Девушка шла по коридору, держа в руках вазу с тонким горлышком в которой стоял букет свежих цветов. Её взгляд нет-нет, да скашивался вниз, но вскоре она издалека услышала тяжелые шаги. В панике девушка отступила в сторону, пропуская спешащих людей, однако те слегка задели её.
Не смотря на то, что бояться было нечего, её руки дрожали, из-за чего на мгновенье она ослабила хватку. Этого хватило, чтобы ваза с цветами выскользнула из рук. От осознания этого факта разум девушки помутился, и она уже представила свою безвременную кончину, но в этот момент костлявая рука дёрнулась в её сторону и поймала вазу.
Посмотрев на своего спасителя, барышня покраснела и отвела взгляд.
— Как называются эти цветы? Они прекрасны, — раздался приятный голос мужчины.
— Это «Улыбка Наташи». Благодарю за помощь, Ваше Высочество Юлай.
Солнце сегодня светило очень ярко, и кожа молодого мужчины казалась ещё белее, он был словно слеплен из фарфора. Его брови были тонкими, однако в них всегда присутствовал тонкий намек на враждебность. Впрочем, это не умаляло его почти суровой красоты.
— Эти вояки хоть и красивы, но всегда так грубы.
Юлай вздохнул, как-будто ему действительно было жаль стоявшую перед ним девушку. Та покраснела и, крепче прижав к себе вазу с цветами, посмотрела на удаляющихся солдат. Её сердце по какой-то странной причине трепетало.
— Ваше Высочество, это… то что сейчас произошло…
Юлай улыбнулся и успокаивающе сказал:
— Не волнуйся об этом. Ты ответственна только за то, чтобы быть такой же прекрасной, как и эти цветы, — наклонив голову, он взял один цветок и, вдохнув его аромат, продолжил низким голосом, — прежде чем уйти, я украду один бутон, пусть эта шалость останется только между нами.
Щёки девушки пылали алым пламенем, в то время как её душа раскололась на кусочки. Красавица даже не успела ничего ответить, как Его Высочества уже и след простыл, оставляя её с разбитым сердцем.
Всё прошло без происшествий, даже наоборот, очень мирно. Юлай недавно узнал об исчезновении Оливии, но он не не слишком об этом переживал, так как их мало что связывало. В конце концов, у них были разные матери.
Императрица рано умерла, оставив свою дочь практически одну, а он был бастардом. Им обоим пришлось тяжело. Впрочем, к имперским бастардам отношение более снисходительно, но не менее сурово.
Если говорить на чистоту, то Оливия относилась к нему довольно хорошо, но даже так…
Юлай сжал цветок, из-за чего стебель в его руке сломался, а его глаза задумчиво сузились. Подняв голову, Его Высочество обратил внимание на то, как генерал-лейтенант разговаривает со своими подчиненными недалеко от него.
Холодный, как лёд, острый, как нож, он словно ястреб под палящим солнцем. Янь Шо ненамного старше Юлая, но его чрезмерное великолепие всегда делало его эталоном идеала среди сверстников.
Но Янь Шо не был таким всегда. Раньше он был обычным угрюмым подростком, пока отец не затащил его на передовую. Именно тогда он зарекомендовал себя. Янь Шо всегда держал голову высоко и был столь упрям, что даже десять мехов не смогли бы заставить его отступить.
В то время Юлай пытался сблизиться с этим человеком, в конце концов, в чем-то они были похожи, но Янь Шо отверг его предложение. Этот мужчина с рождения был отчуждённым и не спешил знакомиться с каждым. В его взгляде буквально читалось: «Вы все кучка идиотов».
Это раздражало до чёртиков.
Сейчас ситуация была не намного лучше, но, по крайней мере, он втянул в себя свои шипы. Впрочем, Юлай всё ещё чувствует его истинное отношение.
— Здравствуйте, генерал Янь, давно не виделись, — Его Высочество наклонил голову в знак приветствия и дружелюбно протянул сломанный цветок. — Вы ведь сегодня без господина Шеня?
Янь Шо бросил на него безразличный взгляд и заметил:
— Ваше Высочество, кажется, вы сегодня в хорошем настроении.
Юлай с приподнятой бровью оглядел солдат и, присвистнув, спросил:
— У вас что-то случилось, генерал?
— Как вы видите, происходит усиление мер безопасности.
Его Высочество пожал плечами и небрежно поинтересовался:
— Разве это входит в ваши обязанности?
— Кажется, вы кое-чего не знаете, — Янь Шо достал стопку удостоверений личности и начал их перебирать, пока не нашёл нужное. — В двадцать один год я стал третьим командиром имперской гвардии.
Сказать, что Юлай был удивлён, значит, ничего не сказать. В последние годы он был довольно сведущим имперским отпрыском.
Оглядевшись вокруг, он попытался найти, к чему бы ещё придраться, и сказал:
— Ну… Интересно, а что же тогда делает первый командир? Он здесь?
Один из подчинённых Янь Шо внезапно рассмеялся и Юлай почувствовал какой-то подвох.
Генерал снова начал перебирать удостоверения и, найдя нужное, протянул его:
— Здесь. Это все ещё я, Ваше Высочество, — Янь Шо вздохнул, всем своим видом показывая огорчение по поводу того, что Юлай был плохо осведомлён об имперской армии.
—…
«Отлично, как я мог забыть о том, что Янь Шо просто ненормальный?»
Когда-то генерал казался ослепительным и эпохальным. До него мехи никогда не пользовались такой популярностью, а империя никогда не была такой великой. Вот только он редко появлялся на публике, ведя скромный образ жизни, из-за чего люди начали забывать о его стремительности и непобедимости, которые привели его к многим завоеваниям много лет назад.
Последние два года были мирными, поэтому генерал держался в тени. Он не воевал и не отправлялся в экспедиции, но… Янь Шо всегда будет Янь Шо.
Принц мысленно проклинал себя, как он мог об этом забыть?
Юлай все ещё хотел к чему-нибудь придраться, но, к его сожалению, Янь Шо не собирался с ним возиться, он даже не стал придумывать предлог, чтобы избавиться от него. Нет, он просто сказал своему подчинённому:
— Лаолунь, думаю, ты сумеешь донести до Его Высочества важность укрепления защиты.
Лаолунь, который несколько дней назад умудрился как-то задеть генерала и был отправлен в ссылку в отдел логистики, теперь старался показать свою полезность и верность Янь Шо. Время его наказания было наполнено болью и слезами, поэтому сейчас он очень старался показать себя только с хорошей стороны.
Достав из ниоткуда справочник имперских законов толщиной с кирпич, Лаолунь вышел вперёд с целью обогатить Его Высочество полезными знаниями.
Однако Юлай славился своей аллергией на книги. С самого детства, слыша длинные речи, его тело деревенело. Поэтому нет ничего удивительного в том, что и сейчас он ужаснулся и в ту же секунду поспешил развернуться и уйти.
Вот только генерал тихим голосом сумел остановить его:
— Ваше Высочество, будьте добры, передайте привет Его Высочеству Фердинанду.
Почувствовав, как у него подкашиваются ноги, принц посмотрел на генерала.
Янь Шо был красивым человеком, но, когда он вёл себя так холодно, то казался мрачным. Генерал показательно разговаривал со своим подчинённым и даже не смотрел на Его Высочество, словно это не Янь Шо только что обратился к нему, но, конечно, это было не так.
Сердце Юлая рухнуло вниз. Он понимал то, что генерал не стал бы просто из прихоти отправлять через него приветствие Фердинанду.
— Генерал Янь очень любезен. Я обязательно передам ему ваши слова, — улыбнулся в ответ принц, но стоило ему отвернуться, как лицо вмиг помрачнело.
«Надо было раньше разобраться с Оливией».
Юлай очень жалел о том, что не покончил с сестрой вовремя.
http://bllate.org/book/13100/1158589
