Сквозь повязку на моих глазах мерцал свет. Мои руки, крепко завязанные за спиной, окончательно онемели из-за плохой циркуляции крови. Под моими согнутыми коленями, которые были в этой позиции, казалось, вечность, я уже не чувствовал пола.
Сидящий в этой некомфортной позе, я изо всех сил прислушивался к любому звуку, поскольку только слух был моей ниточкой к спасению в этой ситуации. Единственное, что делало ситуацию еще мрачнее – ситуация, которую я примерно понял по окружающим меня звукам, была такой же мрачной.
С того момента, как меня поймали и доставили в это незнакомое место, до меня доносились стоны вместе с жуткими звуками отрываемой плоти. Сейчас все, что я мог различить, были звуки чьего-то тяжелого дыхания. Было очевидно, что человек был полностью выведен из строя и не мог выдавить и звука.
Я очень хотел позвать маму. Прошло много времени с тех пор, как я ощущал такую отчаянную нужду это сделать, особенно потому, что я уже стал взрослым. Я бы хотел, чтобы я мог просто умолять оставить меня в живых, распластавшись по земле. Я бы сделал это сразу по прибытии если бы не крепкая рука, давящая на тыльную сторону моей шеи. Я понимал молчаливое послание этого жеста: сиди спокойно, если хочешь жить.
Стараясь дышать спокойнее, чтобы выжить, я услышал неподалеку очередной глухой удар упавшей плоти. Испугавшись, я попытался поднять голову, но давление на шею увеличилось, не давая мне сдвинуться с места.
— А, ты можешь развязать его.
— И его руки?
— Да.
Это первый раз, когда я слышал голос за исключением звуков чужих стонов и ударов. И тем не менее вместо чувства облегчения я только занервничал больше, ощущая, как мое тело задрожало сильнее. Периодические удары прекратились, как только раздался тот голос. Если у этой неописуемой жестокости был порядок, то я был следующим в очереди. Почему я должен проходить через все это? Несправедливость происходящего вызывала у меня желание заплакать, но я изо всех сил боролся со слезами. Пока я подавлял всхлипы, человек позади меня цокнул языком. Хотя путы на моих руках ослабли, я не мог сразу же начать ими двигать. Спустя мгновение до меня донесся грохот упавшего на пол металла, а за этим последовала спавшая с глаз повязка. Внезапный поток света ослепил меня, заставляя сощуриться.
— Ах…
Свет болезненно плясал перед глазами, вызывая легкую тошноту. Я опустил голову, чтобы спрятать глаза, и сквозь размытое зрение увидел роскошный ковер, украшавший пол. Я уставился на экстравагантный, узорчатый ковер, словно вышедший прямиком из фильма по типу быстрозабываемых боевиков категории B, где злодей клялся уничтожить свидетеля, мельком увидевшего его лицо.
Может, если я не буду встречаться с ними глазами, меня пощадят? Я вцепился в эту призрачную надежду и крепко зажмурился. Однако, кажется, мой похититель никогда не смотрел такие фильмы: меня мгновенно схватили за волосы и силой задрали голову. Тянущая боль в затылке, смешанная со страхом за свою жизнь, заставила мое тело бесконтрольно трястись, а мои зубы – громко клацнуть. Я снова услышал, как кто-то цокнул языком.
— Зеленчик, относись к нему с уважением.
— Да, — ответил другой голос после небольшой паузы.
Уважением? Сейчас? Было ли вообще такое явление, как уважительное похищение?
Если они хотели проявить уважение, им бы изначально не стоило меня похищать! Я с трудом сдержал растущую злость и напряг уши, чтобы понять происходящее. При этом я не мог не заметить странный тон незнакомца. Он был ленивым, с намеренными паузами между слов. Это придавало ему беззаботности. Несмотря на обстоятельства, человек казался добрым.
Однако его личность, наверное, была полной противоположность. Его мягкого голоса, учитывая, что они похитили кого-то настолько невинного и законопослушного, как я. Или, может, они приняли меня за кого-то другого? Хоть мои волосы наконец отпустили, я отчаянно вцепился в последнюю ниточку надежды, молясь, что они осознают свою ошибку.
Прозвище «Грини» звучало знакомо. Может, это кличка соседской собаки? Несмотря на то, что я дрожал от страха, я с любопытством склонил голову на звук знакомого имени. В то же время мои глаза привыкли к свету, позволяя получше изучить место, куда меня привели.
Оно напоминало чей-то офис, задекорированный настолько роскошно, словно на него совсем не пожалели средств. Сквозь окно в дальней части комнаты падали солнечные лучи, заставляя мерцать темную поверхность деревянного стола. Облокотившись на него стоял высокий мужчина – по всей видимости, владелец этого богатого места. Одетый в белую рубашку, коричневые брюки и жилет для смокинга, он несомненно излучал ауру опасности.
Когда наши взгляды встретились, он поприветствовал меня мнимо дружелюбной улыбкой. Мужчина спокойно отбросил что-то, что держал в руках. Человек в его хватке, еле узнаваемый из-за всей той крови, в которой он был покрыт, упал на пол, не издавая ни звука. Судя по тому, как он корчился, он был еще жив, но определенно был на грани смерти.
В тот момент мужчина заметил пятна крови на своих черных кожаных перчатках, обнажающих тыльную сторону его ладоней. Он тихо цокнул языком, и даже в этом звуке слышалась толика лени. Это был звук, который мог привести в ярость менее терпеливого человека.
Я тоже чувствовал, что почти теряю сознание. Только тогда я узнал человека, стоявшего передо мной.
— Мне не стоит, быть в таком состоянии, когда я должен встречать гостей, — спокойно заметил он, несмотря на ужасные обстоятельства.
Он снял кожаные перчатки и бросил их на пол. Те упали с металлическим клацем, который было странно услышать от изделия из кожи.
На секунду я покосился на жутковатые перчатки, а затем снова посмотрел на мужчину. он уже вытащил новую пару из ящика стола и теперь приближался ко мне. Я инстинктивно понял, что настал мой черед. Если не подчинюсь его желаниям, новую пару перчаток испачкает уже моя кровь.
Глядя на него, я мысленно молился, что он не подойдет ближе. По мере его приближения мои глаза поднимались все выше. Мужчина был определенно привлекателен: с широкими плечами, аккуратно зачесанными волосами и выступающими лбом. Однако кровь на его щеках придавала ему странный и пугающий вид, делая из него сумасшедшего, пусть и красивого.
— Тебя зовут Ён Сону? – спросил он, уничтожая мою последнюю надежду на то, что меня с кем-то перепутали. Он сказал это свойственным ему ленивым тоном, а его манеры источали высокомерие и скуку, что совсем не соответствовали обстановке.
Было жутко видеть такого человека, сидящего передо мной и усмехающегося, пока я подавлял свою тревогу. Если я не ошибся, он был протагонистом этого мира, способный заставить каждого подчиняться ему. Человек, который мог получить и достичь всего, что только захочет. Зачем ему вообще похищать такого обычного человека, как я?
— Хозяин… на вас кровь, — внезапно сказал голос позади меня, осторожно вытирая кровь с щеки мужчины.
Я так испугался, что на мгновение забыл, как дышать, забыв, что помимо нас здесь был кто-то еще. Однако мой похититель, кажется, совсем не удивился такой реакции, ожидая, пока другой человек очистит его лицо. Так спокойно он оттирал кровь, а не краску или соус.
— Прости за такую грубость перед гостем, — сказал мужчина, чья невежливость не распространялась только на кровь на лице.
Я хотел задать ему вопрос про то, насколько неприличным было мое похищение и заточение здесь без моего на то желания, но промолчал и опустил глаза, держа в голове, кем именно был этот человек. Кажется, ему нравилось мое подчинение, поскольку его улыбка зловеще исказилась.
Чертыхнувшись про себя, я осознал, что он намеренно показал мне жестокую сцену, чтобы дать мне понять, что со мной произойдет, если я не подчинюсь.
«Блять, блять, блять!», пронеслось у меня голове, пока я чувствовал окутывающий меня ужас.
— Ён Сону?
Пока я молча матерился про себя, мужчина снова позвал меня по имени. Все, чего я хотел, было закричать, что я его не знаю и потребовать, чтобы он рассказал, зачем втянул невиновного человека во все это. Однако я мудро решил прикусить язык, почуяв угнетающую атмосферу вокруг нас.
— Да, — робко ответил я.
— Ты действительно Ён Сону?
Внутри себя я закричал: «Нет! Я не Ён Сону, которого ты ищешь!»
— Да, — выдавил я снаружи.
Я сжал челюсти, ощущая различия между разумом и тем, что я на самом деле произносил – странное ощущение, которого я не мог избежать. Меня пожирал страх того, что я попал по крупному.
— Я слышал, что ты талантливый менталист. Это так?
Он определенно насмехался надо мной, но глубоко внутри я знал, что я не тот, кого он ищет.
— Я действительно менталист, но мои навыки не настолько впечатляют.
Я пытался представить свои честные мысли в позитивном свете. Но, может, я переборщил? Мужчина на мгновение замолчал, медленно склоняя голову. Его когда-то улыбающееся лицо превратилось в угрожающую, отвердевшую маску, делая его еще более пугающим.
http://bllate.org/book/12991/1143899
