Когда Инь Ю ринулся прочь, Бай Мусин не стал догонять его.
Он по новой пролистал страницу маркетплейса, однако так и не смог определиться.
Хотя на каждом товаре высвечивалось «специально для особо крупных животных», при нажатии на них появлялись очень подробные разделения по весу, длине и материалам используемого меха, а некоторые из них даже имели функции ухода и массажа… Бай Мусин был ослеплен великолепием.
Выражение его лица стало серьезнее.
Впервые в жизни его парализовало от выбора.
В конечном счете он добавил в корзину щетку для груминга с описанием «продвинутый уход, массаж, гладкая текстура, безопасная и приятная для кожи, полностью безопасная», отказавшись пока от выбора подходящего размера.
Даже после этого он так и не отправился на поиски Инь Ю.
Он прекрасно понимал: если его муж решил удрать, то у него не получится догнать его.
К тому же, слишком много событий произошло за столь короткий промежуток времени, и ему тоже требовалось немного побыть в тишине.
Поразмыслив мгновение, Бай Мусин обернулся и поднял недостроенные домики, чтобы продолжить работу над ними.
Нетрудный процесс изготовления помог ему прийти в себя. Постукивания, механические движения — и вскоре наступил закат.
Бай Мусин подытожил свою работу и обнаружил, что по итогу у него вышло шесть маленьких домиков. Вдобавок он покрыл их двумя слоями водонепроницаемого воска для защиты от дождя и снега.
Он отряхнулся от древесной стружки, а потом расставил домики в кустах, где часто бродили звери Гугу, подбирая такие места, чтобы ветки надежно удерживали их и не давали случайно опрокинуться.
Когда со всем наконец-то было покончено, Бай Мусин лениво потянулся и направился домой.
Через продолжительное время ему снова придется готовить самому. На данный момент его меню состояло из множества ингредиентов, заказанных Инь Ю по интернету, однако Бай Мусин сомневался, что он справится с таким многообразным великолепием.
Тогда он просто вернется к истокам и приготовит себе сэндвич с овощным соусом, чисто ради ностальгии.
Давненько он не ел столь простой пищи. Казалось, с момента женитьбы кухня полностью перешла во владение Инь Ю, и это лишило его возможности продемонстрировать свои элементарные кулинарные навыки.
За своими раздумьями он вошел на кухню, замечая, что изоляционное устройство включено.
Там он наткнулся на несколько свежих и изобильных блюд. От них еще поднимался пар, намекающий на то, что их приготовили совсем недавно.
Бай Мусин: «…»
После минуты ошеломленного молчания перед устройством он спокойно сел за стол и принялся за еду.
Однако он не смог закончить ее.
Инь Ю проявлял необыкновенный энтузиазм в занятии кулинарией: каждый прием пищи состоял из пяти блюд, как если бы он управлял рестораном у себя дома. Бай Мусин часто чувствовал себя сытым, попробовав всего треть каждого блюда.
Будь Инь Ю здесь, он бы проглотил всю оставшуюся после Бай Мусина еду.
Однако тот сейчас отсутствовал, а у Бай Мусина не хватало сил съесть все блюда самому.
Ему не нравилась пустая трата еды, потому он убрал остатки в холодильник, планируя позавтракать ими на следующее утро.
Закончив трапезу и тщательно вымыв посуду, Бай Мусин вовремя лег спать.
Со своим мужем, который обычно не придерживался оговоренного времени отхода ко сну и настойчиво донимал его просьбами попрактиковаться, Бай Мусину было нелегко восстановить свое прежнее правило ложиться спать до одиннадцати часов, а теперь во время его отсутствия все казалось несколько неуютным.
На следующее утро он поднялся с кровати в семь часов.
Придя на кухню, он уже собирался разогреть себе на завтрак оставшийся со вчерашнего рис, как с удивлением обнаружил пустой холодильник.
При дальнейшем осмотре в теплоизоляционном контейнере вновь нашлась свежеприготовленная еда.
К этому еще прилагалась небольшая записка, будто объясняющая преступное деяние: «Мусин, я доел остатки еды со вчерашнего, чтобы ничего не осталось».
Честно говоря, почерк Инь Ю напоминал какие-то детские каракули, отчего Бай Мусин считал его просто некрасивым от природы. Теперь же, при ближайшем рассмотрении, это больше объяснялось недостаточным развитием мелкой моторики, но все равно было весьма похвальным усилием.
После завтрака Бай Мусин отправился работать в поле.
Сейчас был пик сезона для определенного вида вредителей, так что он патрулировал поля и распылял низкоконцентрированный инсектицид каждые два дня.
Переизбыток этого вещества мог повлиять на рост урожая, оттого ему приходилось распылять его в небольших количествах несколько раз, что было довольно хлопотно. До этого за это задание отвечал Инь Ю, однако же в его отсутствие Бай Мусин не собирался ничего саботировать, и сегодня как раз был день обработки посевов.
Однако, по прибытии на поля и после проверки расположенного поблизости записывающего устройства, выяснилось, что сегодняшнее опрыскивание уже было завершено.
В четыре часа утра, как раз когда Бай Мусин крепко спал.
Он осмотрел и другие поля: как и предполагалось, все задания давно были выполнены.
…Так что никаких дел не осталось.
Тогда Бай Мусин отправился на неторопливую прогулку, ничем не отличавшуюся от предыдущих дней.
По пути он проверил в кустах расставленные вчера домики.
Всего за одну ночь там уже появились следы зверей Гугу.
Сухая трава и опавшие листья были свалены в кучу, образуя подобие гнезда, — трудолюбивые крохотные создания усердно готовились к зиме.
Несмотря на то, что вчера свирепый зверь этой планеты напугал их до дрожи своей ужасающей стороной и заставил сбиться в кучки, всего через несколько часов они вновь осторожно и с опаской показали свои головы из норок.
Даже самые беспомощные существа находили свой способ существовать.
* * *
Как и следовало ожидать, обед и ужин тоже были свежеприготовлены.
Вот так Бай Мусин провел день.
Удивительно, но, помимо отсутствия навязчивого компаньона, вечно ошивающегося рядом с ним, этот день ничем не отличался от предыдущих нескольких.
Пусть Инь Ю и отсутствовал физически, его влияние ощущалось повсюду.
Бай Мусин не знал, смеяться ему или плакать. Ему было интересно, какие еще трюки выкинет его дорогой муженек.
К вечеру он уже был готов отойти ко сну, как в дверь легонько постучали.
Он пошел открывать, но никого не обнаружил.
У ног раздался какой-то шорох, и когда он опустил взгляд, то наткнулся на зверька Гугу.
Бай Мусин: «?»
Он поднял маленькое существо.
Присмотревшись стало ясно, что крохотное создание старательно вычистили и вычесали: его шерсть выглядела более пушистой и шелковистой, создавая впечатление невероятной мягкости. О, и каким прекрасным ароматом она благоухала, будто кто-то распылил на нее духи. Кроме того, вокруг шеи зверька — предположительно шеи — болталось миниатюрное кольцо из травы.
Оно было соткано из пучка «Серебряной звезды», перекрученное и криво сплетенное, явно отражающее индивидуальный стиль своего создателя.
Обычно неприметная трава излучала в ночи слабое серебристое сияние, придавая маленькому пушистому существу милый и очаровательный вид
Зверек Гугу уютно устроился в руках Бай Мусина, как если бы его каким-то образом научили этому, послушно свернувшись калачиком с четырьмя коротким лапками, походя на взлелеянную куколку.
Очевидно, это был скрупулезно подобранный с учетом предпочтений Бай Мусина и заботливо подготовленный подарок.
Глядя на крохотное создание в своих руках, Бай Мусин невольно погрузился в далекое воспоминание.
Это было что-то из его детства.
Во втором классе начальной школы у Бай Мусина был сосед по парте. Он был ребенком с поверхностными интересами, стремился к дружбе с красивыми детьми. Это не исходило из злого умысла, как и свойственно любым детям, он искренне тянулся к красоте. Увидев Бай Мусина, столь милого и прелестного, он сразу же заинтересовался им и стал следовать за ним, как верная тень.
Уста его глаголили, что он хочет быть лучшим другом Бай Мусина.
Из-за весьма близкого расстояния между их домами они часто ходили вместе, и в сравнении с другими их отношения считались довольно близкими.
Однажды этот ребенок поссорился с Бай Мусином.
В этом не было вины самого Бай Мусина, ибо именно этот мальчик случайно сломал его ручку.
Он не решался признаться несколько дней, а когда Бай Мусин наконец обнаружил это, разрыдался, извинился и в слезах убежал.
Бай Мусин был в полном недоумении. Он не понимал, почему виновный лил такие горькие слезы.
Кроме того, он ведь никогда не говорил, что намерен обвинить его?
По возвращении домой он рассказал о случившемся своему отцу.
Мужчина тогда сказал много вещей, которых Бай Мусин не понял:
— Мусин, все из-за того, что ты слишком нравишься этому мальчику. Он совершил ошибку и осознал, что его образ в твоих глазах был запятнан, поэтому он не смог выдержать удара и расчувствовался. Таковы людские создания. Любовь способна порождать страх и слабость, так что чем более близкие отношения, тем сильнее они восприимчивы. Честность — это, конечно, добродетель, однако обман — не всегда зло. Когда я встречался с твоей мамой, у нас тоже были схожие недоразумения…
Затем его родители поведали о своей истории любви.
Бай Мусин выслушал это с непроницаемым выражением лица, а потом выпрыгнул из объятий отца и вернулся к своему столу для выполнения домашнего задания.
В его жизни происходило слишком много вещей, которых он не мог осознать, и слишком много чувств, которые были ему неведомы.
Человеческие эмоции напоминали неразрешимую головоломку.
Однако, вспоминая сейчас об этом маленьком инциденте, Бай Мусину вдруг почудилось, что, возможно, он наконец-то понял одну из бесчисленных загадок.
В самом начале он желал выяснить у Инь Ю, почему тот скрыл свою личность.
Между ними было достаточно моментов откровенности, и, кажется, Бай Мусин никогда не выражал неприязни к инопланетным существам?
Зачем так долго утаивать это?
И он даже боялся его, как будто Бай Мусин, обычный человек, действительно мог ему навредить?
Он не мог понять.
Однако ж, теперь он забыл об этой неразберихе. Его мысли безудержно метались в разные стороны.
Инь Ю, который изнывал от ревности, даже когда Бай Мусин просто прикасался к зверю Гугу… Какие чувства он испытывал, когда терпеливо наряжал это существо, своего прошлого «соперника в любви», в такой очаровательный и милый вид и преподносил ему?
Бай Мусин почти мог представить досаду на его лице во время этого действа.
Как если бы он не был существом внушительных размеров и с силой, позволяющей легко расправиться с альфой S-класса.
Им все еще управляли человеческие эмоции.
Холодный и одинокий осенний ветерок коснулся щеки Бай Мусина, и он моргнул.
В груди странно заныло, как будто что-то внутри него тихонько развеялось.
http://bllate.org/book/12999/1145355
