Послеполуденный хаос, случившийся со мной, в конце концов, дошёл до ушей королевы. И даже после тщательного осмотра врачом и отсутствия каких-либо отклонений от нормы, меня ещё долго держали у неё в покоях.
— Мой принц, твоя мать не очень-то разбирается в верховой езде. Поэтому я хочу услышать объяснение барона. Почему такой храбрый рыцарь, как он, который всегда был героем, позволил лошади убежать одной и подвергнуть опасности принца? Вы можете мне ответить? — тихо спросила королева, обнимая меня и поглаживая по спине.
Я защищал Баумкухена, как мог. Говорил, что верховая езда непредсказуема, и Баумкухен не всегда может контролировать поводья. Но в любом случае я не пострадал, так что всё обошлось, и не было надобности переживать за меня.
— О, правда? — спросила она, улыбаясь. — Тогда мой принц не будет против, если я буду присутствовать на твоей тренировке завтра, верно?
Это была катастрофа.
Позднее вечером, уйдя, наконец, от королевы, я позвал Дота.
— Дот, извини за позднюю просьбу, но я бы хотел дать тебе одно поручение.
— Конечно, ваше высочество! Я слушаю вас.
— Скажи барону Баумкухену, что завтра на нашем занятии будет присутствовать королева. Нам нужно будет притвориться, что всё это время мы действительно занимались.
— Простите? — выражение лица Дота стало таким, будто он услышал что-то невероятно отвратительное. — Но именно из-за него произошёл этот инцидент сегодня!
— По твоей логике, я бы научился кататься просто так, а Баумкухен был бы наказан, верно?
— Я совсем не про это! Это не ваша вина, а его! — Дот был в ярости.
— Да, я это знаю, спасибо. В любом случае это уже произошло. А теперь, пожалуйста, найди барона Баумкухена, хорошо? — мягко произнёс я. Дот был самым надёжным гонцом, которому я мог доверить подобного рода сообщение.
— Если это ваш приказ, ваше высочество, то я сейчас же его найду, — уже более спокойно сказал Дот, но я всё равно мог видеть, что ему крайне не нравилось моё отношение к данному вопросу.
— О, погоди, — вдруг вспомнив кое-что, окликнул я Дота, который уже развернулся, чтобы уйти. — Ты случайно не знаешь, есть ли у барона сын? Примерно такого же возраста, что и я?
— Сын? Насколько мне известно, у него нет никаких детей.
— О, понятно… А что насчёт жены? Он женат?
— Да, женат. Он прославился браком по любви. Так что даже если у них нет детей, развод, похоже, не грозит.
На ум пришло слово «биологический».
Возможно, другие люди ещё не знали о том, что у него могут быть дети вне брака. Должна же быть какая-то связь между бароном и Алексом.
Дот вернулся достаточно быстро, с выполненным поручением и явно не очень хорошим настроением.
— Этот человек даже не поблагодарил ваше высочество за проявленное милосердие! — пожаловался Дот.
— Он придёт на завтрашнее занятие?
— Я не знаю. Он просто выслушал ваше сообщение, которое я ему передал, развернулся и ушёл с этим его «хм-м»! И вот как это понимать?
— Хорошо. Главное, что ты передал ему мои слова. Ты отлично всё сделал.
Что ж, я сделал всё, что мог. Остальное было за самим бароном.
На следующий день Эдвард не присутствовал на нашем совместном обеде. Он предложил пока лишний раз не пересекаться, до полного разрешения сложившейся ситуации.
— Мне кажется, нам пока не стоит часто общаться.
— Да, я согласен.
Избегать внимания королевы было весьма рискованно — она легко могла догадаться, что что-то тут не так. Грей, который слушал наш разговор с Эдвардом, легко поддразнил его:
— Выглядит так, будто у вас какой-то тайный роман.
Создавалось ощущение, что Грей чувствовал себя неуютно, видя нашу недавно возникшую дружбу. Казалось, он не мог понять именно Эдварда, что было в какой-то степени даже справедливо. Всё же для Эдварда я был словно сын злодея, с которым не стоит связываться.
К этому моменту я уже перестал надеяться на сближение с Греем.
Есть поговорка, что нельзя плевать в лицо тому, кто тебе улыбается*. Так вот, Грей казался именно тем человеком, который был способен сделать это.
П.п.: Китайская поговорка, которую можно дословно перевести как «не плюй в лицо тому, кто улыбается тебе». Смысл можно интерпретировать так: если человек позитивно настроен по отношению к вам и старается наладить ваши отношения, иногда лучше простить его небольшую ошибку, чем держать обиду.
Однако я не думал, что Грей ненавидел «Джеффри». Скорее всего, дело было в том, что он стал недолюбливать меня в лице Джеффри с тех пор, как я попытался подружиться с Эдвардом.
Если тебе не нравится, что я забочусь об Эдварде, тогда позаботься о нём сам. Ты, который может свободно передвигаться, в том числе за пределами замка, мог бы спокойно передавать новости от матери Эдварда. И даже письма. По крайней мере, иногда.
Но Грей не стал этого делать. Даже на мой случайно слетевший с языка вопрос, почему он не предпринимает никаких попыток, чтобы помочь Эдварду поддерживать общение с матерью, Грей лишь вопросительно поднял бровь и сдержанно спросил:
— Вы серьёзно?
Разумеется, я был серьёзен. Но Грэй смотрел на меня глазами, которые будто бы говорили: если это серьёзно, то ты дурак. Мне ничего не оставалось, как отступить, сказав, что это просто шутка.
— Сколько времени вам понадобится? — спросил нас Грей.
У меня было чувство, что если я упомяну вчерашний спор с Эдвардом, то всё пойдет не так. Стоило ли мне говорить об этом?
Но Эдвард разговаривал с Греем так, словно отчитывался перед родителями, рассказывая обо всем, что произошло.
— Езда верхом? — спросил Грей с абсолютно спокойным выражением лица. — Конюшня?
— Какое странное совпадение, правда? — усмехнулся я, но Грей даже не улыбнулся.
— Это действительно странно. Практически невозможно, — отозвался он. И зачем-то добавил. — Полагаю, мне не стоит вам мешать, верно?
Услышав его слова, меня вдруг накрыло осознанием.
— О чём ты вообще, чёрт возьми, говоришь?!
Грей хотел уже было мне ответить, но потом закрыл рот, ничего не сказав. Затем он кивнул и закрыл глаза, глубоко выдохнув, словно его вдруг окатили горячей водой с головы до ног.
Я был в ужасе.
— Грей?
— Да, ваше высочество.
— Разве ты не собирался нас ругать?
— Как бы я посмел, ваше высочество. Всё, что вы сделали, должно быть, имело какую-то причину. Вы мудрые люди.
Грей посмотрел на Эдварда, который выглядел ещё более опустошённым, чем обычно. Казалось, у него не было никаких мыслей. Я не мог не восхититься способностью Грея к сарказму.
— Потому что это страшно. Разве ты не можешь просто разозлиться?
— Если бы моё отношение было неуместным...
— Да, — решительно прервал его Эдвард. — Так что с полной уверенностью продолжай говорить то, что собирался сказать.
Грей вздохнул.
— Мы изучаем историю, чтобы узнать о будущем из прошлого, — пояснил он и добавил, на секунду скосив глаза в мою сторону. — А история повторяется, потому что люди не меняются.
— Но?
— Только это, — Грей легко пожал плечами. — Люди не меняются. Если что-то не произошло в прошлом, значит, была причина, по которой этого не произошло.
Я подумал, что Грей ожидает от меня какого-то остроумного ответа, но Эдвард заговорил быстрее, чем я открыл рот:
— Не думай, что ты знаешь что-то, чего не знаю я.
— Как скажете.
Грей положил учебник истории корешком себе на плечо и попрощался с нами.
— Я пойду первым. Приятного обеда, ваши высочества.
Выйдя из класса, Грей бодро зашагал по коридору. Не думай, что ты знаешь что-то, чего не знаю я? Зачем человеку, который так много знает, говорить такие вещи?
Прежде чем Грей стал товарищем по играм принцев, отец посоветовал ему:
— Не пытайся понять этих королевских особ и не думай, будто ты один из них.
И Грей должен был сделать так, как сказал отец! Почему он не послушал его совета? Послушал бы он взрослых и ничего не потерял бы!
— Ты злишься?
— Нет! — рефлекторно ответил Грей и обернулся. Эдвард стоял у него за спиной.
— Почему вы уже здесь? Попрощайтесь с ним от всей души.
— В этом нет нужды, мы уже, — ответил Эдвард. Внутри у Грея всё кипело, но он не мог показать это здесь. Убедившись, что вокруг никого нет, Грей повёл Эдварда в пустую комнату. Эдвард молча последовал за ним.
— Что сделал свидетель, когда увидел вас вместе? — тихо спросил Грей.
— О... всё в порядке. Джеффри вмешался, сейчас всё хорошо.
— Что? — Грей удивлённо распахнул глаза.
— Джеффри всё уладил. Этот свидетель не будет ничего докладывать королеве.
— Я не понимаю, о чём вы говорите, — Грей выглядел так, будто действительно ничего не понимал.
— Я имею в виду именно то, что сказал. Этот инцидент не вызовет никаких проблем. Я также поговорил с тем свидетелем. Эта ситуация не должна выйти за пределы нашего круга, поэтому нет нужды для беспокойства.
Грей выглядел впечатлённым и поражённым.
— Но неужели свидетель действительно не предпримет попыток сдать вас?
— Полагаю, да? — сказал Эдвард, а Грей нахмурился.
— Честно говоря, мне сложно поверить в это.
— О, правда? — Эдвард задумчиво моргнул, а потом, пожав плечами, словно приняв какое-то решение, наклонился к Грею почти непозволительно близко.
Грей затаил дыхание. Перед ним было красивое, будто кукольное лицо. Несмотря на то, что он видел его каждый день, к нему было сложно привыкнуть, особенно на таком близком расстоянии.
Это немного нервировало...
Конечно, Эдвард не мог убедить его одним лишь выражением своего лица. Поэтому Грей сжал челюсти, пытаясь вернуть себе самообладание. Но не успел он прийти в себя, как Эдвард придвинулся ещё ближе и прошептал ему прямо на ухо:
— Видишь? Принц Джеффри пострадал. Он пострадал из-за тебя. Ты правда хочешь, чтобы королева узнала об этом?
У него был счастливый голос. Несмотря на его невыразительное лицо Грей мог сказать, что Эдвард был доволен.
Грей побледнел и посмотрел на Эдварда.
— Я так и сказал тому мужчине, — произнёс Эдвард, отодвигаясь от Грея. — Если у этого человека есть мозги, он явно понимает, что с ним произойдёт, если из-за него меня вызовет королева.
— Ох. Это то, что вы сказали, — Грей пытался восстановить замершее дыхание, — свидетелю.
— Да. Именно так и сказал.
— Тогда… — Грей прочистил горло, заставляя голос звучать нормально. — Тогда, думаю, проблем не возникнет.
— Да, я тоже так считаю.
Камергеры были хитры и имели очень хорошее чувство самосохранения. С точки зрения камергера, можно было доложить даже о том, что Эдвард и Джеффри находились там вместе. Королева вознаградит его.
Но если до королевы дойдёт весть о том, что Джеффри был ранен во время погони за ним, то это будет уже проблематично. Пригрозив камергеру, что Эдвард тоже не будет молчать, если тот доложит о нём, они оба договорились ничего никому не говорить. Потому что если отказ от доклада будет выгоднее его самого, то камергер точно будет молчать.
http://bllate.org/book/13014/1146841
