Лу Янь устроился на груде камней у входа в переулок, присев на корточки, и издалека разглядывал наклейки и вывески на двери магазинчика.
Криво — косо налепленные надписи гласили: «Татуаж бровей», «Тату», а также несколько лаконичных рекламных слоганов:
«Стрижка на одного со скидкой 40%, на двоих — 50%»
«Особые услуги не оказываем!»
Самая крупная надпись сообщала: «Приглашаем друзей из всех слоёв общества научиться играть в карты!»
Его не волновало, было ли это место картёжным клубом или парикмахерской — главное, что после скидки в 40% стрижка, укладка и завивка, как и говорил Ли Чжэнь, обошлись бы меньше чем в три цифры.
Пока он искал эту парикмахерскую, Ли Чжэнь успел прислать ему добрый десяток сообщений.
[Янь, ты нашёл это место?]
[Я кинул локацию в группу, если заблудишься — смотри там.]
[Хватит полагаться на свою сверхъестественную ориентацию и шестое чувство.]
[Ты пришёл?]
[Пришёл?]
[Ну?..]
Лу Янь закатил глаза, стряхнул пепел с сигареты и ответил: [Пришёл.]
— Вот же занесло, а…
Мало того, что место глухое, так ещё и планировка района была совершенно непонятной. Под ногами валялась груда камней неизвестного происхождения — вероятно, строительный мусор, оставшийся после ремонта.
Вдалеке возвышались фабричные трубы, из которых валил густой химический дым, затягивая небо серой пеленой.
Лу Янь затянулся до фильтра, и в голове снова зазвучали слова владельца бара: «Насчёт вашего выступления у меня есть маленькие пожелания и рекомендации...»
Маленькие пожелания.
Рекомендации.
Он считал чудом, что вообще оказался здесь.
Посидев ещё немного, он бросил окурок на землю, спрыгнул с груды камней и раздавил его носком ботинка.
Парикмахерская перед ним была крошечной — всего половинка помещения, отгороженная фанерой. Карточный стол занимал больше места, чем зона для стрижки.
Когда Лу Янь, согнувшись, вошёл внутрь, за столом вовсю орали:
— Двойка треф!
— Тройка!
— Ну всё, бля, взорву всё к херам собачьим!
Среди этого хаоса раздался голос:
— Мастер, мне нужна причёска.
Видимо, компания была привычна к внезапным появлениям клиентов парикмахерской: меньше чем за три минуты все разошлись.
Остался только хозяин заведения — светловолосый, со взъерошенными кудрями, в которые были воткнуты две пластмассовые расчёски.
— Ты вовремя подошёл, ещё немного — и я бы проиграл, — с улыбкой хозяин приставил карточный стол к стене, продолжая говорить с сильным акцентом: — В последнее время просто жутко не везёт, айщ...
Между делом он бросил взгляд на вошедшего, по привычке оценивая внешность.
Первое впечатление — бедовый.
Неясно почему, но от него так и веяло какой-то подавляющей мрачностью.
Вошедший был в тёмной футболке с каким-то английским принтом, в надбровных дугах сверкали пирсинг-гвоздики — выглядел он точно не как приличный человек. На ушах ничего не было, но виднелся ряд мелких дырочек, штук семь-восемь, включая пирсинг хряща.
Длинные ноги, прямая осанка, волосы тоже длинные.
Он стоял против света, и детально разглядеть его было сложно, однако за спиной у парня висел чёрный продолговатый чехол от гитары.
Лу Янь поставил чехол и сказал что-то, не совсем соответствующее его внешности (торговался он всегда уверенно):
— Благодарности не надо, просто сделай скидку.
Хозяин тоже был человеком простым:
— Ладно. Какую завивку хочешь?
— Подожди, найду картинку, — Лу Янь наклонил голову, листая переписку. — Вот, сделай так.
— Не хвастаюсь, но в радиусе десяти ли не найдётся мастера лучше меня! Какую стрижку ни закажи — сделаю на пять с плюсом! — парикмахер разошёлся не на шутку. — Покажи образец, и я точь-в-точь...
Он замолчал, как только Лу Янь открыл изображение.
Перед ним предстал образ, поражающий воображение.
Ярко-красный с фиолетовым, невероятный объём, чёлка, закрывающая глаза, а половина волос дико торчит вверх, будто языки пламени. Каждый волосок кричал о стиле модели на фото — шаматэ*.
П.п.: 杀马特 shāmǎtè шаматэ — это молодёжная субкультура, возникшая в Китае в середине 2000-х годов, преимущественно среди молодых рабочих-мигрантов из сельских районов. Название происходит от английского слова «smart», но в китайском контексте оно приобрело ироничное значение, связанное с экстравагантным стилем и нестандартной внешностью. Неестественные цвета, высокие ассиметричные причёски, густой макияж и одежда в стиле глэм-панк.
Стрижка заняла больше четырёх часов. Когда Лу Янь вышел, уже стемнело.
Ушло два флакона геля на всю эту красоту; от фена раскалывалась голова.
Всё это время в мозгу назойливо крутилась песенка:
«Шаматэ, шаматэ, мойка, сушка, укладка…»*
П.п.: из песни《杀马特遇见洗剪吹》(Shamate Meets Haircut & Blow-dry), которая является пародийной кавер-версией, исполненной китайским музыкантом 五色石南叶 (Wu Se Shi Nan Ye Усэ Шинанье) в 2013 году. Кавер на всем известный хит южнокорейского исполнителя PSY, который стал продолжением его «Gangnam Style». Китайская версия высмеивает субкультуру шаматэ и деревенскую эстетику, точнее, представление людей из глубинки о жителях столицы.
Он вдохнул едкий запах краски для волос, включил фронтальную камеру своего телефона и во вспышках красно-бело-синей подсветки столба у входа наконец смог рассмотреть на себя. Не сдержавшись, Лу Янь поморщился и тихо выругался.
Результат превзошёл все ожидания.
Что это?
Что, бля, за хрень?!
С таким прикидом он станет самым заметным психом на улице!
Лу Янь какое-то время в упор смотрел на своё отражение в экране, потом нажал на кнопку блокировки, — и дисплей погас.
Красно-бело-синий столб медленно вращался.
Рядом стояла колонка, из которой лилась старая песня, искажённая треском изношенных динамиков:
— Прости за свободу, за ветер в лицо...*
П.п.: Строчка из песни группы Beyond «Необъятное небо, бескрайнее море» (海闊天空 hǎi kuò tiān kōng).
Песня дошла до середины, когда экран снова загорелся.
Ли Чжэнь:
[Ты уже завился? Укладку сделал?]
[Серьёзно?]
[А как же твои слова перед Цянь-гэ*: «Хоть убей, не буду, пусть ищет других»?]
[Вот это да, оказывается, ты умеешь прогнуться.]
[Куда теперь? Бар сегодня закрыт, Цянь-гэ просил передать — концерт перенесли на завтра. Велел сохранить образ.]
[Может, сделаешь селфи? Хочу заценить.]
П.п.: 哥哥 gēge старший брат. Я буду иногда (а может, и нет^^) оставлять «гэ» вместо «брата» для более выразительной передачи авторского стиля.
Лу Янь ленился набирать текст и отправил голосовое, криво усмехнувшись:
— «Сохранить образ», значит?
Он отпустил палец, потом передумал и снова нажал на кнопку записи:
— Какой там селфи, — процедил он. — Не до того мне, понял?
Последние несколько лет он играл в группе, подрабатывая в баре.
Тогда, за кулисами, он действительно категорически отказался брату Цяню.
Только грёбаный идиот на такое согласился бы.
Лу Янь: «…»
Что же…
Он — тот самый идиот.
http://bllate.org/book/13088/1156858
