В итоге девушка так и не добавила Лю Цзы в друзья.
Ее улыбка на мгновение застыла, после чего она произнесла:
— Тогда я как-нибудь в другой раз загляну. Извините за беспокойство.
Слова «Да что тут, в принципе можно… Красавица, я не занят, давай познакомимся?» застряли у Лю Цзы в горле, превратившись в неловкое:
— …До свидания, заходите еще.
Вскоре после того, как Юнь Цы вышел из заведения, стеклянная дверь снова распахнулась.
Тот, кто еще недавно спал за кассой, вышел из магазина.
На нем была накинута форма с названием заведения, хотя с его фигурой сложно было назвать это рабочей униформой. Ткань обтягивала плечи, подчеркивая его стать, а не уложенные волосы свободно спадали на виски, когда он обратился с вопросом:
— …Почему не остался посмотреть?
Почему вышел?
— У меня аллергия на торты, вышел подышать, — отмахнулся Юнь Цы.
Юй Сюнь ни капли не поверил, но все равно кивнул.
Так они и встали плечом к плечу у входа в магазин на оживленной улице, пока редкие прохожие то и дело бросали на них любопытные взгляды.
Чувство неловкости в душе Юнь Цы достигло предела.
В конце концов он сдался, сквозь зубы выдавив:
— Когда ты собираешься заходить обратно?
— Вышел проверить рыночную ситуацию, — привел неоспоримый довод Юй Сюнь, — это тоже часть работы.
…Ну и псих.
Просто стоит на улице.
Юнь Цы не нашелся, что ответить.
Он перевел взгляд на противоположную сторону улицы, всерьез раздумывая, не перейти ли ему туда и не подождать ли Ван Чжуана там.
Торговая улица кипела жизнью. Юй Сюнь постоял еще немного, прежде чем присел на ступеньки у входа, свесив руку с телефоном. Наблюдая за прохожими, он неожиданно признался:
— Мы с Лю Цзы познакомились на подработке еще в старшей школе.
Старшая школа. Подработка.
Сознание Юнь Цы на момент опустело.
— На задней улице возле школы была шашлычная, — продолжил Юй Сюнь. — Она работала до двух-трех ночи и часто нанимала людей по вечерам.
Погода становилась прохладнее, и удушливый зной позднего лета постепенно рассеивался осенним ветром.
После поступления в университет казалось, что жизнь каждого начала разворачиваться в самых разных направлениях. В их общежитии были и те, кто, подобно ему самому, фанатично гнался за баллами, и такие как Ло Сыфан, погруженные в компьютерные игры, но при этом демонстрировавшие поразительные способности в программировании, и такие как Лю Шэн, каждое утро поднимавшиеся затемно для распевки.
И вместе с этим постепенно раскрывались их отдельные миры.
Пусть Юнь Цы и зарывался с головой в учебники, отношения между соседями по комнате все же были, и порой он улавливал кое-что из обрывков их телефонных разговоров.
К примеру, Ван Чжуан приехал из деревни и в результате развил в себе нездоровую одержимость «трендами». Он не любил говорить на родном диалекте, ибо, оказавшись в большом городе, он в какой-то мере стеснялся своего деревенского произношения.
Его мать иногда присылала в университет местные деликатесы.
Лю Шэн был местным, но его семья не поддерживала выбор этой специальности.
Или тот подрабатывающий на стороне человек, с которым они неожиданно столкнулись сегодня.
В старшей школе он знал о «внутришкольном» Юй Сюне все, но его представления о «внешкольном» Юй Сюне складывались из обрывков телефонных разговоров Янь Юэ с другими учителями.
— Он не пришел в школу?.. Он… Да, его ситуация в семье… В любом случае, это родительское собрание…
Отрывочные сведения. Нескладывающиеся фрагменты.
Юнь Цы очнулся от мыслей, подумав, что именно поэтому эти двое были неразлучны со времен старшей школы.
И все же зачем вдруг рассказывать ему все это? Какое ему дело до таких личных подробностей?
Словно Юй Сюнь давно хотел это сказать и наконец нашел подходящий момент поделиться с ним.
Внутри магазина Ван Чжуан уже выбрал понравившийся дизайн.
Лю Цзы распахнул дверь и позвал Юй Сюня рассчитаться.
Юй Сюнь, не отрывая от него взгляда, сидя в той же позе, неожиданно усмехнулся и, прежде чем подняться, подмигнул:
— Не комплексуй. Хотя не все такие трудолюбивые и выдающиеся, как я… Ты тоже весьма неплох.
Все внутренние монологи Юнь Цы тут же превратились в поток проклятий.
Как раз когда Юнь Цы решил, что, пожалуй, можно перестать беспокоиться о Ван Чжуане и оставить его на произвол судьбы, он заметил на противоположной стороне улицы знакомую фигуру.
Невысокого роста, худощавый, с аккуратно надетым рюкзаком, чуть длинной челкой, прикрывающей глаза, в тонкой оправе очков — это был Пэн Июань из их общежития. Он учился на актерском и тем не менее всей своей внешностью всегда демонстрировал, будто ошибся с выбором специальности.
В общежитии он был самым тихим, мало говорил и практически не привлекал к себе внимания, поэтому Юнь Цы пришлось несколько раз всмотреться, чтобы удостовериться.
Не только он заметил его, но и у Юй Сюня вырвалось:
— Разве это не сяо Пэн?
Зная Юй Сюня, можно было ожидать, что уже в следующую секунду он наверняка окликнет Пэн Июаня через улицу.
Однако в следующий момент Пэн Июаня схватили двое или трое людей.
Главный из них, держа сигарету в зубах, говорил что-то с ухмылкой на лице, обхватив рукой Пэн Июаня за плечи, пока остальные последовали за ними.
Юй Сюнь, наблюдая за группой, спросил:
— Что думаешь?
— Что-то не так.
— Действительно не так, — согласился Юй Сюнь. — Будь они друзьями, он не был бы так напряжен. Лямки его рюкзака уже почти перекрутилась.
Пока Юнь Цы раздумывал, стоит ли подойти, один из парней вдруг что-то сказал Пэн Июаню, а потом убрал руку и вместе с остальными повел его в переулок.
Он уже собрался сказать: «Слишком мало информации, и трудно судить», как увидел, что Юй Сюнь уже снимает рабочую куртку и бросает ее Лю Цзы со словами «подержи».
— Пойдем посмотрим. Я их уже не в первый раз вижу.
— Не первый раз?
Юй Сюнь кивнул.
— Несколько дней назад я уже видел подобное. Тогда было сложно понять наверняка, но сегодня все очевидно. Похоже, его донимают.
В обычной ситуации Юнь Цы, конечно, отказался бы действовать вместе с Юй Сюнем. В крайнем случае всегда можно было «разделиться» или «действовать по отдельности». Но в этих обстоятельствах он не стал раздумывать и, не успев опомниться, уже бежал следом за Юй Сюнем.
* * *
В переулке Пэн Июань, опустив голову, достал из рюкзака толстую пачку купюр:
— Вот… больше нет.
Парень с сигаретой принял деньги, пересчитал их, а затем сплюнул окурок на землю, сквернословя:
— Всего-то? Кого ты пытаешься обмануть? Попроси у родителей еще, скажи, что в вузе сборы — то за дополнительные занятия, то за клубы. У вас, студентов, отговорок хватает. Раз уехал учиться, они рады будут дать, — он окинул взглядом рюкзак Пэн Июаня и спонтанно предложил: — Телефон с собой? Звони родителям прямо сейчас.
— Я не хочу просить у них денег… — пробормотал Пэн Июань, дрожа.
— Не хочешь?
— Они будут волноваться…
— Из-за денег? — фыркнул парень с сигаретой. — А когда мы тебя в больничку отправим, не будут?
В тот момент свет, падающий из конца переулка, внезапно перекрыли две фигуры, и узкий переулок погрузился в полумрак, когда двое шагнули вперед плечом к плечу.
— Какая жалость, — с улыбкой заявил один из них. При приближении он постепенно обрел четкие черты лица. Приподнятые внешние уголки глаз придавали ему вечно усмехающийся вид, пока он продолжал небрежно: — Что ж… Мы можем пожертвовать своим временем и временно исполнить роль твоих отцов.
Второй, сохраняя холодноватую отстраненность, вежливо отказался:
— Я пас. Не испытываю особого желания обзаводиться таким сыном.
Пэн Июань округлил глаза. Он никак не ожидал, что в такой момент перед ним появятся его соседи по комнате. Да еще эти двое, что будто вечно пребывали в состоянии конфликта.
Главарь опешил, прежде чем зло выругался:
— Какое вам, блядь, дело? Нарываетесь на драку?
— Нет, — покачал головой Юй Сюнь, потряхивая телефоном. — Я уже вызвал полицию. Они будут минут через десять. Мы же взрослые люди, зачать махать кулаками?
Юнь Цы скосил на него взгляд и продолжил более искусным тоном:
— Ты ведь хотел сказать: «Давай, звони. Я отсижу пару-тройку дней, а когда выйду — это будет уже не так просто, как сегодня»?
— Не вопрос. Сколько бы раз ты ни выходил, я всегда позабочусь и отправлю тебя обратно. Сначала на пару дней, потом месяцев, а там, глядишь, и пару лет выбьешь. Как раз моя специальность, — добавил Юй Сюнь. — На лекциях можно заодно поизучать, какие статьи закона к тебе лучше применить.
Разве так используют юриспруденцию?
Юнь Цы, стоявший в стороне, испытывал не менее сложные чувства, чем их оппоненты.
И как назло, Юй Сюнь, закончив, обратился к нему:
— Верно, сяо Цы?
— Верно, — пришлось согласиться Юнь Цы. — Посадить — проще простого.
После этих слов компания переглянулась и решила пока ретироваться.
Они были обычными уличными хулиганами, промышлявшими запугиванием первокурсников, не умевших дать отпор. Обычно, стоило кому-то пригрозить вызовом полиции, как они тут же пускали в ход заезженные угрозы.
Такие, как Пэн Июань, воспитанные в тепличных условиях примерные дети, обычно сразу поддавались на их уловки.
Среди первокурсников было полно таких, только начинающих учиться самостоятельной жизни.
Однако, попытавшись уйти, они обнаружили, что единственный выход перекрыт двумя фигурами.
— Разойдись! — потребовал главарь.
— Нет.
— Эй, сам ведь напрашиваешься, — пригрозил тот. — Даю последний шанс!
— О, — преувеличенно легко отозвался Юй Сюнь. — Все равно нет.
Главарь не выдержал и подал безмолвный знак своим подручным.
— Может… не стоит связываться? — заколебались те. — Он же юрист.
— Мы же по понятиям живем! — взорвался главарь. — Ты чего, испугался?!
В интеллектуальном плане он, конечно, проигрывал.
Но разве мог он проиграть в драке?
К тому же этот тип сам же сказал, что не станет… не будет махать кулаками…
— Ты же сказал, что не дерешься! — завопил главарь, когда занесенный им для удара кулак был перехвачен, а запястье болезненно вывернуто. Лицом прижатый к стене, он буйствовал. — Так почему же ты бьешь?!
— Я и не дерусь, — невозмутимо пояснил Юй Сюнь, не ослабляя хватки на почти вывихнутой руке. — Просто удерживаю. Если вы сбежите, кого тогда полиция будет арестовывать?
* * *
Тем временем.
На противоположной стороне улицы, в кондитерской.
Лю Цзы, сжимая в руках рабочую куртку своего друга, наблюдал за двумя спешно удаляющимися фигурами. Он опустил голову, с серьезным выражением лица разблокировав телефон, и открыл групповой чат.
Чат под названием [Группа боевой готовности] насчитывал пятнадцать участников.
Лю Цзы глубоко вдохнул.
И начал с торжественностью печатать.
[Братья.]
[Я знал, что этот день настанет, хотя и немного позже, чем я ожидал.]
[/фото]
[Видите эту куртку?]
[Только что они стояли посреди улицы, напряженно выясняя отношения, потом брат Юй скинул куртку и вместе с этим типом Юнь Цы рванул в переулок — явно на разборки.]
[@все]
[Брат Юй не должен потерять лицо в этой битве.]
[Восточные ворота универа, срочно прибывайте для поддержки.]
http://bllate.org/book/13087/1156787
