Даже спустя более чем полмесяца «Женитьба Фигаро» не собиралась сбавлять обороты, поскольку публика продолжала прибывать в театр «Палисад», покупая билеты на спектакль.
Ранними зимними ночами в Вене луна уже висела высоко в небе. Старинные здания выглядели будто замки из средневековья. Десятки людей вошли в театр, ожидая начала спектакля.
— Локэ, я не ожидал, что ты будешь слушать «Фигаро»!
— Ха-ха, Дэс, я бы тоже никогда не подумал, что увижу тебя снова. Ты разве не приходил на прошлой неделе? Почему ты снова здесь?
— Эй, разве вы не делились своими билетами на Facebook на днях? Почему вы, ребята, снова здесь?
Двое мужчин средних лет переглянулись, затем тактично улыбнулись и бок о бок вошли в театр.
Хороший спектакль всегда привлекал публику так, что люди приходили на него снова и снова, не уставая смотреть. Даже если певец пел одну и ту песню, каждый раз он исполнял его немного по-другому.
И недавний прогресс театра «Палисад» был очевиден для всех, особенно их оркестровое сопровождение. Иногда они были величественны, как гром, иногда сентиментальны, как шепот влюбленного. Их исполнение определённо стоит потраченных денег.
Даже известный музыкальный критик Вены Шаффер высоко оценил «Женитьба Фигаро» театра «Палисад» в журнале «Голос Вены», написав: «Оркестр совершенствовался с удивительной скоростью. Их мастерство и чувство музыки растёт день ото дня. Ох, уж эта незабываемая «Женитьба Фигаро». Оркестр, прячущийся за актёрами, без сомнения, все сплошь темные генералы этого спектакля!»
Когда Даниэль приехал к театру, он встал перед красивым зданием в европейском стиле и кивнув, сказал:
— Я видел театр «Палисад» всего один раз, но это довольно большой театр, Кристель.
Выйдя из машины, Кристель беспомощно улыбнулся.
— Даниэль, «Палисад» – один из самых известных частных театров Вены. Их опера всегда была превосходной.
Даниэль кивнул, затем повернулся к другому мужчине.
— Кстати, Мин, где билет?
Темной ночью красивый мужчина с глубокими чертами лица стоял на обочине улицы с закрытыми глазами. Он был одет в чёрный костюм, сшитый на заказ, идеально сидящий на его фигуре. Большая часть его лица была скрыта в темноте, из-за чего его было трудно узнать.
— Билета для тебя нет.
После паузы Мин Чэнь повернулся к Кристелю и сказал:
— Кристель, не беспокойся о нём.
Даниэль тут же возразил:
— Ерунда! Когда Маленький Ангел прислал билеты, я ясно увидел, что их было пять! Остальные ребята из оркестра не осмелились бы пойти с тобой, так что ты потащил меня и Кристеля! Давненько я не слушал скрипку Маленького Ангела. Ты, давай билет сейчас же!
Мин Чэнь поднял брови, но прежде чем он успел заговорить, Кристель беспомощно сказала:
— Остон, я не думаю, что Ангел хотел, чтобы ты сидел один и оставлял остальные четыре места свободными. В конце концов, он прислал тебе пять билетов. Опера вот-вот начнется. Пойдём, уже, ну?
Заключив мир с Даниэлем, Мин Чэнь неохотно прошёл в зал вместе с ним и Кристелем. Когда они вошли, опера уже началась, поэтому единственными источниками света были тускло горящие лампы на стенах. Таким образом, они вошли в зал незамеченными. После долгого звонка остальные лампы в зале погасли, и зал погрузился во тьму.
Даже Даниэль замолчал после первого звонка, ожидая начала оперы.
Первым звуком, который они услышали, была тихая скрипка. Красота игры струнного инструмента становилась ещё ярче в полутьме. После того, как заиграли духовые инструменты, занавес открылся, и сцена осветилась, и актёры начали выступление.
Когда первый трек закончился, Даниэль прошептал:
— Пение хорошее, но оно недостаточно хорошее, чтобы заполнить зал на полмесяца. Хотя вот оркестр действительно очень хорош. Что думаешь?
— Струнные играли хорошо, духовых немного не хватает, — с улыбкой прокомментировала Кристель.
Затем Даниэль повернулся к мужчине с другой стороны.
— Мин, что ты думаешь?
— Все хорошо.
После паузы мужчина добавил:
— Концертмейстер – лучший.
Даниэль: «…»
Хватить нахваливать своего Маленького Ангела всё время! Ты хочешь умереть, а?!
Хотя у Даниэля не было большого музыкального образования, он изучал игру на фортепиано и аккордеоне более десяти лет. Став одним из менеджеров Bai Ai, он также попал под влияние и стал разбираться в хорошей музыке. Поэтому по сравнению со многими другими простыми любителями, он был более квалифицирован и мог себе позволить комментировать оперу.
Если Даниэль мог оценить превосходное исполнение оркестра, то Кристель могла разобрать каждый инструмент по отдельности. Когда она указала, что струнные инструменты хороши, она имела в виду, что «группа скрипачей действительно хорошо поработала».
Конечно, со своего места Кристел могл слышать инструменты вместе, Мин Чэнь слышал только одну скрипку, которую ждал с самого начала. В последний раз он слышал её в Париже.
Затем они вместе стояли на сцене и играли «Весеннюю сонату».
Звуки рояля и скрипки, перешептывающихся друг с другом, всё ещё звучали в его ушах. Но теперь у юноши уже была возможность самостоятельно руководить оркестром. Он исполнял такую красивую, трогательную мелодию.
Он быстро прогрессировал… Нет, он прогрессировал слишком быстро!
Даже стойкий Мин Чэнь был глубоко потрясен этой ужасающей скоростью. Он почувствовал сильное давление в груди.
Когда исполнение закончилось, Даниэль взорвался аплодисментами. В конце оперы хор людей, кричавших «Браво» эхом звучал из глубины зрительного зала под бурные аплодисменты.
Аплодируя, Даниэль похвалил:
— Кристель, их выступление действительно хорошее. Это уровень Венской национальной оперы, тебе не кажется? Такого искусного исполнения «Женитьбы Фигаро» я давно не слышал. Просто великолепно.
Кристель кивнул.
— Да, пели хорошо. Более того, ко второму акту оркестровое сопровождение было превосходным, что делало оперу в целом еще более выдающейся.
После небольшой паузы он улыбнулся и добавил:
— Если Маленький Ангел – концертмейстер этого оркестра, то, если честно, я чувствую некоторое давление.
Услышав это, Даниэль поднял бровь.
— Ты беспокоишься, что однажды он может превзойти тебя?
Кристель ответил:
— Ты просто думал, что этот день очень далёк?
Даниэль разбирался в струнных инструментах на среднем уровне.
— Маленькому ангелу в этом году всего 22 года, а тебе было 25, когда ты присоединилась к Bai Ai. Чтобы превзойти тебя тогда, я думаю, Маленький ангел мог бы сделать это за год или два. Это абсолютно невозможно сейчас. Не думай о этом так сильно, Кристель.
Не опровергая слов Даниэля, Кристель улыбнулся и кивнул в свете фонарей холла. Затем он посмотрела на человека, сидящего напротив него.
Вскоре главный дирижер и концертмейстер Bai Ai пришли к единому мнению:
«Этот день может быть не так уж и далёк. Они оба должны работать усерднее».
В конце выступления зрители скандировали «Бис», этим прося актёров и музыкантов выйти ещё раз. Ощутив подобный тёплый приём, они всё же вернулись на сцену и снова исполнили кусочек из пьесы.
Мин Чэнь не остался после окончания спектакля, чтобы посмотреть на повторный выход. Прежде чем зажглись все огни, трое тихо вышли из зала.
Даниэль и Кристель сразу же уехали, а Мин Чэнь посмотрев на указатели, затем отправился к закулисью театра «Палисад». Увидев перед собой вход, он сделал шаг ближе, когда… его остановили.
Охранник между парадным входом и входом за кулисы подозрительно посмотрел на него, видя только половину его челюсти, так как большая часть его лица была скрыта под чёрной маской. Да уж, в таком виде мужчину только как за вора можно было и принять!
Высокий крепкий охранник строго крикнул:
— Сэр, это зона только для служащих здесь. Пожалуйста, вернитесь.
Поколебавшись, Мин Чэнь посмотрел на мужчину и прошептал:
— Мой… друг работает с оркестром театра. Я пришёл забрать его.
Охранник помедлил, потом покачал головой.
— Тогда, пожалуйста, подождите своего друга снаружи, сэр.
С особенно долгим вздохом Мин Чэнь снял маску, его взгляд стал холодным. Спокойным тоном и элегантным, благородным тоном он сказал:
— Я Остон Бертрам, и у меня назначена встреча с мистером Уоллесом, дирижером оркестра.
В тот момент, когда он снял маску, глаза охранника расширились. Затем он нахмурился и с сомнением спросил:
— Прошу прощения, сэр. Но… кто такой Остон Бертрам?
Мин Чэнь чьё лицо в тот момент было немного болезненным: «…»
За пределами оперного зала мужчина безразличного вида и дородный охранник смотрели друг на друга. Наконец мимо прошёл сотрудник театра «Палисад» и нарушил тишину.
— Ау… Мистер Остон Бертрам?!!!
Мин Чэнь кивнул и спокойно сказал:
— Привет. Я хочу пойти за кулисы, чтобы поговорить со своим другом.
— Ахх… Конечно!!! Пожалуйста, следуйте за мной!!!
Положив руку на грудь, Мин Чэнь вежливо поклонился сбитому с толку охраннику и сказал:
— Вы очень преданы делу.
Затем он широкими шагами двинулся прочь, следуя за сотрудником.
В мыслях Мин Чэнь уверял себя, что охранник просто не разбирается в музыке. Это каким чурбаном надо быть, чтобы его не узнать!
http://bllate.org/book/13108/1159901
