Cалон открылся три года назад, но за это время Чжэн Сыци ни разу не посещал его в качестве клиента, по крайней мере Цяо Фэнтянь этого не помнил. Поэтому, когда он увидел другого мужчину, то решил, что Чжэн Сыци пришел его искать.
- Вы... Вам что-то нужно?
Однако, это впечатление длилось ровно до тех пор, пока Чжэн Сыци не обернулся, и на его лице отразилось удивление. Мужчина поправил очки, и улыбнулся Цяо Фэнтяню:
- Вы здесь работаете? Я не знал.
На мгновение Цяо Фэнтянь почувствовал себя в затруднительном положении:
- Д-да.
- Какое совпадение, - Чжэн Сыци сунул телефон в карман. - Я только что закончил свои дела, и пришел подстричься.
На этот раз мужчина был одет не в костюм с галстуком. Шерстяной свитер с высоким воротником плотно облегал его торс. Ворс казался мягким на ощупь, а цвет казался практически черным, гармонично сочетаясь с кожей мужчина. Черный пуховик был накинут на спинку салонного кресла, а поверх него лежал вязаный шарф.
Обе руки Цяо Фэнтяня были холодными, словно пакеты со льдом. Опасаясь, что прикоснувшись он может заставить своего клиента почувствовать себя неуютно, мужчина сначала налил в кружку немного горячей воды, и обхватил ее ладонями на несколько минут, позволяя теплу медленно проникать в кожу.
- Какую стрижку вы хотите?
Цяо Фэнтянь положил руки на плечи Чжэн Сыци, глядя в зеркало на его утонченное лицо.
Чжэн Сыци откинул рукой выбившиеся пряди волос назад, а затем пальцем нарисовал круг над головой:
- Просто подстригите их так, как вам нравится. Мне без разницы.
- ...
Цяо Фэнтянь больше всего боялся, когда люди говорили "без разницы". Стоило это услышать - и он начинал чувствовать себя беспомощным. Мужчина поднял ножницы, и на некоторое время замер:
- Хорошо, я просто подстригу их спереди и сзади. Почему бы вам не снять очки на некоторое время?
Волосы Чжэн Сыци были пушистыми, темными и блестящими, с красивым завитком на макушке. Цяо Фэнтянь равномерно распределил прядь волос между суставами двух пальцев, раздвинул лезвия ножниц, и слегка подрезал концы. Затем он отделил прядь, распределил волосы между пальцами, и профилировал их. Это истончило толстые концы прядей, убрав вес, но позволило сохранить объем, который был изначально. Движения мужчины были ловкими и проворными, словно хвост ласточки, задевающий поверхность водной глади, летая над водоемом.
Цяо Фэнтянь вытащил из кармана фартука, закрепленного на его талии, гребень с мелкими зубьями, и провел им по волосам, двигаясь сверху вниз, разглаживая пряди. Его рука повернулась, используя зубья гребня, чтобы поднять концы. Если смотреть сбоку, длина волос на затылке Чжэн Сыци была подходящей, представляя собой тонкий изгиб - гладкий и естественный.
Цяо Фэнтянь развернул стул, позволив Чжэн Сыци сесть боком к зеркалу:
- Почти готово... Так нормально?
На самом деле, технику Цяо Фэнтяня можно было считать одной из лучших в округе. Он был упрямым, гордым, и не признавал поражений. Во время учебы в профессиональном училище он тайно тренировался, и был усерднее других. Он также участвовал в разных крупных и мелких соревнованиях, стремясь к наградам, и также выиграл немало призов.
Сегодня, столкнувшись с Чжэн Сыци, с которым, как он сразу понял, было легко общаться, Цяо Фэнтянь непостижимым образом утратил уверенность в себе.
- Выглядит хорошо, - Чжэн Сыци снова надел очки. Его глаза сузились, а губы изогнулись в легкой улыбке. - Просто следуй своему вкусу, я не такой уж привередливый.
От простых людей, до высокопоставленных чиновников - Цяо Фэнтянь приставлял ножницы к их головам, но еще никогда не чувствовал себя таким неуверенным. Стоит ли ему списать это на то, что он слишком много выпил, и поэтому его разум не мог собраться? Или дело исключительно в человеке, сидящем в парикмахерском кресле? Цяо Фэнтянь и сам не мог в этом разобраться.
- Тогда я просто подрежу вот так.
Не давая своим мыслям больше блуждать, Цяо Фэнтянь развернул кресло обратно в центральное положение, затем опустил голову, и продолжил подрезать волосы.
Пока он стриг, в салоне было так тихо, что единственным звуком, который можно было услышать, был звук щелк-щелк, когда лезвия ножниц раздвигались и закрывались, а также радио, игравшее "Идеальные три десятилетия" Чэнь Хунъюя. Цяо Фэнтянь не любил поп-баллады, но эта ему очень понравилась.
- Этот ребенок.
Песня закончилась. В промежутке перед следующей песней Чжэн Сыци внезапно заговорил, и ножницы в руке Цяо Фэнтяня перестали двигаться:
- Хмм?
- Тот, которого избил мой ученик. Как он? Я все время забывал спросить, извините.
Он говорил о Люй Чжичуне.
- О, вы про него. Поверните голову немного влево, - согнувшись, Цяо Фэнтянь взял бритву и аккуратно подстриг волосы на одной стороне головы Чжэн Сыци. - Живуч, как дракон, и энергичен, словно тигр. Теперь с ним все в порядке, пожалуйста, не беспокойтесь об этом больше.
По сути, это не имеет к вам никакого отношения.
- Тогда хорошо.
Когда он закончил основную работу, Цяо Фэнтянь повел Чжэн Сыци к раковине для мытья головы. Чжэн Сыци опустил воротник свитера, а Цяо Фэнтянь протянул руку, чтобы заправить в воротник чистое полотенце. Чжэн Сыци лег на кресло для мытья - его шея прекрасно поместилась в U-образной выемке, однако ноги сильно выдавались за край кресла.
Цяо Фэнтянь увидел, что мужчине некуда поставить ноги, однако не был уверен что лучше сделать - подпереть их, или оставить висеть. Он не мог не усмехнуться:
- Какой у вас рост? Даже в кресле не помещаетесь.
Чжэн Сыци тихонько кашлянул, и поправил мятые концы рубашки:
- Был 1,88 метра, когда меня измеряли во время прошлогоднего осмотра. Думаю в этом году я стал немного ниже.
Цяо Фэнтянь проверил температуру воды тыльной стороной ладони. Он продолжал беззаботно болтать:
- Я никогда не слышал о росте вниз.
- Как говорится в пословице - годы торопят нас к старости. Я ведь уже старею, - Чжэн Сыци закрыл глаза, скрестил руки на животе и сказал со смехом. - Ничего не могу с этим поделать.
То, как мужчина произнес эти слова - напоминало голос старика с белой бородой, дни которого подходили к концу.
Цяо Фэнтянь намочил волосы Чжэн Сыци, одновременно изучая его лицо. К счастью, глаза у другого мужчины были закрыты, так что он не мог заметить, что Фэнтянь нарушает нормы приличия. Внешность мужчины была действительно хороша - выберите любую из его черт, и ему не на что было бы жаловаться.
Когда они готовили салон к открытию - именно Цяо Фэнтянь выбирал внутреннюю обстановку. Он не покупал белые люминесцентные лампы, а решил использовать подвесные светильники с обычными лампочками, которые излучали теплый желтый свет. Он был не очень яркими, но комфортным и приятным для глаз. Прямо сейчас теплый желтый свет, падающий на лицо Чжэн Сыци, был подобен уютному сиянию свечи.
- У вас чешется кожа головы?
Цяо Фэнтянь погрузил пальцы одной руки в волосы Чжэн Сыци, изгибая тыльную сторону ладони, и используя мягкие подушечки пальцев для легкого массажа. Волосы Чжэн Сыци были грубыми и густыми. Когда его пальцы делали легкий массаж - трение можно было ясно почувствовать.
- Не совсем. Я только вчера вечером помыл голову, - Чжэн Сыци пощипал серединку бровей.
Цяо Фэнтянь ничего не сказал. Он стер пену шампуня с рук, и положил их по обе стороны от висков Чжэн Сыци. Его большие пальцы с силой двигались по часовой стрелке, осуществляя круговые движения. Заметив небольшой волосок на носу Чжэн Сыци, Цяо Фэнтянь вытер руки и, не задумываясь, потянулся, чтобы выдернуть его.
Глаза Чжэн Сыци широко распахнулись.
- Ч-что такое? - он не ожидал, что вот так встретится с ним взглядом. Рука Цяо Фэнтяня замерла, а глаза быстро заморгали. - Шампунь попал вам в глаза?
- У вас простуда?
- Хм?
- Я заметил, что ваше лицо довольно красное.
Эти слова ошеломили Цяо Фэнтяня.
- Нет, - Цяо Фэнтяню потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя, и он тихо рассмеялся. - Это от алкоголя. Но, пожалуйста, не волнуйтесь. У меня твердая рука, и я не испорчу срез.
К тому времени, как Чжэн Сыци закончил стрижку и поехал домой, было уже почти девять.
Неся стопку бумаг он быстро поднялся с первого этажа на четвертый, после чего торопливо отпер оба замка на двери своими ключами. Когда мужчина стоял в прихожей и переобувался, он крикнул:
- Сяо-Цзао? Цзао-эр?
Мужчина включил настенный светильник в гостиной. В комнате стояла тишина, никто ему не ответил.
Чжэн Сыци положил бумаги, и невольно нахмурился. Он позвал еще несколько раз, одновременно быстро передвигаясь по квартире.
Проходя мимо дивана мужчина опустил голову, взглянул и, наконец, увидел Чжэн Юй, положившую голову на плюшевую игрушку - обезьянку Джулиуса. Маленькое пуховое одеяло было накинуто на ее животик, пока она сладко спала, слегка приоткрыв рот. Из-под одеяла торчали две маленькие ноги, на одной из которых был надет носок, другая же была совершенно голой. Рядом, на журнальном столике, лежали разбросанные школьные задания, и коробка с остатками торта в форме кролика.
Сердце Чжэн Сыци, которое билось в тревоге, наконец снизило темп, и мужчина смог вздохнуть спокойно.
Мужчина протянул руку, чтобы нежно коснуться теплого и загорелого лица Чжэн Юй. Он опустился на одно колено возле дивана, и улыбаясь придвинулся ближе, чтобы прошептать ей на ухо:
- Так ты простудишься, маленькая госпожа.
Чжэн Юй не просыпалась. Нахмурившись, она пробормотала пару слов. Чжэн Сыци почувствовал, как его сердце сжимается от этого милого зрелища, поэтому он просто остался сидеть на месте, подперев голову рукой.
Мужчина действительно не мог нарушить сладкий сон своей дочери, поэтому перестал будить ее. Он наклонился, и осторожно поднял маленького человека с дивана. Когда Чжэн Сыци почувствовал, что голова Чжэн Юй прислонилсь к его груди, и тело девочки надежно зафиксировано, он наконец направился в маленькую спальню твердыми шагами.
Детское имя Чжэн Юй было Сяо Цзао. Чжэн Сыци случайно окрестил ее так. Он объяснял, что это потому, что Чжэн Юй перенесла дистресс [1] при рождении, и в течение короткого периода времени испытывала нехватку кислорода. Когда она родилась, то была цвета свиной печени, и представляла собой небольшой сморщенный комок, совершенно неприглядный на вид. Поэтому Чжэн Сыци решил называть ее Цзао-эр, дав имя в честь ююбы[2]. Она в любом случае напоминала этот плод, и, возможно, вырастет такой же сладкой.
[1] Дистресс плода является редким осложнением родов. Обычно он возникает, когда плод не получает достаточно кислорода. Может возникнуть когда беременность длится слишком долго (перенашивание).
[2] Ююба китайская, или Китайский финик. На китайском обозначается иероглифом 枣 [Zǎo], и произносится как Цзао.
Позже, через два-три месяца, желтизна кожи девочки, вызванная желтухой, полностью исчезла, и в одно мгновение она стала похожа на изящный нефрит. Ее кожа была светлая, с легким розовым оттенком, и она была прекраснее всех остальных.
Чжэн Юй любила розовый цвет, поэтому Чжэн Сыци сделал ее спальню полностью розовой. Розовые стены, розовая кровать, розовый стол, розовая лампа - кто-то, случайно вошедший в комнату, определенно был бы ослеплен.
Чжэн Сыци едва успел наклонился, чтобы положить голову Чжэн Юй на подушку, как ресницы девочки затрепетали и поднялись, и она внезапно проснулась.
- Проснулась? - Чжэн Сыци постарался говорить очень тихо.
Чжэн Юй ничего не сказала. Глаза ее были тяжелыми после сна, и девочка уткнулась головой в грудь Чжэн Сыци, обхватив его руками и крепко прижавшись носом. Чжэн Сыци тоже не торопил ее, зная, что перед сном и после пробуждения она всегда бывает прилипчивой, и будет требовать внимания. Мужчина позволил ей тереться лицом о его грудь, как ей хотелось, пока раздражение не стало болезненным.
- Ты сказал, что скоро вернешься...
- Прости, прости, - рассмеялся Чжэн Сыци, и погладил девочку по затылку. - Папа пошел подстричься, поэтому опоздал. Я виноват.
Чжэн Юй подняла голову, и открыла свои круглые блестящие глаза, чтобы внимательно посмотреть на Чжэн Сыци.
- Ой, они стали короче.
- Конечно, я же их подстриг, - мягко ответил мужчина.
- Выглядит хорошо...
- Правда? - Чжэн Сыци удивленно рассмеялся.
Чжэн Юй снова уткнулась лицом ему в грудь, пробормотав:
- Папа стал еще красивее, чем когда ушел...
И эти слова заставили сердце Чжэн Сыци сжаться.
http://bllate.org/book/12834/1131620
