Глава 24.1: Скрывая заслуги и славу
Пока они разговаривали, ноги сами привели их к дверям комнаты отдыха. Нин Цзяю толкнул дверь и вошел внутрь. Мэн Цзюнь хотел было ускользнуть, но не успел: Янь Шо поднял взгляд и заметил его.
— Президент Янь, — неловко поприветствовал его Мэн Цзюнь, опасаясь, что нарушил чьи-то планы.
Янь Шо едва заметно кивнул:
— Мне нужно одолжить у тебя комплект одежды.
— Да я его только вчера купил — забирайте, — Мэн Цзюнь просиял с видом матери, которая наконец-то пристроила непутевого сына в надежные руки.
Нин Цзяю поспешно отогнал неуместные мысли:
— Мне пришлось проводить экстренную реанимацию, и я испачкал одежду кровью. Президент Янь привел меня сюда, чтобы я мог привести себя в порядок. Я обязательно куплю вам новую вещь взамен. Спасибо.
Мэн Цзюнь вспомнил пациентку, которую привезли в отделение утром, и удивленно переспросил:
— Так это вы реанимировали ту девушку из 632-й палаты? С сильным кровотечением после аборта?
Нин Цзяю кивнул:
— Она не хочет огласки, так что, пожалуйста, не распространяйтесь об этом.
Мэн Цзюнь жестом показал, что на него можно положиться:
— Я не сплетничаю о врачебных тайнах. Но парамедики говорили, что если бы кто-то не стабилизировал её состояние на месте, к моменту их приезда спасать было бы уже некого. А вы не промах.
— Пустяки, я просто сделал, что мог, — скромно ответил Нин Цзяю.
Мэн Цзюнь проникся к нему уважением:
— Какие же это пустяки? Я видел карту: огромная потеря крови и куча осложнений. Даже я не был бы уверен, что справлюсь в тех условиях. И судя по документам, всё случилось в «черной» клинике. Как вы там вообще оказались?
Нин Цзяю вкратце объяснил ситуацию.
Мэн Цзюнь возмутился:
— Да они же вас подставить хотели! Даже если не брать в расчет врачебную ошибку, такие лавочки — первая цель для проверок. Если бы нагрянула облава и вы попали в протокол, о карьере врача можно было бы забыть навсегда. Да что там врача — нормальную работу бы не нашли.
— Я это понял, поэтому сразу развернулся, чтобы уйти.
— Правильно сделали. И что планируете теперь? — спросил Мэн Цзюнь.
— Наверное, искать другое место для стажировки. Ладно, мне всё же стоит сначала переодеться, — Нин Цзяю чувствовал себя не в своей тарелке, беседуя с двумя малознакомыми мужчинами, будучи облаченным в один лишь халат.
Янь Шо всё это время молчал, но внимательно слушал. Увидев, как Нин Цзяю взял пакет, скрылся в ванной и запер за собой дверь, он перевел взгляд на Мэн Цзюня.
Тот поежился под его тяжелым взором и тихо спросил:
— Президент Янь, что-то не так?
— Ничего, — тон Янь Шо был ровным, без единой эмоции.
Но Мэн Цзюнь, знавший его много лет, сразу всё понял:
— Если что-то нужно — только прикажите.
Янь Шо промолчал, лишь еще раз мельком глянул на дверь ванной.
Мэн Цзюня осенило, и он с усмешкой произнес:
— Президент Янь, нашей больнице как раз нужны интерны. Может, предложим ему попробовать?
— Сам у него спроси, — безразлично бросил Янь Шо и только тогда отвел взгляд, уткнувшись в телефон.
Мэн Цзюнь мысленно расхохотался.
Хочешь пристроить своего «фаворита» на стажировку, но ни за что не признаешься в этом сам? Клянусь, президент Янь, вы — эталонный цундэрэ.
Они говорили очень тихо, поэтому Нин Цзяю ничего не слышал. Когда он вышел уже переодетый, Мэн Цзюнь сразу перешел к делу.
Нин Цзяю опешил:
— Но я еще не окончил обучение, у меня нет ни направления от вуза, ни рекомендаций. Это правда возможно?
Мэн Цзюнь заверил, что это не проблема:
— Ваша сегодняшняя работа в экстренной ситуации была безупречна. Только ради этого мы готовы вас взять.
— А как насчет зарплаты и графика? — уточнил Нин Цзяю.
Мэн Цзюнь покосился на Янь Шо. Тот хранил молчание.
Под гнетом этого молчаливого давления Мэн Цзюнь озвучил условия, которые и не снились обычному интерну:
— График подберем под вас. Оклад — пять тысяч в месяц, переработки оплачиваются отдельно.
Условия были настолько сказочными, что Нин Цзяю засомневался:
— Так много? Вы точно настоящая больница?
Мэн Цзюнь:
— ...Что за странные представления у вас о медицине?
Нин Цзяю невольно разволновался:
— Просто когда я в прошлый раз... то есть, когда я начинал стажировку, платили всего две тысячи.
— Разве это не ваша первая стажировка? — удивился Мэн Цзюнь.
Нин Цзяю тут же прикусил язык, мысленно ругая себя за оговорку, и быстро выкрутился:
— А, это я просто от старшекурсников слышал.
Поскольку две тысячи были стандартной ставкой для интернов, Мэн Цзюнь ничего не заподозрил. А вот Янь Шо посмотрел на Нин Цзяю долгим, изучающим взглядом.
Нин Цзяю, желая поскорее закрыть тему, спросил:
— А сертификат о стажировке будет действителен в моем вузе? Без него я не получу диплом.
— Не волнуйтесь. Обычно, когда медицинский факультет Имперского университета хочет пристроить к нам студентов, мы отказываем из-за отсутствия мест. Они будут счастливы, если мы возьмем хотя бы одного. Я позже свяжусь с деканом — гарантирую, он будет светиться от радости, как кот, объевшийся сметаны.
Нин Цзяю улыбнулся, представив эту картину:
— Тогда огромное вам спасибо.
Мэн Цзюнь тактично перевел стрелки:
— Благодарите президента Яня.
Нин Цзяю всё понял и с благодарной улыбкой повернулся к Янь Шо:
— Спасибо, президент Янь.
Он прекрасно осознавал, что щедрость Мэн Цзюня — исключительно заслуга человека в инвалидном кресле.
Янь Шо почувствовал, будто перышко слегка щекотало его сердце. Странное, необъяснимое ощущение.
Мэн Цзюнь деликатно удалился. Нин Цзяю подошел к Янь Шо:
— Проведем сейчас ежедневные процедуры?
— Угу, — отозвался тот.
Зная, насколько у Янь Шо сильное самолюбие, Нин Цзяю нарочно пошел еще раз вымыть руки, давая тому возможность самому перебраться на кровать.
Однако, когда он вернулся, Янь Шо всё так же сидел в кресле.
Нин Цзяю неуверенно спросил:
— Хотите сегодня провести сеанс прямо в кресле?
— А ты как думаешь? — парировал Янь Шо.
Нин Цзяю понимал, что так будет неудобно:
— Думаю, на кровати эффект будет лучше.
— И чего ты тогда стоишь?
Нин Цзяю: ???
Только через секунду до него дошло: «злодей» сегодня просто ленится и не хочет прикладывать усилий. Собравшись с духом, он сделал шаг вперед:
— Тогда... мне перенести вас на кровать?
Как только слова сорвались с губ, Нин Цзяю захотелось дать себе подзатыльник. Вроде обычные отношения медбрата и пациента, но почему это прозвучало так двусмысленно?
http://bllate.org/book/12812/1245502
Готово:
