формы. Поэтому сконцентрируй ее в той части тела, которую хочешь увеличить, — Байцзэ сомкнул передние лапы и обхватил маленького Юаньши Тяньцзюня. Фули, казалось, не заметил действий Байцзэ, продолжая медитировать с закрытыми глазами.
Бессмертная сила текла по его венам и медленно собиралась в центре ладони. Руки соединены, туманно-голубой свет струится по ладоням. Бледные маленькие руки, казалось, изменились, но через мгновение они вернулись в исходную точку. Недовольный Фули поднял руки, снова собрал свою бессмертную силу и повторил попытку.
Байцзэ смотрел на милое нежное личико Юаньши Тяньцзуня, которое так и сияло в лучах солнца, как тонкий фарфор, а его брови были безупречно ровными. Байцзэ почуствовал, как у него зачесались лапы от желания прикоснуться. Он медленно поднял одну из лап и попытался коснуться нежного личика, но в это время Лаоцзюнь, выкапывавший побеги бамбука в бамбуковом лесу, выскочил и врезался в шерсть Байцзэ.
Байцзэ испуганно вскрикнул, но сразу же замолчал, посмотрел на Лаоцзюня и сказал шепотом:
— Хватит шуметь, что ты делаешь?
— Смотри, что я откопал! — Лаоцзюнь с энтузиазмом прошелся перед Байцзэ, показывая ему бамбуковые побеги, сложенные в свою одежду. Свежие и нежные побеги бамбука выглядели такими хрустящими и вкусными, что Байцзэ наклонил голову и закинул их в рот, начав с аппетитом жевать.
— Эй! — Лаоцзюнь сразу же прекратил ходить и поднял руку, пытаясь забрать побеги бамбука: — Я хочу использовать их для создания эликсира!
Байцзэ посмотрел на него. Что за эликсир он мог сделать с побегами бамбука? Эликсир со вкусом бамбука...
Лаоцзюнь забрался на тело Байцзэ, пытаясь образумить его. От солнечного света густой мех так нагрелся и был таким пушистым, что Лаоцзюнь, как залез на него, так и улегся, не устояв, больше не шевелясь.
— Не создавай проблем, видишь, Юаньши Тяньцзунь медитирует, чтобы превратиться обратно, попробуй и ты, — повернув голову, сказал Байцзэ лежащему на своей спине Лаоцзюню.
— Давай попробуем, — Лаоцзюнь достал алхимическую печь, поставил ее на голову Байцзэ, сел, скрестив ноги, сделал ладонями диаграмму Тайцзи, а затем соединил их перед своим даньтянем.
Байцзэ, подперев подбородок лапой, лежал с печью на голове и с интересом наблюдал за происходящим, считая, что движения этого малыша весьма изящны и благородны, и что он действительно достоин быть Тайшань Лаоцзюнем.
Лаоцзюнь закрыл глаза и, замедлив свое дыхание, затих. Налетевший ветерок разметал волосы Фули, шерсть Байцзэ также взметнулась волной, а пепел в алхимической печи рассыпался, запачкав шерсть на его голове. Байцзэ чихнул, но, боясь потревожить Фули, мог только подпереть рукой голову, держа в одном положении и позволяя пеплу из надоедливой печи летать вокруг него.
Фули не шелохнулся, все так же неподвижно медитируя. Постепенно маленькие руки окутал туманный голубой свет. Байцзэ, не смея дышать, тихонько повернул голову, чтобы посмотреть, чего добился Лаоцзюнь. Обернувшись, он увидел, что Лаоцзюнь, который должен был медитировать, уже крепко спит, зарывшись в его мех и оттопырив попу кверху.
http://bllate.org/book/13122/1162608
