Вэй Си узнавал оскорбление, если слышал его, поэтому он прикусил палец еще сильнее.
Лицо Шо Цзуна не изменилось, но в его глазах появился зловещий огонек. После очередного противостояния, закончившегося ничьей, он отвернулся и сказал:
— Отпусти. Я не буду трогать твои вещи.
Вэй Си не мог прокусить его или победить в схватке, так что, взвесив все и покосившись на извивающуюся на земле фею Фэнъян, он разжал зубы. Разумеется, втянув напоследок несколько глотков воздуха с энергией ян.
Шо Цзун потряс рукой. На его пальцах все еще оставалась прохладная влага. Он неосознанно сжал их, размышляя, насколько различными были ощущения от прикосновения кончиков пальцев и кончика языка.
Он опустил руку и увидел линии рисунка, доходящего до второго сустава его среднего пальца. Среди линий виднелся ряд свежих следов от зубов, маленьких и аккуратных, напоминающих полумесяцы.
Внезапно он нахмурился и торопливо вытер руку о штанину.
«Больше не буду смотреть».
На этот раз Вэй Си ел очень быстро. До этого он думал, что будет есть медленно и наслаждаться, поскольку прошло много времени с тех пор, как он в последний раз пробовал энергию инь. Однако, кто бы мог подумать, что сюда заявится это незваный гость и уничтожит все его запасы еды. Он был очень разочарован и оставался начеку на случай, если этот человек решит выкинуть нечто подобное еще раз. Он поднял наполовину съеденную фею Фэнъян, а затем сложил ее несколько раз, формируя толстый сверток, и целиком затолкал его себе в глотку. Поскольку он все еще был обижен на нее, решив, что она навредила его ученику Туань Цзеи, Вэй Си несколько раз ударил сверток во время всегда процесса. Наконец, проглотив ее, он ощутил остатки некоторого сожаления. Съеденная таким образом еда была совсем безвкусной.
Если бы фея Фэнъян не потеряла свою душу, то сейчас она могла танцевать, возжигать благовония и поклоняться богам, ведь она наконец-то смогла умереть!
Вэй Си, все еще не теряя остатки надежды, прошелся вокруг комнаты и обнаружил, что еды и в самом деле не осталось. Он обиженно покосился на высокомерного незнакомца и в тайне решил в будущем выбрать удобный момент, чтобы съесть его.
И его мысли неизбежно вернулись к тому, что он не смог прокусить его. Настроение Вэй Си омрачилось еще сильнее.
Он уже хотел было выйти из комнаты, как вдруг этот человек окликнул его:
— Подожди.
Вэй Си безрадостно обернулся, приготовившись к еще одной драке.
Но незнакомец лишь осмотрел его, а затем аккуратно снял свою верхнюю одежду и накинул ее на голову Вэй Си.
— Надень это.
Вэй Си опустил глаза на свое тело и увидел, что его поношенная одежда была окончательно испорчена после драки с феей Фэнъян — от плеч и до бедер он был практически полностью обнажен.
***
Лу Вэньцин и Ли Жуй стояли снаружи комнаты и периодически слышали звуки ожесточенного сражения, исходящие изнутри. С каждой новой волной шума они начинали нервничать все больше и больше, теперь уже точно убедившись, что духов, с которыми они столкнулись, было весьма сложно одолеть. Все это время Лу Вэньцин мысленно жаловался, что поездка сюда того не стоила. Определенно не стоила! Такая проблемная работа, а семья Линь заплатить только десять тысяч.
Наконец страшные звуки начали стихать, и плотно закрытая дверь вскоре отворилась.
Они оба вздрогнули и тут же обернулись к двери, только чтобы увидеть красивого молодого парня с угрюмым лицом. Он был рожден с красивой внешностью, но его одежда выглядела еще более странно, чем раньше. Он снял верхнюю половину своего изорванного халата, небрежно повязав ее вокруг талии за рукава, заменив его на черное одеяние с длинными рукавами.
Этот верх сидел на нем довольно свободно, а рукава были достаточно длинными, чтобы закрыть половину его ладони. Мягкий высокий ворот собрался у основания тонкой шеи, обнажая изящное горло.
Глаза братьев мгновенно расширились, стоило им увидеть его. Но это было не потому, что парень, будто полагаясь на свой незаурядный темперамент, одел такой наряд в стиле «ходж подж»*, словно это последний писк моды. Просто эта одежда выглядела подозрительно знакомой!
П.п: Ходж подж — термин, который означает хаотичное смешение вещей или идей. Как я поняла, это не то же самое, что эклектика, потому что в последней все-таки присутствует какая-то гармония, а ходж подж — это, грубо говоря, мешанина из всего, что «под рукой валялось».
Дверь открылась еще шире, и следом за молодым человеком вышел господин Шо Цзун. Без длинной черной робы он остался только в черной безрукавке, обнажающей татуировку, опоясывающую его руку и плечо. Он выглядел довольно высокомерно в сочетании с его мускулистыми руками и безэмоциональным лицом. В других обстоятельствах он мог бы сойти за босса мафии, который собирается выхватить пистолет и устроить неприятности. Его темперамент совершенно отличался от обычного.
Лу Вэньцин обычно боялся его, а теперь и вовсе ощущал, как волосы на его теле шевелятся от ужаса. Одного косого взгляда Шо Цзуна хватило, чтобы у него задрожали ноги.
— Г- Господин…
— Приведи обратно людей снаружи.
Пока они разговаривали, Вэй Си не проявил никакой заинтересованности. Он прошел мимо, даже не глядя на них.
Ли Вэньцин тайно наблюдал за ним все это время. Когда тот проходил мимо, он почувствовал, что ему улыбнулась удача, и крикнул:
— Вэй Си?
Вэй Си обернулся.
Заметив такую реакцию, Лу Вэньцин на мгновение ошеломленно застыл, а затем недоверчиво воскликнул:
— Так это все-таки ты?!
***
Вэй Си потребовалось некоторое время, чтобы понять, кого он зовет, и, наконец, вспомнить, что тело, которое он сейчас использовал, принадлежало не ему.
Однако маленький несчастный дух, которому Вэй Си в нехарактерный ему момент благодушия помог вознестись, не только был очень похож на Вэй Си внешне, но и носил такое же имя. Вэй Си не мог не удивиться этому.
Вхождение в чужое тело уже было довольно хлопотным делом, не говоря уже о том, что это было тело старшего сына богатой семьи. Когда Вэй Си покинул гору, он был морально готов к тому, что может столкнуться со знакомыми старого владельца тела. Однако он никогда не думал, что этот день настанет так скоро.
У него было базовое понимание общества, и он легко мог представить, как обычные люди отреагируют на ситуацию с захватом чужого тела духом. Неважно, добровольно это случилось или нет, в итоге его ждет только головная боль. Он ведь не мог съедать каждого человека, который узнавал это лицо, верно? Если бы он так поступил, Вэй Дэдао выбрался бы из могилы, только чтобы умереть снова от злости.
Поэтому, услышав оклик Лу Вэньцина, он сохранил спокойствие и не посмел ничего сказать.
Однако, к счастью, Лу Вэньцин не был близко знаком с Вэй Си и не заметил ничего странного. Он просто вздохнул про себя, что поведение Вэй Си стало еще холоднее, чем раньше. Возможно, так было из-за того, что предыдущая драка вымотала его.
Времени задумываться об этом слишком долго у него не было. Во-первых, потому что рядом стоял тот самый господин Шо Цзун, вокруг которого он ходил на цыпочках. Во-вторых, семья Линь и та другая группа мастеров уже вернулись.
Старый мастер с длинными бакенбардами начал дрожать от вида Вэй Си и Шо Цзуна. В особенности перед Вэй Си: он боялся даже голову поднять. Шо Цзун только угрожал ему несколько раз, а Вэй Си съел мстительного духа по кусочкам прямо на его глазах!
Теперь каждый раз, когда старый мастер закрывал глаза, он видел героическую позу, в которой тот вырывал волосы феи Фэнъян. Вероятно, он больше никогда не сможет есть итальянскую пасту.
Линь Ханьян вошел в дом со своей женой и пожилой матерью, трясясь от страха.
Он почти тридцать лет получал материалистическое образование — с начальной школы и до аспирантуры в университете. Но весь этот материализм и знания превратились в бумажных тигров перед лицом того, что он сегодня увидел.
Линь Ханьян уже не был тем Линь Ханьяном, что раньше. Поначалу он был убежден, что все несчастья его семьи были вызваны изменением рыночной экономики. Но теперь он был готов сжигать бумажные деньги, даже когда входит в собственный дом. Когда он, войдя в дом, увидел Вэй Си, то почувствовал приступ вины. Честно говоря, он все еще цеплялся за свою удачу, прежде чем увидел, как фея Фэнъян тащит старого мастера в заднюю комнату.
Он посмотрел на Вэй Си, а затем на членов семьи Лу, но так и не смог догадаться, кто из них в итоге прикончил фею Фэнъян. Он мог только спросить мастера Вана, стоящего рядом с обмякшими от страха ногами, а тот с испугом покосился на одного из них.
Линь Ханьян, его жена и мать сразу же восторженно окружили Вэй Си.
— Мастер Вэй, с этим духом действительно покончено? Она не вернется?
— Не вернется, — ответил Вэй Си, немного подумав.
Старый мастер с длинными бакенбардами покосился на безобидный внешний вид Вэй Си, и его лицо позеленело.
Линь Ханьян и остальные прятались по углам и не знали, что произошло внутри. Они решили, что Вэй Си изгнал фею Фэнъян. Госпожа Линь сложила руки и несколько раз произнесла мантру Амитабхе*.
П.п.: Амитабха — божество в буддийской школе Чистой земли, может даровать быстрое и легкое просветление.
Лу Вэньцин не решился больше задавать вопросы, но, услышав их разговор, удивленно обернулся и спросил Шо Цзуна:
— Господин, разве это не вы позаботились о духах внутри?
http://bllate.org/book/13020/1147467
