Попытку Су Эра предупредить об опасности этого метода прервал крик: маленький ребёнок был ещё меньше и тоньше, чем вчера.
— Его рука... — Ли Ли прикрыла рот рукой, чувствуя тошноту.
Кости тонкой руки были сильно изгрызены, а постельное бельё было испачкано кровью.
Чжан Хэ втянул ртом холодный воздух.
— Он использует себя в качестве пайка.
Честно говоря, все они были бы, рады умри он вот так, но способность монстра к восстановлению, очевидно, была очень хорошей: прошло совсем немного времени, прежде чем кость руки вернулась в нормальное состояние.
Теперь явно настало время для другой истории.
Старый трюк был повторён, но плач не прекращался, и Су Эр покачал головой:
— Одна и та же история не может повторяться в новый день.
Чжан Хэ задумался.
— Есть довольно много историй с элементами ужасов, просто...
Кто их расскажет?
Подсознательно его взгляд скользнул на Су Эра, который как раз открыл рот, чтобы отказаться.
— Прошлой ночью я и так подвергся опасности.
Удовольствие в глазах джентльмена Юэцзи было почти уловимым, когда Сюаньюань Аоюй всего несколько мгновений назад захотел прийти к нему ночью. Соблазн убить игрока почти победил успокаивающее ощущение от удара током, ведь спустя ночь даже самое приятное чувство проходит.
Сюаньюань Аоюй поджал губы, желая что-то сказать, но так и не сказал. Ли Ли — девушка, нехорошо её выталкивать вперёд, рассказчика придётся выбирать между ним и Чжан Хэ.
Чжан Хэ горько усмехнулся.
— Камень, ножницы, бумага?
Никто не хочет брать на себя инициативу, чтобы умереть, поэтому лучше оставить всё на слепую удачу.
Сюаньюань Аоюй кивнул головой.
Ли Ли предложила:
— Почему бы мне не присоединиться?
— Забудь об этом. — Чжан Хэ и Сюаньюань Аоюй решили сыграть одну игру, в результате чего последний должен был рассказывать историю.
Испугавшись и смирившись со своей участью, Сюаньюань Аоюй сдался.
— Иди спать, если ты не сделаешь этого, придёт большой плохой волк.
Ребёнок снова неохотно закрыл глаза.
Ли Ли прошептала:
— Может попытаться напугать его чем-то лёгким, с чем можно справиться.
— Это бесполезно. — сказал Чжан Хэ, стоя в стороне. — В такой ситуации даже тазик может утопить человека.
Су Эр немного подумал.
— Всегда есть способ прорваться, давайте сначала осмотримся в поисках подсказок.
Чжан Хэ внёс своё предложение:
— Команды по два человека?
Су Эр покачал головой.
— Мы вчера потратили день впустую, теперь время — это жизнь.
Территория виллы немаленькая, включая чердак, хочется уделить внимание каждому уголку, и одного дня может не хватить.
Вдруг чей-то желудок заурчал.
Ли Ли смутилась и сказала:
— Я немного проголодалась.
Чжан Хэ тут же кое-что вспомнил.
— Утром я увидел, что в холодильнике есть просроченный хлеб.
Перекусить было бы неплохо. Все набили желудки несколькими кусочками, а затем разделились на поиски внутри виллы.
Су Эр занял второй этаж. В комнате стояла семейная фотография, рамка которой была пыльной, но люди на ней выглядели очень живо. Внезапно он почувствовал, что мало чем отличается от людей на фотографии, живя в своеобразном плену.
После тех перемен в семье он стал всё более и более безразличным к жизни. Что действительно пугало Су Эра, так это то, что он даже не чувствовал печали по поводу смерти родителей. Разве это не потеря элементарной человечности — не чувствовать боли, когда кто-то из близких уходит из жизни?
Попав в этот мир, Су Эр, помимо первоначального удивления, испытал ещё и удивительную благодарность: возможно, он сможет вернуть хоть что-то?
Семья из трёх человек на фотографии счастливо улыбалась, и после нескольких секунд разглядывания Су Эр вдруг почувствовал лёгкое головокружение. Глаза людей на фотографии, казалось, смотрели на него, не шевелясь.
— Пойдём. — Женщина внутри фотографии говорила мягко, её лицо медленно менялось, постепенно накладываясь на очертания матери в памяти.
Мозг был похож на часы, у которых вот-вот закончится энергия, вот-вот они перестанут функционировать, а в ушах витал нежный голос:
— Дай мне свою руку, и ты получишь то, чего хочешь больше всего.
Су Эр видел эту фотографию не так как, как в реальности, в которой женщина на фотографии была полна злобы, ожидая, что зрачки Су Эра потеряют фокус, и она сможет наложить на него свои руки.
— Вечное спокойствие... — внушала женщина.
Тело подростка внезапно содрогнулось, а волосы встали дыбом, когда его тело выполнило последние инструкции, посланные его мозгом... Ударить себя током.
После трёх волн электрических разрядов взгляд Су Эра вновь обрёл ясность, и он с размаху влепил пощёчину фотографии, справедливо заявив:
— Я пришёл вернуть утраченные любовь и эмоции, а не найти смерть.
Лицо женщины на фотографии перекосилось. Су Эр посмотрел на онемевшие ладони, затем на испуганные глаза женщины и обрадовался.
— Похоже, твои способности ограничиваются лишь созданием иллюзий.
Положив фотографию в карман, Су Эр вышел из комнаты и посмотрел на стоящего в тени джентльмена Юэцзи.
— Будет ли то, что произошло в туалете, показано публике?
Джентльмен Юэцзи ответил расплывчато:
— Что не должно быть показано, будет размыто.
Туалет — это место, где часто появляются призраки и монстры, поэтому его, естественно, покажут публике.
Су Эр: «…»
Он горько усмехнулся, но старался мыслить позитивно: «Хорошо, что трансляция только в первый раз».
Кто сможет выдержать это в долгосрочной перспективе?
Идея поэкспериментировать в туалете с фотографией, используя электрошокер, отпала, а внезапно повернуть назад было бы слишком подозрительно. Су Эр встал у унитаза, держа фотографию двумя пальцами.
— Я буду задавать вопросы. Если будешь молчать или отвечать неправильно...
Последние слова остались недосказанными, но предупреждение было очевидным, когда он нажал на смыв.
— Первый вопрос: хорошо ли я выгляжу?
Женщина посмотрела в его глаза, блестевшие со свирепостью дикого зверя, и подсознательно покачала головой.
— Действительно, ложь. — Не раздумывая ни секунды, Су Эр оторвал кусок фотографии и бросил его в воду. До руки женщины остался лишь миллиметр: — Ненавижу ложь.
Женщина не сдержалась и выругалась:
— ...Животное!
Глаза Су Эра были холодными, он с силой оторвал кусок с рукой, из-за чего женщина закричала от боли.
***
За пределами инстанса.
— Так подло. — Шамате перестал улыбаться. — Но удивительно, что на него не действуют картины.
— Может быть, у него просто сильная сила воли.
— К тому же, иллюзии у всех разные.
Шамате посмотрел на высокого мужчину рядом с ним, который открыл глаза.
— Меня интересует, как ему удалось выбраться из комнаты ведущего живым прошлой ночью.
Шамате вспомнил образ Су Эра, держащегося за стену, и пробормотал про себя:
— Продать тело, чтобы выкупить душу?
Мужчина: «…»
http://bllate.org/book/13001/1145629
