Естественно, это кафе оказалось «ограбленным» не просто так. И еще более очевидным было то, что камеры наблюдения попросту не могли сами по себе отключиться без видимой на то причины.
Причина оставалась одна: кто-то намеренно подчистил доказательства своего преступления.
— Как давно это произошло? — вцепился в несчастного работника Син Цунлянь.
— Три… около трех дней назад. Да, три дня назад, точно.
— За день до дня рождения учителя, — побледнел Лин Чэнь.
Если до этого расследование заставляло его чувствовать себя так, будто он бредет по темноте с завязанными глазами и не может ничего различить, то теперь он вдруг понял, что его, можно сказать, заперли в мешке. И кто-то медленно затягивал шнуровку, не позволяя дергаться.
— Те дети еще не успели натворить дел, а кто-то уже спланировал уничтожение улик. Хорошо же они, однако, подготовились, — Син Цунлянь же растерянным не выглядел. Напротив, он будто этого и ожидал. — Хотя, наверное, это не совсем верная формулировка. Они, скорее, попытались последовать принципу «нет трупа — нет убийства».
У организации, скрытой в тенях уже как несколько лет и использующей жизни подростков для своих грязных дел и выгоды, всегда были достаточно скрытные методы. Зачем же они внезапно решили устроить такое шоу с трансляцией и коллективным самоубийством?
Кому, как не им, было знать, что после такого обратного пути не будет? Какова бы ни была их цель, после такого серьезного события, полиция неминуемо бы заинтересовалась делом и начала их выслеживать. Вопрос состоял лишь в том, насколько расследование задержится…
Син Цунлянь не был не прав. Шестеро мертвых студентов, включая шимэй Линь Чэня, были расценены организацией как обуза вроде записи с камеры. И, видимо, лучшего способа разобраться с ними, чем «удалить», не нашлось.
Значит, организация сейчас всеми силами пыталась подтереть доказательства собственного существования. Хотя даже в таком деле они не забыли и о выгоде. Для такого поведения даже выражение «хладнокровный расчет» звучало безобидно.
Линь Чэнь вдруг вспомнил вопрос Ван Чао:
«Вы когда-нибудь видели мир таким злым?»
Этот вопрос действительно был слишком резок.
Линь Чэнь яростно потер лицо, надеясь, что несколько секунд вынужденной темноты взбодрят его, когда в ушах послышался голос Син Цунляня:
— Пошли посмотрим, что там да как.
Он звучал совершенно спокойно и даже расслабленно, без малейшей тени разочарования.
— Я написал Ван Чао и спросил, сможет ли он восстановить записи, но уже прошло три дня. Шансы того, что они не стерли все данные об этой камере, слишком малы: эти ребята не из тех, кто бояться сжигать мосты.
Линь Чэнь кивнул и уставился на отмеченный маркером на карте павильон.
Реальная картина не слишком отличалась от его представлений.
Кафе оказалось небольшим. Оно располагалось в самом углу подземного этажа, как тело красавицы, скрытое за хрусталем. Только теперь там действительно гулял лишь холод.
Дверь была заперта, свет не работал. Лампочки из коридоров подсветили несколько метров деревянного пола у входа и барную стойку, которую убрать не могли. Прилавок был кристально чист: там не было ни единого флаера. Как бы Линь Чэнь ни рассматривал кофейню, картина оставалась неизменной: как и сказал работник, ее реально «обчистили» наголо.
Единственным оставшимся напоминанием осталась вывеска.
Это была небольшая деревянная дощечка, подвешенная у двери, со словом на латинском.
Линь Чэнь нахмурился и непроизвольно повернулся к Син Цунляню.
— В переводе с французского это «Вежество», — в очередной раз продемонстрировал блестящие навыки владения языком капитан.
Линь Чэнь задумался и опустил взгляд, когда вдруг услышал за спиной тихое фырканье. Обернувшись, он увидел, как Су Фэнцзы перевел насмешливый взгляд с Син Цунляня на него и обратно.
— Почему ты еще здесь? — холодно спросил Линь Чэнь.
— Эй, тут полиция так-то расследование ведет. Неужели нельзя просто посмотреть?
Линь Чэнь мысленно совладал с собой и в очередной раз вздохнул о том, как тяжело ему терпеть эту личность рядом.
У входа в кофейню «Вежество» Син Цунлянь включил фонарик и осторожно заглянул внутрь. Обычно завешанные плакатами и листовками стены были абсолютно голыми, только теперь еще и с дырами от гвоздей. От висевшей на потолке люстры осталось всего несколько стеклянных «цепочек», в то время как лампочки и подсветка исчезли.
— Впервые вижу столь жадного вора, — Син Цунлянь фыркнул. — Как думаете, криминалисты смогут найти здесь хоть один отпечаток пальца?
— Нет, тут слишком чисто, — Линь Чэнь подошел к Син Цунляню и оглядел практически идеально прозрачную стеклянную дверь.
— Это ж какого черта здесь должно было происходить, чтобы нужно было подчистую уничтожать все вероятные улики? — равнодушно пожаловался Син Цунлянь, после чего присел на корточки и, надев перчатки, принялся исследовать дверной замок.
Сердцевина замка была разобрана, что в очередной раз показало, насколько тщательно и скрупулезно был продуман план злоумышленников.
— По факту, мы можем предположить, что на записях были входившие в кафе и выходившие из него люди, какие-нибудь листовки и прочая ерунда, может, нашлось бы что-то непременно изнутри… — Линь Чэнь прислонился к стене противоположного павильона, методично наблюдая за Син Цунлянем. — Если бы только эти записи были…
— Да, — Син Цунлянь вскинул голову и указал в сторону небольшой камеры в юго-восточной части кофейни, — мы ничего не сможем доказать.
— Как думаешь, каковы шансы того, что камера работает прямо сейчас и они нас видят? — предположил Линь Чэнь.
— Примерно сто процентов, — Син Цунлянь мазнул взглядом по горящей красной точке в углу камеры. — Однако, к счастью, они не обнаружат нас, пока мы не решим пойти дальше. Мы в слепой зоне.
Параллельно словам движения Син Цунляня стали более аккуратными.
Проверив дверную замок, Син Цунлянь переключился на внешние стены павильона. Он медленно вел рукой в резиновой перчатке по стене, пока не наткнулся на металлический крюк.
Для четкости фонарик оказался направлен прямиком в это место.
Под ярким освещением Син Цунлянь четко разглядел область стены, выделяющуюся среди общей картины своим чуть более светлым цветом. Как будто бы в этом месте что-то долго висело.
— Что ты там говорил?
— О чем?
— Мы сможем опознать это место?
— Как «преступное»? —Линь Чэнь взглянул на светлое пятно и призадумался, после чего ответил: — Во-первых, главная цель нашего заведения — это привлечение потенциальных последователей и их заманивание, так что определенно должно быть какое-то объявление или что-то привлекающее внимание. И для выполнения этой задачи подошло бы что-то масштабное, видное и изнутри, и снаружи…
— Типа рекламного баннера? — пальцы Син Цунляня скользнули по краю высветленной поверхности размером с игрушечную доску. — Какой вор вообще станет красть рекламное объявление?
— Это уж конечно…
Линь Чэнь не знал, как выразить свои эмоции словами.
Пока он стоял в замешательстве, Син Цунлянь успел подойти к павильону напротив — к ювелирному магазинчику.
Время стояло уже позднее, так что женщина-владелица собиралась закрываться.
Он показал полицейский значок и принялся опрашивать женщину о «кофейне напротив».
— Получается, ее закрыли дня три назад. С того момента я больше никого там не видела, — тихо ответила владелица, задумчиво заправив волосы за ухо. Прислонившись ближе к Син Цунляню, она поделилась: — Не думаю, что она снова откроется. Ее владельцы сбежали.
— О?
— Кому в голову придет забраться сюда в самую глушь ради кофе? Их дела шли так плохо, что иногда за весь день могло никого не появиться. А работники все поголовно были странные и отстраненные!
— Отстраненные?
— Да. Вот в этой кофейне, вы же о ней? Вы там были? Когда я только открылась, я решила заглянуть туда на чашку кофе. Разумеется, как соседке, они могли бы сделать мне скидку и быть более дружелюбными, но они просто проигнорировали меня. Я посидела там еще несколько минут и ушла. С тех пор там и не была…
Должно быть, эта дама так давно затаила обиду на кафе, что не могла не поделиться сплетней.
И разница в отношении была совершенно ясна. В конце концов, организация не интересовалась способными править и управлять женщинами. Линь Чэнь намеренно перебил ее жалобы и спросил:
— Нам в администрации сказали, что там продавались книги. Вы помните, что именно это было?
— Откуда мне знать? Я была там один раз.
— И все же вы сидели там несколько минут. Должно же было что-то вызвать у вас чувство дискомфорта. И может, не только поведение сотрудников, — подтолкнул ее Линь Чэнь.
— Ну, если так подумать, эти книги… — женщина прищурилась. — Как по мне, там даже названия были какие-то неловкие. Всякая мишура от бизнес-тренеров и прочих «специалистов». Ни одного нормального журнала!
— Мишура?
— Ну, знаете, всякие книжки типа «Изменись за неделю» и «Красивая вдохновляющая жизнь». Такое.
Линь Чэнь кивнул, после чего повернулся к стене бывшей кофейни.
— Там что-то висело?
— Небольшая доска. У меня есть такая же.
После этих слов Линь Чэнь перевел взгляд на Син Цунляня.
Капитан уголовного отдела достал свой блокнот, что-то чиркнул и спросил:
— Может, вы помните, что там было написано?
— Вот это уж точно нет, господин полицейский! Какое мне было до этого дело?
Линь Чэнь кожей ощутил на себе вопрошающий взгляд. Син Цунлянь, конечно, молчал, но его вопрос и без того прозвучал довольно отчетливо: «Сможешь заставить ее вспомнить?»
Линь Чэнь покачал головой.
Син Цунлянь постучал карандашом по блокноту.
— Может, хотя бы в общих деталях сможете что-то назвать? Что угодно, что придет на ум. Без конкретики.
— Кажется, там было что-то про скидки для студентов и самовывоз. Что-то такое…
— А цены менялись?
— Естественно. Только как-то странно.
— То есть?
— То есть у этой доски постоянно кто-то стоял, но никогда не заходил. Просто пялились на нее…
— Кто это был?
— А кто это мог быть? Туда ходили только студенты.
Линь Чэнь вновь посмотрел на металлические крюки на внешней стене, на их характерно-серый контур.
Доска, останавливавшиеся рядом студенты, отключение камеры во всем секторе…
Кажется, содержимое доски было серьезнее, чем они полагали.
Линь Чэнь мог себе представить эту картину: вот какой-то клерк рано утром надевает форму, проверяет время на телефоне и медленно завязывает фартук. Потом открывает дверь, берет мелок и записывает: «сегодняшние акции» и что-нибудь еще.
Для обычного человека эти буквы будут просто призывом заглянуть на кофе, но для остальных могут стать гранью между жизнью и смертью.
Студентам и не надо было входить в кофейню. Пока они время от времени проходили мимо, им было точно известно, что они собираются делать.
Такой подход мог показаться легким и даже ленивым, но в действительности оказался до мурашек хладнокровным.
Линь Чэнь глубоко вздохнул, мысленно понадеявшись, что он просто надумывает.
Син Цунлянь вдруг произнес:
— Ты ведь думаешь о том же, о чем и я?
— А о чем ты думаешь? — ответил Линь Чэнь, пока Син Цунлянь оттаскивал его в уголок.
— Немного рановато такое заявлять, но у нас уже есть книга с шифром. Если они так осмелели, что писали инструкции прямо на доске, не поможет ли это нам вычислить, чего организация хотела от студентов?
Линь Чэнь был искренне удивлен.
«Дискретная математика» оказалась кодовой книгой, но это было лишь их предположение. Точно такое же, как и то, что организация передавала студентам послания в зашифрованной форме. Доказать они это могли, только найдя конкретную инструкцию. А именно ее им и не доставало.
Может, кто-то фотографировал это кафе?
Или запомнил, что было написано на доске?
Но они снова оказались на шаг позади и были вынуждены искать иглу в стоге сена.
— Если бы только здесь была камера, записывавшая доску, — почти беспомощно вздохнул Линь Чэнь.
— Она есть, — уж кто-то, а Син Цунлянь в системах расстановки камер разбирался. Ему не составило труда быстро найти в углу скрытое наблюдение. — А иначе как бы они открыли свой бизнес без камер?
В то же время он подошел к камере и оглянулся. По всему ювелирному магазину были развешаны зеркала — даже на стеклянных дверях, — отчего павильон выглядел очень ярко.
Вдруг взгляд Син Цунляня застыл. Линь Чэнь проследил за ним и увидел, как тот уставился на огромное зеркало в полный рост.
— Открой дверь кофейни, — вдруг спокойно попросил Син Цунлянь.
Линь Чэнь выполнил, как было сказано.
Капитан уголовного отдела неожиданно криво ухмыльнулся:
— Что думаешь? Какова вероятность того, что одно из этих зеркал могло случайно засветить для камеры содержание рекламы из кафе напротив?
http://bllate.org/book/12983/1142728
