Су Сяншэн повернул голову и заметил вперенный в пол взгляд Нин Су.
Он проследил за его взглядом и присмотрелся: это должно быть то самое место, где кланялась невеста.
Из-за черного покрытия пола кровь с поклона невесты была не очень заметна, поэтому он не мог ясно разглядеть ее.
Внезапно он заметил, как Нин Су засопел.
— Запах такой знакомый.
«У тебя собачий нюх?» — удивленно подумал Су Сяншэн. — «Что за знакомый запах ты почувствовал?»
— Гости, свадебный банкет готов. Пожалуйста, займите свои места.
Как только Нин Су закончил говорить, подошел старший брат деревни.
Су Сяншэн: «…»
Значит, этот знакомый запах был ароматом свадебного банкета?
Старший брат намеревался отвезти их на свадебный банкет, и отправиться на бойню сразу не представлялось возможным.
После наблюдения за этой свадьбой эмоции игроков стали еще более сложными, а их мысли — еще запутаннее.
Разве они не должны были найти подсказки, принимая участие в свадьбе?
Свадьба затянулась на неожиданно долгое время. Уже был полдень второго дня. После празднества они не только не получили никаких полезных сведений, но и в их головах возникло еще больше хаоса.
Оставалось всего три дня, и, если они не смогут разгадать тайну деревни, они все погибнут.
Игроки были неконтролируемо раздражительны.
Исключение было только одно.
Нин Су по-прежнему пребывал в настроении для разговора со старшим братом деревни.
Старший брат мягко поинтересовался о состоянии Нин Су:
— Ты устал? Свадьба продлилась дольше ожидаемого.
— Да, я не думал, что у жениха окажется столько родственников.
Старший брат смущенно потер голову: вероятно, он тоже поднялся, чтобы вручить невесте красный конверт.
— Хотя сейчас в нашей деревне довольно много людей, на самом деле семей всего пять, и все они состоят в родственных связях.
Нин Су испытующе посмотрел на него.
— Какие пять семей?
Шея юноши была длинной и тонкой, а кожа — слишком белой и бледной, отчего отчетливо виднелись сине-фиолетовые извилистые сосуды. Когда он задал вопрос, в тонких кровеносных сосудах были слабо заметны черные предметы.
Старший брат неконтролируемо придвинулся к нему:
— Ван, Ли, Чжао, Сун и Ву.
— О, — Нин Су отступил и направился прямо вперед.
Старший брат будто бы обладал какой-то навязчивостью. Он не мог оставить Нин Су в покое, болтая с ним по пути о разных пустяках, поэтому Нин Су занял свое место позже остальных игроков.
Это большой стол предназначался для иностранных гостей и был заставлен роскошными блюдами, в особенности мясными, а в центре всего этого стоял целый жареный молочный поросенок.
При виде мяса игроки вновь вспомнили о черной собаке, и напоминание системы «о равенстве всех живых существ» снова зазвучало в их головах. Смотря на жареного молочного поросенка, они задались вопросом, могло ли это животное быть человеком. И, один за другим, они стали ощущать себя не в своей тарелке.
Особенно тощая обезьянка.
В конечном итоге ему удалось успокоиться, когда обилие мяса на столе снова заставило его насторожиться.
Видя, как Нин Су все еще способен неторопливо беседовать с деревенским жителем, он вышел из себя.
— У тебя еще есть настроение болтать с ним. Ты знаешь, что смертельная опасность подземелий — это не шутки? Ты можешь серьезно отнестись к этому?
Нин Су неспешно сел, заметив рядом с собой черную мантию. Он пока не отказывался от своей мечты подержать другого за бедро* и потому возразил:
П.р.: *Подержать за бедро — фразеологизм, который значит: цепляться за влиятельных людей, льнуть к сильным мира сего.
— Я не болтал с ним.
— Тогда что ты делал? Что узнал?
— Что в этой деревне всего пять фамилий: Ван, Ли, Чжао, Сун и Ву.
Тощая обезьянка фыркнула:
— И что же…
— Замолчи! И прекрати позориться! — холодно перебила черная мантия тощую обезьянку и задумчиво нахмурилась.
Тощая обезьянка оставалась в смятении. Это не казалось полезным сведением. Да и для чего оно было нужно?
Послушав Нин Су, Су Сяншэн сказал Чэнь Тяню:
— Кажется, Инь Дайцзюнь, погибшая на вилле женщина, тоже была замужем за приезжим, и эта подсказка соотносится с этой свадьбой.
Чэнь Тянь кивнул.
— Давай подождем возвращения Чэнь Чин и Шуаншуан и посмотрим, нашли ли они что-нибудь.
***
Чжу Шуаншуан и Чэнь Цин вместе с подружкой невесты помогли потерявшей сознание невесте добраться до кровати в свадебной комнате.
Деревенский врач находился на свадьбе и, словно ожидавший этого и находящийся наготове в любой момент, уже обрабатывал рану на лбу невесты.
Три девушки замерли в ожидании.
Ошеломленная Чэнь Цин, стоявшая сбоку подружки невесты, повернула голову, встречаясь взглядом с ней, и пробормотала:
— Госпожа, вы так хороши собой. Жаль, что вы не звезда.
Подружка невесты прикрыла рот рукой и улыбнулась:
— Что? Я настолько красива?
— Да, а чем зарабатывает госпожа на жизнь? В таком случае можно положиться на свое лицо.
— Я открыла зоомагазин, — подружка невесты поджала влажные алые губы, а затем приоткрыла их и добавила: — Иногда я также веду прямые трансляции.
При слове «зоомагазин» глаза Чэнь Цин расширились.
— Как я уже сказала, это лицо не может пропасть зря.
Подружка невесты только улыбнулась на это, промолчав.
В этот момент очнулась невеста.
— Где мой муж? Я ведь не испортила свадьбу? — спросила она.
Чжу Шуаншуан сердито возмутилась:
— Они заставили тебя кланяться тысячи раз, а ты все еще беспокоишься о свадьбе?
Невеста слабо улыбнулась.
— Они не настроены против меня. Мой муж прежде поведал мне, что в их деревне есть феодальные обычаи. Бывшая девушка моего мужа рассталась с ним из-за их астрологической несовместимости и неодобрения семьи.
— Ты продолжаешь упоминать своего мужа, но ты упала в обморок, а он не пришел тебе на помощь. Он действительно любит тебя?
— Он правда очень любит меня, — упрямо и твердо заявила невеста. — Он любит меня, а я — его. Неважно, сколько правил есть в деревне Хуайян, я буду соблюдать их и останусь с ним.
Невеста перевела взгляд на окно.
— Ты не знаешь, что он значит для меня.
На лбу невесты лежал слой пропитавшейся красным марли, помада на ее губах была немного стерта, однако глаза оставались полными света.
— Я родилась в бедной деревне. Из пятерых детей в семье я самая старшая. Что бы я ни делала, родители почти не обращали на меня внимание.
— После окончания средней школы я вышла на работу с низкой зарплатой, потому что у меня не было квалификации. В отеле надо мной издевались постояльцы, и мне приходилось прогибаться и извиняться перед гостями под давлением менеджера. Мне казалось, что так будет всегда, пока однажды, когда меня в очередной раз заставили извиниться перед гостем, мой муж не вскочил и не ударил гостя.
На лице невесты виднелась приятная и счастливая улыбка, когда она вспоминала события прошедшей давности.
— Он сказал, что так не должно быть. Он сказал, что я заслуживаю любви. — Невеста вновь посмотрела на Чжу Шуаншуан. — И он подарил мне любовь: водил меня в парк развлечений, учил готовить, помогал брать и изучать различные курсы по интересам.
— Он не из тех гостей, которые просто пытаются воспользоваться мной. Он даже не прикасался ко мне до женитьбы. Он уважает и любит меня.
Чэу Шуаншуан уставилась на ее светящийся взгляд и на мгновение потеряла дар речи.
***
Когда две девушки вернулись к банкетному столу, вокруг Нин Су витала угрюмая атмосфера.
Это удивило Чжу Шуаншуан, ведь никогда прежде Нин Су так себя не вел. И только после расспросов выяснилось, что причиной этого стал запрет других игроков на употребление им мяса в пищу.
Увидев, что остальные приступили к поеданию зелени, Нин Су с суровым видом поинтересовался:
— Раз не разрешается есть мясо, зачем тогда есть овощи? Все существа равны. Разве жизнь растения не важна? Или это просто дискриминация?
Игроки продолжали молчаливую трапезу.
Чжу Шуаншуан фыркнула от смеха и, когда Нин Су схватился за нож и вилку и подцепил ими молочного поросенка, сунула ему в карман несколько леденцов.
Эти свадебные леденцы раздавали в церкви. У каждого игрока таких имелось по шесть штук, и они исчезали после употребления.
Нин Су бросил подозрительный взгляд на Чжу Шуаншуан, и она объяснила:
— Я попросила их у Чэнь Цин вчера вечером.
— Для меня?
Чжу Шуаншуан улыбнулась:
— Конечно.
Нин Су отложил нож и вилку. Вытащив из кармана леденец, он снял обертку, положил сладость в рот и прошептал «спасибо».
Чэнь Тянь испытал облегчение, когда заметил его отказ от мяса. Он взглянул на черную мантию:
— У нас остается мало времени. К счастью, после свадебного банкета недолжно быть никаких обязательных мероприятий. Мы сможем свободно исследовать окрестности.
Увидев, что черная мантия не перебивает его, он продолжил:
— Давайте поскорее утолим свой голод чем-нибудь. Во время еды мы послушаем о новых известиях от Чэнь Цин и Шуаншуан, а затем немедленно отправимся на бойню для спасения толстяка, если его еще можно спасти.
Старший брат деревни говорил, что не станет убивать черную собаку, так что, быть может, им удастся спасти ее.
Возражений не последовало, и после быстрого перекуса они поспешили на бойню.
http://bllate.org/book/12982/1142538
