Их провели в приватную восьмиугольную комнатку со стеклянными стенами.
Хотя Чхонъу слегка понизил бдительность, прежнее напряжение всё же оставалось на месте. Прежде чем опуститься на своё место, он в очередной раз оглянулся.
«Выглядит дорого».
Не только море, но ещё и ужин в элитном ресторане был для него впервые. Пока Чхонъу колебался, Ку Вонджэ снова взял парня за руку. Любопытная обслуга тут же принялась кидать на них заинтересованные взгляды. Чхонъу опустил голову.
«… Так оно и должно быть», — решил Чхонъу, разглядывая белоснежные розы на столе.
Вообще, других «фей» довольно часто тоже возили в разные приятные местечки, если их гостям хотелось насладиться дорогой кухней или прогуляться. Ничего особенного в этом не было. Да и в роскоши этих «фей» тоже искупать порой любили, так что не стоило придавать этому слишком большого значения.
По сути, с его стороны было глупо и дальше искать смысл в действиях Ку Вонджэ и придавать им какие-либо мотивы.
Этот человек просто решил поделиться повседневной жизнью со своей личной «феей». Иными словами, для него Чхонъу был всего лишь заменой любовника, только более удобной, простой и такой, с которой легко обходиться…
— Эта еда… Тебе по душе?
Вопрос прозвучал тихо, но как-то даже тепло, отчего у Чхонъу на мгновение пересохло в горле.
Какой капризный человек.
Парень беззвучно шевельнул губами и опустил голову.
— Да… Очень вкусно.
Возможно, потому что с этим человеком для него всё было впервые, Чхонъу каждый раз невероятно смущался и терялся.
После этих слов Чхонъу осторожно вытер оставшийся от стейка жир с губ тыльной стороной ладони. Ку Вонджэ невзначай кивнул головой в сторону салфетницы. Чхонъу мигом залился краской и поспешно потянулся за салфеткой, чтобы протереть рот ещё раз.
— Эм… Почему вы не едите, господин директор?
— Слишком жирно.
Прожив с Ку Вонджэ некоторое время, Чхонъу обратил внимание на то, что мужчина для своего крупного телосложения ел удивительно мало и тщательно выбирал еду. Вместо того чтобы глушить всё алкоголем, он ел умеренно и, похоже, придерживался какой-то особой диеты. Помимо всего прочего, если у Чхонъу сердце болело от каждого оставленного несъеденным кусочка, то Ку Вонджэ, похоже, это вообще не беспокоило.
Мужчина проглотил несколько кусочков стейка, после чего медленно отложил столовый нож, откинулся на мягкую спинку кресла и принялся потягивать вино, наблюдая за едящим Чхонъу.
«А еда должна попадать в организм через нос или через рот…»
Море за окном было очень красивым, а еда — невообразимо вкусной. Проблема была только в человеке напротив.
На протяжении всего ужина Ку Вонджэ почти не ел и только наблюдал за Чхонъу. Сам Чхонъу же считал это скорее слежкой.
Чхонъу медленно разрезал стейк ножом и вилкой, отправлял в рот кусочки мяса и овощей, не переставая улыбаться от удовольствия. Ку Вонджэ, сидя напротив, наблюдал за ним и иногда усмехался.
В первый раз Чхонъу так удивился, что невольно замер, на что получил тихий, мягкий приказ:
— Ешь.
Кусочек за кусочком.
Чхонъу, не теряя бдительности, старательно ел, но в какой-то момент их взгляды всё же сошлись.
Ку Вонджэ дёрнул уголком губ и спросил:
— И куда эта еда девается?
— В мой рост…
Ку Вонджэ снова усмехнулся.
— Дальше пусть уходит в вес, — он лениво покачал бокал в руке.
«…»
— А то у тебя и ухватиться не за что.
«У вас, похоже, с этим нет никаких трудностей».
Чхонъу опустил голову и засунул в рот ещё кусок мяса.
Наблюдая, как чужие щёки оживлённо двигаются от еды, Ку Вонджэ больше не мог сдерживаться. Он отклонился назад ещё сильнее и позвал:
— Иди сюда.
Чхонъу застыл и тут же яростно помотал головой.
— Не наглей, — лицо Ку Вонджэ тут же стало суровым, и Чхонъу, перепугавшись, немедленно кинул вилку и неловко встал на ноги.
Парень на негнущихся ногах приблизился к Ку Вонджэ, что, когда тот оказался достаточно близко в его объятиях, тут же запустил руку ему под рубашку, огладил мягкий, тёплый живот и зацепился зубами за гладкую щеку. Чхонъу принялся вырываться:
— Нет, не надо…
Ха. Ку Вонджэ проглотил рвущийся наружу не то выдох, не то стон и с удовлетворением отметил, что насытился даже без еды.
После ужина они решили немного прогуляться по берегу. На верхнем этаже ресторана были доступные свободные комнаты, но Ку Вонджэ не любил останавливаться в неизвестных помещениях.
Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, над морем стал витать мягкий солёный бриз. Чхонъу заворожённо наблюдал за алой линией, за которой солнце и море становились едины.
— Так красиво… — пробормотал Чхонъу впервые без страха или нежелания.
Ветерок пошевелил его мягкую чёлку, открывая вид на белый ровный лоб.
Ку Вонджэ же наблюдал за Чхонъу, не за морем, с несколько загадочным лицом. В чистых глазах юноши отражалось блестящее в последних солнечных лучах море, а голубоватая аура мешалась с ярким оранжевым закатом.
Этот парень по-настоящему сиял, когда был счастлив.
Ку Вонджэ медленно зажёг сигарету и перевёл взгляд на воду. Это место больше всего напоминало ауру Чхонъу.
Однако следующие слова неожиданно сделали обстановку удивительно тяжёлой:
— Хотел бы я привезти сюда бабушку, когда она поправится.
Грёбаная бабушка.
В глаза Ку Вонджэ вернулась привычная холодность.
Нет ничего странного в том, чтобы хотеть разделить будущее со своей семьёй, но почему это так действует ему на нервы? В конце концов, в этой реальности Ку Вонджэ не было ни в прошлом Ён Чхонъу, ни в настоящем, ни в желаемом будущем.
Так почему?
Лицо Ку Вонджэ поникло, а сам он погрузился в мысли.
Он старший сын семейства Ку. Иными словами, на нём лежит тяжкая ответственность оставить после себя наследника, чтобы продолжить их род.
С самого момента его восемнадцатилетия, когда его пометили символом главы семьи Ку, этот факт оставался неизменен. И что его отец, у которого на всю жизнь осталась лишь одна женщина, что его дедушка, тот ещё дамский угодник, оба добросовестно выполнили свою обязанность наследников рода.
«А этот щенок?»
Он был просто «дождевой водой».
И к тому же парнем, который даже ребёнка выносить не мог. Существом, рождённым, чтобы поддерживать его хорошее самочувствие и нейтрализовать его вялость. Просто необходимостью, не более и не менее…
Так было задумано с самого начала и так будет до самого конца.
Быстро разобравшись с кратковременным замешательством, Ку Вонджэ оторвал взгляд от моря, и достал телефон.
— Пригоните машину.
— Да, молодой господин.
Когда Чхонъу, достав новенький телефон, уже собирался сделать фотографию заката на берегу, движения юноши на миг замедлились, а в глазах промелькнуло неизбежное сожаление.
Он не хотел возвращаться в Товонхян, в дом номер семь.
Ладно, это неважно.
Ку Вонджэ слегка надавил большой ладонью на макушку Чхонъу, прежде чем пройти мимо него. Несмотря на тихие поспешные шаги сзади, улыбка больше не украшала его лицо.
...
Возвращение в деревню на машине прошло как-то тихо.
Чхонъу пусто вглядывался в темноту за окном, пока Ку Вонджэ сидел в отдалении от него и рассматривал на планшете деловые предложения от коллег из Сеула.
Прошло около двадцати минут после того, как они выехали с территории пляжа, когда Чхонъу сонно моргнул и едва ли громче комариного писка произнёс:
— Мне нужно в уборную.
Ку Вонджэ, не отрывая взгляда от планшета, обратился к водителю:
— Остановитесь на ближайшей заправке.
— Да, господин.
Водитель взглянул на навигатор. Ближайшая заправка была в десяти километрах от них.
«Странно».
Новая одежда, новый телефон, ужин в приятной атмосфере, красивый пляж.
«Он за сегодня не сказал ничего обидного и много улыбался, но к вечеру вдруг закрылся».
Чхонъу бездумно принялся теребить пальцы у себя на коленях. Слева от него покоилась свободная рука Ку Вонджэ, куда большая и властная, чем его собственная.
В его сердце промелькнуло лёгкое волнение, но он решил на нём не зацикливаться. Чхонъу больше не хотел поддаваться прихотям этого человека.
http://bllate.org/book/13013/1320449
