— …С тобой точно всё в порядке?
Ли Хаджин еле заметно покачал головой. Ю Чан моргнул, как будто понял, что происходит с ним, затем протянул руку и аккуратно пригладил взъерошенные волосы. При виде этого нежного жеста Саню, стоявший рядом с ними, издал короткий смешок.
— Я всё испортил, поэтому тебе нужно привести всё в порядок? — игриво прошептал он только им двоим, но, услышав голос режиссёра, зовущего его на площадку, снова протянул руку и быстро взъерошил волосы Сихёна, после чего поспешил на место съёмки.
…Обладатель самого скверного характера, он умело скрывал это от посторонних.
Ю Чан, оставшийся стоять рядом с Сихёном, без лишних слов снова пригладил его волосы, сказав:
— Теперь всё в порядке.
Неожиданно вместо дивана на съёмочной площадке появилась антикварная кровать королевских размеров. Выслушав указания режиссёра, Саню улёгся на кровать, не обращая внимания на десятки людей вокруг себя. Он спокойно закрыл глаза, не шевелясь, будто в комнате был только он, надёжно отгороженный от всех отличным стальным щитом.
В следующий момент с лёгким шорохом простыни были сметены, и Саню безмятежно перевернулся на бок. То, как он смотрел в камеру, держась одной рукой за голову, настолько отличалось от его обычного поведения, что Хаджину показалось, будто перед ним совершенно другой человек.
Взгляд, проникающий в душу.
Как раз в тот момент, когда вы готовы испугаться этого раздевающего вас догола взгляда, уголки его рта дрогнули и поползли вверх, будто пытаясь успокоить вас.
Внезапно его пальцы расстегнули несколько пуговиц, обнажая шею, ловко стягивая галстук. Ещё чуть-чуть и свет померкнет. Кто-то неловко закашлялся, прочищая севший голос. Глаза Саню, всё это время смотревшие в камеру, мгновенно переключились. Он недобро улыбнулся, а затем, словно решив, что с него хватит, сполз с кровати, на которой лежал до этого.
— Ещё дубль? — спросил Саню, подойдя к режиссёру, смотревшему отснятое с возбуждённым выражением лица. Тот покачал головой, сказав, что этого будет достаточно.
В отличие от других участников группы, которым пришлось несколько раз переснимать кадры, Саню получил одобрение с первого дубля. Хаджин растерянно покачал головой, будто стал свидетелем появления величайшего фокусника всех времён.
— Ну что, круто я выглядел, Сихён?
— Нет. Ты выглядел просто как плут, — в разговор встрял Ихён.
Саню ни за что бы не поверил, что его выступление было на одном уровне с выступлением рэпера. Парень небрежно отмахнулся от Ихёна и с грустным выражением легонько коснулся щеки Сихёна. Бросив взгляд в сторону персонала, наводившего порядок на площадке, он прошептал ему на ухо:
— Ты следующий.
Конечно, Ли Хаджин был и сам в курсе этого, и уже раз в тридцатый мысленно послал всё к чёрту. Это было не то же самое, что играть персонажа в дораме с диалогами и сюжетом.
Притворяться опасным, притворяться сексуальным, притворяться человеком другой эпохи… Это что-то личное, что он должен вытащить на всеобщее обозрение, снимая клип. Понимая, как себя сейчас чувствует Сихён, желающий уже не по одному разу просто умереть, Саню, прищурившись, сказал:
— Не волнуйся так. У тебя всё получится, если ты просто выпьешь немного воды в кадре, — чувствуя на себе недоверчивый взгляд Сихёна, Саню ухмыльнулся и пожал плечами, словно подтверждая сказанное: — Так оно и есть.
— О, пи***ц, — Хаджин не знал, что за чушь тот сейчас нёс. Он хотел сказать ему что-то ещё, но не успел. Его позвали на площадку.
Нервный Ли Хаджин вышел вперёд, а Саню что-то крикнул ему вслед, что он так и не разобрал, не зная, издевается ли тот сейчас над ним или искренне переживает.
«…»
— …Ах…
…И результатом съёмки, что неудивительно, была полнейшая катастрофа.
Съёмки, которые до этого проходили в быстром темпе, приостановились. Режиссёр, озадаченно уставившись на Сихёна, сказал:
— Ничего… страшного. Я знаю, Ли Сихён, что во время фотосессий ты просто глубоко дышишь.
«…»
— Что с тобой сегодня не так? В прошлый раз у тебя всё получилось. Ты сегодня не в форме?
«Нет, я просто совсем другой человек. Я не тот же, кто стоял перед вами в прошлый раз…» — мысленно ответил ему Ли Хаджин.
Мужчина прикусил язык, пытаясь сдержать нервный вздох. Он даже не понимал, о чём сейчас просит его режиссёр. Если у него перед глазами был сценарий дорамы, он бы мог сыграть то, о чём написано. Но сейчас перед ним ничего не было. Если бы он мог понаблюдать за тем, как ведётся съёмка для клипа, он знал бы как себя вести. Но сегодня он видел слишком много разных сценариев. Поэтому и не понимал, что ему нужно делать.
Хаджин в замешательстве потирал в очередной раз лицо и бормотал что-то себе под нос, начиная уже подумывать, а не болен ли он на самом деле на голову. Вероятность этого была действительно высока. И помочь ему с этим недугом было некому.
В этот момент он совсем растерялся.
Не зная о состоянии Хаджина, который постепенно погружался в уныние, режиссёр после минутного колебания возобновил съёмку, сказав:
— Давайте попробуем ещё раз.
«Это полное безумие», — подумал Ли Хаджин. Когда он мельком взглянул в сторону камеры, то увидел стоявшего рядом с режиссёром Саню. Он улыбался ему, пытаясь передать какое-то послание взглядом. Кажется, он ещё даже не успел переодеться для следующей съёмки.
«На что он указывает?»
Саню продолжал улыбаться хмурому Ли Хаджину. Затем он поднял правую руку и помахал предметом в ней. Это была бутылка с водой, из которой Хаджин сделал глоток перед съёмками. И как только он увидел её, в его голове прозвучал голос Саню, который игриво предлагал ему выпить воды всего минуту назад: «У тебя всё получится, если ты просто выпьешь немного воды в кадре».
«Что за чушь?»
Но потом Хаджин вспомнил его лицо, как он шептал об этом с такой убеждённостью, и теперь, оказавшись на самом дне, мужчина решил рискнуть, на что никогда раньше бы не пошёл.
— …А? Что…
— Не трогайте его.
Озадаченные внезапным уходом Ли Сихёна со съёмочной площадки, сотрудники только собирались возмутиться, но режиссёр, почувствовав, что парень что-то для себя решил, остановил их, не собираясь вмешиваться. За камерой стоял стол, заваленный разным реквизитом. Не раздумывая, Хаджин подошёл к этому месту и взял оттуда прозрачный стеклянный стакан, затем развернулся и выхватил бутылку с водой из рук Саню.
— Что это сейчас было?.. — спрашивали друг у друга присутствующие.
Вернувшись на съёмочную площадку, Хаджин открутил крышку бутылки и налил себе воду в прозрачный стакан, отбросив пустую бутылку Саню. Затем он подошёл к стулу и без раздумий сел.
На нём были надеты чёрные брюки и белая рубашка, расстёгнутая спереди и обнажающая его белоснежную кожу. Его вздымающаяся грудь сейчас ясно доказывала, что режиссёр не шутил, когда говорил, что Сихёну просто нужно дышать.
http://bllate.org/book/12949/1137149
