Прислонившись к стене, он смотрел куда угодно, только не на камеру. Белый леденец во рту несколько раз щёлкнул, прежде чем Раджун медленно повернул голову в сторону камеры, как будто только заметил, что за ним наблюдают. Когда он повернулся лицом к камере, на его лице появилось выражение, которого Хаджин никогда раньше у него не видел. Между губами показался леденец, который до этого он перекатывал во рту. Раджун приоткрыл рот. На кончике красного языка лежал зажатый леденец.
В глазах плескались озорные искорки с оттенком похоти.
Это была не обычная невинная улыбка, а такая, какая бывает после глупого розыгрыша.
«…»
«Кто этот парень?» — Хаджин смотрел на продолжавшего сниматься Раджуна с озадаченным выражением на лице.
Саню, благополучно затащивший Ихёна в гримёрку, вернулся уже обратно. Он ясно видел, как Сихёну сейчас неловко. Он что-то шептал с потерянным выражением, которое говорило яснее слов, что он не знает, что ему сейчас нужно будет сделать.
Генеральный директор компании, Ли Сонджин, с которым Хаджин успел коротко познакомиться до приезда сюда, страстно произнёс как напутствие, чтобы он снял весь сексуальный декаданс, с которым сталкивался по жизни. Хаджин на какое-то время забыл весь этот собачий лай, но сейчас, глядя на съёмку, у него появилось некое зловещее предчувствие.
— Итак, следующий — Ли Сихён…
— О, режиссёр. Простите, вы можете сейчас снять Ю Чана? Похоже, Сихён сегодня себя не очень хорошо чувствует, так что будет лучше, если он снимется последним.
— …Ну, хорошо.
После того, как Раджун отстрелялся, требовалась смена декораций. Проверив камеру, режиссёр уже собирался позвать Ли Сихёна, когда вмешался Саню, соврав про его плохое самочувствие. Хаджин, присутствующий на съёмке, выглядел сейчас действительно так, будто мыслями был в другом месте. Но, к счастью, режиссёр, который был профессионалом своего дела, как Ихён в обращении со своими фанатами, спокойно кивнул, приказав принести диван в качестве реквизита.
— Думаю, тебе лучше сниматься после того, как ты увидишь, как мы это делаем. Чан-а, ты в порядке?
— Да.
— Хён, где болит? Скажи, — Раджун, только что закончивший сниматься, бросился к Сихёну, схватил неподвижно стоявшего парня, осматривая со всех сторон. Сотрудники съёмочной группы были удивлены сначала словами Саню о том, как он беспокоится о самочувствии Сихёна, и уже всерьёз напуганы, увидев, когда Раджун приложил руку ко лбу парня, проверяя температуру, и как он ахает и трогает его за щёки.
Неужели Раджун сошёл с ума?
Они уже работали с этой группой над третьим и четвёртым клипами, и знали не понаслышке о дурном характере Ли Сихёна. Предвидя уже предстоящую катастрофу, они мысленно принесли Раджуну свои соболезнования. Дурной характер Ли Сихёна был хорошо известен всем: он бился в истерике каждый раз, когда кто-то прикасался к нему. Многие становились жертвами его приступов.
То же самое относилось и к членам его же группы. Во время съёмок он всегда держался особняком от них. Люди называли его избалованным сорванцом и светской бабочкой, но на самом деле он никогда таким не был.
Сотрудники, привыкшие к тому, что самые худшие слухи оказываются неправдой, были ошеломлены, когда впервые встретили его, ведь за время работы они познакомились со многими знаменитостями, но никогда не видели лица, от которого исходили бы такие странные флюиды. Кроме того, как говорили, остальные члены группы, пришедшие вместе с ним, были совсем на него не похожи. Все даже задавались вопросом, действительно ли эти парни одной расы. Первое впечатление было успешным, большинство сотрудников покраснели при мысли о том, что стали его фанатами.
Первое впечатление продлилось тогда недолго.
Но сколько бы времени ни прошло сейчас, ожидаемого сотрудниками шума так и не случилось. Наоборот, Ли Сихён спокойно ответил:
— Всё в порядке.
— Правда-правда?
— Да.
«Нет, нет, нет, нет! Кто этот тихий парень?..» — с вопросительными знаками над головами вся съёмочная группа наблюдала за тем, как Сихён мягко успокаивает Раджуна. Вопреки их ожиданиям, парень, казалось, ничуть не пострадал от прикосновений Раджуна и не собирался устраивать истерики. Им стало интересно, что они сейчас наблюдают. Но тут Раджун ещё больше поднял градус, когда, взяв с Сихёна обещание, чтобы парень сразу же говорил ему о своём плохом самочувствии, крепко обнял его напоследок!
Приглушённые вскрики то тут, то там раздались по всей площадке. А улыбающийся Саню оттащил прилипшего к Сихёну Раджуна, велев тому идти в гримёрку, пинком прогнав его.
Ю Чан, стоявший тут же рядом, привёл в порядок воротник рубашки и волосы Сихёна, пока тот безропотно всё это принимал, словно привык, что его трогают. Не было видно, чтобы он как-то возражал по этому поводу.
— Вы что, срываете съёмки? Где реквизит, о котором я просил? — голос режиссёра прозвучал как гром среди ясного неба.
Персонал, смотревший до этого ошарашенно на членов группы, наконец, очнулся. Они были так удивлены происходящим, что забыли о своих обязанностях. Сихён был озадачен всей этой возросшей вокруг себя суетой, но Саню лишь неловко улыбнулся, как будто догадывался о происходящем.
После небольшой суматохи съёмки возобновились.
В белой комнате был поставлен красный антикварный диван.
Откинувшись на спинку дивана с томным взглядом, Ю Чан выглядел так, будто только что проснулся.
Его по-модельному вытянутые руки и ноги и точеный пресс под пиджаком без рубашки притягивали к себе взгляды собравшихся. Но за этим крылось что-то ещё. После пары бессмысленных щелчков по ногам, обтянутым чёрными джинсами, Ю Чан лениво поднял руку. Замедленное движение было почти болезненно слабым. Рука, коснувшаяся лба, медленно взъерошила волосы, а затем глаза Ю Чана медленно закрылись. Это был простой жест, но в нём было что-то эротическое.
И в следующее мгновение пара сверкающих глаз встретилась с камерой.
Не успел Хаджин опомниться, как глаза Ю Чана снова были распахнуты, и он смотрел на свою жертву холодным острым взглядом.
— Молодец, наш самый юный. Интересно, это потому, что он теперь уже взрослый? Я думал, он просто немного подрос, но теперь он стал совсем зрелым, — счастливый Саню игриво прошептал это на ухо Ли Хаджину, глядя сейчас на Ю Чана, который продолжал сниматься. Мужчина подумал о том же, поэтому легонько кивнул. А Саню захихикал так, будто это было что-то очень забавное, протянул руку и в следующий момент взъерошил Сихёну волосы. Казалось, что он обращается с ним как с ребёнком, но мужчина был не из тех, кто обращает внимание на подобные детали. Он просто не придал этому особого значения.
Когда в декабре прошлого года он впервые встретился с Ю Чаном, тот был ещё несовершеннолетним. И Хаджин всегда таковым его и считал, даже сейчас, в новом году. Ну что на это скажешь, ему всё-таки 28 лет. Не будет странным заметить, что Ю Чан выглядел намного моложе настоящего Ли Хаджина, чей ментальный возраст не уменьшился до 23 лет только потому, что он теперь в другом теле. Пока Хаджин хмурился, думая над этим странным несоответствием, Ю Чан, закончивший сниматься, подошёл к ним.
http://bllate.org/book/12949/1137148
