— Вы сказали, что направляетесь во дворец Чонган, ваше величество?
— Да. Я хочу посетить его до обеда.
— Но, ваше величество… — нерешительно произнесла Сон-и, что было совсем не похоже на неё, так как она редко выступала против решений императрицы. Императрица спокойно посмотрела на Сон-и и улыбнулась.
— В чём дело?
— Это... Ваше величество... Ёнбин уже не в первый раз поднимает шум из-за болезни, так есть ли какая-то причина беспокоиться о нём?
— Хм-м...
— Я уверена, что это просто уловка, чтобы привлечь внимание императора, так почему вы, ваше величество, собираетесь навестить Ёнбин?
В голосе Сон-и всё ещё звучало глубокое недоверие к Ёнбин.
Среди наложниц не было ни одной, кто не питал бы к нему неприязни, но Сон-и была уверена — никто при дворе настолько не доверяет Ёнбин, как она.
Что такое императрица? Императрица — мать всего народа, единоличная хозяйка императорского двора и внутренней канцелярии. Она была настолько благородной личностью, что никто не должен был проявлять к ней неуважение. Даже сын чиновника с огромными заслугами перед страной.
Но каково же было отношение Ёнбин к императрице? Вместо того чтобы относиться к императрице с уважением, он, забыв про своё место, осмелился пойти против неё, в результате чего лишился её уважения и доверия. Его эго раздулось до небес.
Незначительные изменения в поведении Ёнбин в последнее время, казалось, заставили императрицу взглянуть на него по-другому, но Сон-и всё равно считала, что ему нельзя доверять.
— Разве это не к лучшему?
Сон-и, которая в очередной раз пыталась отговорить императрицу, потому что, сколько бы она ни думала об этом, она не хотела, чтобы императрица сама отправлялась во дворец Чонган, остановили слова императрицы. Когда Сон-и в замешательстве пролепетала "простите?", императрица, поднявшись на ноги со свойственной ей непоколебимой грацией, продолжила:
— Так я смогу проверить, как Ёнбин отнесётся ко мне, незваной гостье.
Сон-и пристально посмотрела в глубокие, словно озёра, глаза императрицы, а затем почтительно поклонилась.
Те, кто не знал, говорили, что Джаран слишком мягкая для императрицы. Что у неё слишком спокойный и уравновешенный характер, поэтому ей повезло возглавить внутренний двор в мирное время, и, если бы не это, то её просто подавили бы остальные наложницы. Однако так могли говорить только те, кто не был в её близком окружении, потому что все во внутреннем дворе знали, насколько страшна на самом деле Джаран.
Если Сон Ихан был подобен солнцу, то Джаран — огромному океану. Как море всегда пугает моряков, даже когда оно спокойно и нет волн, так и Джаран — человек, перед которым все склоняли головы в благоговении, несмотря на её мягкий и спокойный характер.
— Приготовьте травы, восстанавливающие силы. Я лично отнесу их во дворец Чонган.
— Да, ваше величество, — только и осталось ответить Сон-и, которая не могла не задаваться вопросом, что имела в виду императрица, когда говорила о своём отношении к Ёнбин.
Сон-и, которая в силу своей скромной натуры не могла увидеть всю глубину происходящего, осталось лишь почтительно склонить голову.
***
В этот момент Сон Ихан слишком хорошо осознал, каково это — чувствовать себя так, словно время застыло на месте. Он был императором, и знал, что ничто не может быть важнее дел империи и народа, но даже при обсуждении важных вопросов со своими министрами его не покидали беспокойные мысли.
Когда он на короткое время задерживал дыхание… Когда закрывал глаза от усталости… Когда дул ветер, и его взгляд устремлялся в окно… Каждый такой момент...
В эти моменты Сон Ихан думал о Ён Хвавуне, который, должно быть, страдал в этот самый момент.
Никто из тех, кто знал императора, не поверил бы, что он может думать о чём-то ещё во время утреннего собрания, кроме имперских дел.
— Нет ли других новостей из дворца Чонган?
— Других новостей нет, ваше величество.
— ...Отправляемся.
http://bllate.org/book/12952/1137851
