Низкие тучи настолько сильно заволокли небо, что было невозможно понять, вечер сейчас или день. По крыше больничного сада ударили капли дождя. Бай Чунянь сорвал большой лист какого-то растения, укрываясь под ним. Он медленно присел у перил крыши.
Рядом с ним стояло плетёное кресло, в котором, закрыв глаза, полусидел старик в больничном халате. Над ним был разложен зонтик, и капли дождя стекали с него прямо к ногам старика.
Сидя в кресле, старик слегка покачнулся и взял металлический портсигар, в котором лежала последняя самокрутка. Дрожащей рукой он достал её. Он прикурил и с наслаждением выдохнул густой дым.
Он докурил сигарету, раздавил окурок и продолжил расслабляться с закрытыми глазами. Через некоторое время он снова взял железный портсигар. Но на этот раз в нём было пусто.
Старик застыл. Его кожа начала гноиться и истекать кровью. Внезапно его глаза открылись, обнажив пару полностью красных глазных яблок без зрачков. Уголки его рта надорвались из-за растянутой на всё лицо улыбки.
Со зловещей гримасой он бросился к единственному живому человеку рядом с ним, раскрыв свой огромный окровавленный рот и вцепившись ему в шею.
Как только инфицированный бросился к Бай Чуняню, то внезапно упёрся лбом прямо в дуло пистолета. Циклический Вирус делал инфицированного человека горазд сильнее, однако эта атака не сдвинула Бай Чуняня ни на миллиметр, несмотря на то, что он сидел на тонких перилах на краю крыши.
Бай Чунянь повернулся лишь половиной туловища, всё ещё придерживая одной рукой широкий лист, служивший укрытием от дождя. Левой рукой он нажал на курок, и раздался оглушительный выстрел. Инфицированный упал замертво.
Бай Чунянь укрыл голову трупа листом растения, прикрывая истекающую кровью рану. Затем он лёг в плетёное кресло, укрывшись от дождя под зонтом, и сказал трупу:
— Я долго ждал тебя, смотря, как ты неподвижно сидишь в этом кресле.
Наушник снова зашумел, и послышался голос светлячка.
— Я уже сходил и проверил палату № 1. В ней под кроватью находится карта большого Джокера, так что в палатах № 2 и № 4 могут быть только младшие Джокеры. Я иду к окну, чтобы рассказать им.
— Пусть они найдут другой выход, — Бай Чунянь носком ботинка перевернул труп лицом к земле и обнаружил странное устройство, воткнутое в его затылок. На устройстве был небольшой экран — похоже, что для контроля инъекции оно должно было подключаться к какому-то основному оборудованию.
Бай Чунянь вытащил нож, прикреплённый к набедренному ремню, и подцепил им шприц. Он вытер его об халат старика и положил в карман.
Тем временем светлячок вырвал страницу из блокнота доктора Ханя, чтобы написать «Используйте малого Джокера», приклеил её на окно палаты № 4, а затем поспешно отвёл доктора Ханя к операционному лифту.
Этот лифт был немного просторнее, чем другие, а двери открывались с обеих сторон. Доктор Хань и светлячок быстро вошли в лифт, и дверь медленно закрылась. Только в этот момент они увидели, что внутри лифт расписан граффити.
Краска была яркого, почти ослепляющего цвета. В основном на стенах лифта были изображены уже известные игральные карты. Джокеры зловеще улыбались.
После того, как лифт не сдвинулся после нажатия на кнопку, светлячок поднял кончики пальцев, чтобы прикоснуться к краске на стенах.
— Она ещё не высохла, у нас проблемы.
Светлячок обратил внимание на вещи, разбросанные в самом тёмном углу лифта. Он присел на корточки, чтобы внимательно рассмотреть их, и повернулся, чтобы позвать Хань Синцяня.
— Доктор Хань… взгляните, здесь что-то есть.
К полу была прибита шкала длиной около тридцати сантиметров. По бокам были пустые чаши, а указатель весов указывал на «0» в центре.
Всего по шкале было разложено двенадцать игральных карт: тройки червей, трефов и бубен и четвёрки, пятёрки и шестёрки тех же мастей.
Светлячок присел на корточки, чтобы поднять карты, но из каждого числа можно было поднять только по одной: остальные были прилеплены к земле намертво.
— Не оторвать, — пробормотал светлячок, желая воспользоваться наушником для связи с Бай Чунянем. Однако, после того, как они вошли в лифт, сигнал стал ещё слабее, и в течение долгого времени не было никакого ответа от другой стороны.
Светлячок взял в руку по карте червей каждого значения и попытался положить их на весы. Сначала он случайным образом разделил четыре карты на две группы и взвесил их. Весили они примерно одинаково, и он переместил карты так, что на одной чаше оказались тройка и пятёрка, а на другой — четвёрка и шестёрка.
Чаша весов внезапно наклонилась вправо.
— Ой! Я что-то сделал не так? — светлячок немедленно исправил ситуацию, подняв карточки с весов, но было уже слишком поздно — лифт начал опускаться.
Хань Синцянь нахмурился.
— Там, внизу, собрались все инфицированные пациенты. Мы только что оттуда поднялись.
Лифт опустился до четвёртого этажа, и ещё до полной его остановки они могли слышать крики инфицированных пациентов, которые пришли на звук и собрались у входа в лифт. Хань Синцянь изо всех сил жал на кнопку «закрыть дверь».
Но это не помогло.
Примерно через десять секунд двери лифта открылась, но лишь на пару сантиметров — Хань Синцянь быстро нажал кнопку закрытия двери ещё раз, но руки инфицированных уже были готовы пролезть внутрь. В лифте было сенсорное устройство — если дверь что-то зажимала, то она немедленно открывалась в целях безопасности.
— Доктор Хань, повернитесь и прикройте глаза! — крикнул светлячок.
Хань Синцянь уже успел зарядить пистолет. Но услышав эти слова, он отвернулся и поднял руку, чтобы прикрыть лицо.
Послышались два приглушенных хлопка. Из небольшого отверстия в дверях лифта были брошены две гранаты, которые взорвались в группе инфицированных пациентов. Яркая вспышка света, сопровождаемая небольшим взрывом, немедленно отогнала инфицированных от лифта.
Отличительная способность железы светлячка Светошумовая Граната может временно оглушать врага. Кроме того, она сопровождается взрывом.
Двери лифта закрылись. Инфицированные снова столпились перед дверями лифта, с ужасающей силой колотя по ним кулаками. Всего одна дверь отделяла светлячка и доктора от оглушительных хлопков, скрежета, укусов и воплей.
Светлячок, с мокрой от пота головой, взял карты и постарался успокоиться и подумать.
— Если дело не в весе, то, может быть, в цифрах? Три плюс шесть равно четыре плюс пять… — он осторожно положил карты обратно на весы.
На этот раз весы резко качнулись влево.
Лифт быстро поднялся. Не зная, на каком этаже он остановится, Хань Синцянь сказал светлячку охранять дверь, а сам присел на корточки в углу, собрал игральные карты и взвесил их.
Четыре карты, хотя и были идентичны внешне, сильно отличались по плотности. Интуитивно можно было понять, что шестёрка была самой тяжёлой, а тройка — самой лёгкой.
Он взглянул на остальные карты, разбросанные по полу, затем положил тройку, четвёрку и пятёрку червей на левую чашу весов, а шестёрку — на правую.
Весы качнулись вправо. Средняя стрелка медленно остановилась на отметке «0».
Кнопки лифта наконец-то были разблокированы. Хань Синцянь встал и нажал кнопку верхнего этажа.
Светлячок держал пулемёт, аккуратно направив дуло на щель в двери лифта. Его грудь тяжело вздымалась, когда он дрожащим голосом спросил:
— Готово?
— Это кубическое уравнение. — Хань Синцянь снова поднял серебряную коробку с зашифрованным текстом, лежавшую у его ног, и внезапно в поле зрения попала задница светлячка, засветившаяся от испуга. Он рассмеялся.
— Если я не скажу Сяо Баю, возможно, тебе удастся избежать выговора.
Светлячок пристыженно прикрыл зад.
Лифт остановился на верхнем этаже. Чтобы добраться до крыши, нужно было подняться по лестнице. Светлячок осторожно повёл доктора Ханя вперёд, наощупь пробираясь к двери. Он заглянул в глазок, чтобы посмотреть, что происходит снаружи.
Глазок, казалось, был чем-то закрыт, и он мог видеть только тёмно-красный цвет.
— Дверь заперта. Я попробую её открыть. Доктор Хань, отойдите. —светлячок проворно достал из рюкзака какой-то инструмент, вставил его в замок и с силой надавил.
Замок со щелчком открылся, и бронированная дверь медленно открылась внутрь.
Светлячок а мгновение застыл, чувствуя, как холод пробирает его с головы до ног.
Инфицированный пациент закрыл один глаз, чтобы посмотреть в глазок, и, когда дверь открылась, его лицо мгновенно покрылось гноем, а уголки рта растянулись в улыбке от уха до уха.
Позади него стояла бесчисленная толпа инфицированных. В тот момент, когда они увидели светлячка, уголки их ртов приподнялись, обнажая зубы в странной, неестественной улыбке.
После нескольких секунд тишины инфицированные с рёвом бросились в дверной проход. Две окровавленные руки вцепились в светлячка, инфицированные жадно раскрывали рты в поисках пищи.
Светлячок быстро снял свой рюкзак и бросил его доктору Ханю, который ещё не дошёл до двери. Он приложил все усилия, чтобы попытаться закрыть бронированную дверь, расстреливая инфицированных пациентов вокруг доктора Ханя из пулемёта и громко крича ему:
— Заходите в лифт, доктор Хань, быстро прячьтесь внутри!
У светлячка оставалось не так уж много патронов, и он мысленно прикинул: если он оставит один патрон для самоубийства, хватит ли остальных, чтобы защитить доктора Ханя?
Внезапно неясная сила потянула дверь в противоположном направлении. Светлячок больше не мог ни о чем думать, он был занят только тем, что прижимался к двери и изо всех сил старался не допустить проникновение инфицированных пациентов. Дверь внезапно закрылась, и некто споткнулся и упал вперед, увлекая светлячка за собой. Внезапно закрывшаяся защитная дверь также разделила пополам скопившихся у двери инфицированных пациентов.
После непродолжительно тишины толстая дверь начала постепенно прогибаться. Затем рука, одетая в защитную перчатку без пальцев, просунулась внутрь и осторожно взломала замок изнутри, открыв дверь.
На теле Бай Чуняня был пояс с патронами. Он пересёк дверной проем, держа в руках М98В, разрисованный красным пламенем. На его холодной белой щеке расплылось кровавое пятно, а позади него на большой площади лежали горы трупов.
Он схватил ошеломлённого светлячка и подтащил его к себе так же небрежно, как если бы тащил маленького зверька, и указал подбородком на Хань Синцяня:
— Поддержка ещё не прибыла, идите за мной.
— Если бы вы пришли чуть позже, ваш ученик был бы уже съеден, — Хань Синцянь вздохнул с облегчением и поправил очки на переносице.
— Забавно. Чуть ли не школьник выполнил задание. — Бай Чунянь взял доктора Ханя за плечо и повернулся, чтобы взглянуть на светлячка. Грубая ладонь в перчатке небрежно провела по залитому слезами лицу. Он приподнял уголок рта и пригрозил, — Если ты ещё раз заплачешь, я сброшу тебя с ног за то, что ты ставишь меня в неловкое положение.
Светлячок перестал задыхаться от рыданий, его лицо покраснело от грубой руки.
Хань Синцянь убрал руку Бай Чуняня со своего плеча.
— Отойди от меня подальше. Твоё тело пахнет, как у льва в период течки.
Палаты на верхних этажах больницы были в основном высококлассными, подготовленными для важных персон. По коридорам бродили несколько окоченевших, безжизненных пациентов и медсестер.
Бай Чунянь шёл впереди, держа в руках M98B, как будто он просто прогуливался, попутно с лёгкостью убирая инфицированных в коридоре. На мраморном полу, по которому они шли, растекались пятна крови, от чего за ними тянулись дорожки следов.
http://bllate.org/book/13021/1147738
