Во времена моей юности я много путешествовал. Но Сомерсетшир вызвал у меня наиболее приятные чувства. Мне здесь было невероятно комфортно. К тому же, здесь было обнаружено целых два сильных источника магии. Один располагался на самой верхней точке, коей сейчас значится знаменитый 159-метровый холм Святого Михаила.
Другой же источник находился внизу, в паре миль от подножия холма. На его месте была построена небольшая башня. Судьбу обоих источников постигла та же судьба, что и прочих. То есть, они были запечатаны многие века. Я чувствовал, что источник на холме всё ещё так и не открылся. Над его запечатыванием слишком хорошо потрудились. Не зря же построили целое аббатство. Гластонбери был крайне необычным местом. Значимым местом. Загадочным местом. Было делом принципа испортить энергетическую точку здесь. Но придёт время, я всё исправлю.
А вот источник внизу был не просто открыт, но и использовался с пользой. Ещё при подъезде к Университету Мерлина я оценил старания тех, кто желал придать этому учебному заведению мистического лоска. Во-первых, абсолютно правильно было выбрано место. Во-вторых, проект постройки университета был идеальным. Комплекс включает в себя как отдельные здания для каждого из факультетов, так и лаборатории, общежития студентов и прочее. Для меня это в новинку, ведь в моё время подобных мест не было. Университет Мерлина занимает довольно большую территорию. Все здания созданы в средневековом стиле, но внутри отвечают всем требованиям современного общества. Магический источник находится внутри тренировочного комплекса. Там студенты медитируют, проводят спарринги, тренировки, практические занятия и прочие необходимые для становления настоящим магом действия.
Это был правильный подход, ибо магическая подпитка полезна тогда, когда её используют. Для изучения теории магии это не так важно, а вот для применения на практике наоборот крайне необходимо. К тому же, студенты получают пользу даже находясь дальше от источника, ведь магическая энергия чувствуется по всему университету и даже за его пределами, пусть и не такая плотная, как в самом центре.
Когда я обдумывал планы на дальнейшую жизнь, то ловил себя на мысли, что неплохо было бы передать часть своих знаний молодому поколению. Мне всегда нравилось быть наставником. Я любил обучать и наблюдать, как мои воспитанники становятся сильнее. Сначала это была Немоя, затем Артур. Даже младшей за меня Моргане я частенько помогал разбираться в нелёгкой науке волшебства. И, если уж выдался случай, я решил попытать счастья. Проблемы, конечно, могли помешать моим планам. Всё же официальных документов про окончание каких-либо престижных учебных заведений у меня не было. Числилось только домашнее обучение.
Меня, как обычно, сопровождал Эл. Не в целях обеспечения моей безопасности, это не слишком требовалось. По разным причинам. Во-первых, обо мне мало кто знал сейчас, врагов я себе не успел ещё нажить, впрочем, как и конкурентов. Это если не считать истории с семейством Берроуз и Гильдией. Эдгар Берроуз однозначно мне не враг, как и его сын. Опять же по разным причинам. А вот Гильдия… Мы пока ещё слишком близко не сталкивались, чтобы они решились действовать напрямую против меня. И, во-вторых, на мне охранная печать отца. Перед тем, как уйти в другой мир, он позаботился о том, чтобы смертельные опасности миновали меня. Магическая ловушка смертью мне не грозила, только вечным сном. Исключения всегда случаются.
‒ Мой лорд, мы прибыли. Это главное здание администрации, ‒ сообщил мне Эл, открывая дверь автомобиля. Весьма дорогого и немного пафосного. Выбирал он сам, якобы, чтобы произвести необходимое впечатление. Я не был с этим так уж согласен, но и возражать особо не стал.
‒ Мы записались на приём к одиннадцати дня, ‒ проворчал я, выбираясь из салона. ‒ У нас есть лишняя четверть часа. Хочешь показать мне что-то интересное?
‒ Сами поймёте, когда увидите.
Оценив лукавую улыбку своего дворецкого, я зашагал за ним к высоким дверям администрации университета имени меня. Забавно. Холл… производил впечатление. Высокий потолок, росписи и дорогая отделка. Роскошно и впечатляюще. Самое то, чтобы ввести в трепет юное поколение. И гостей университета. Напротив входа была стена, украшенная портретами выдающихся личностей, что имели честь пройти обучение в стенах университета и составили его славу.
‒ И кто бы сомневался, ‒ снова проворчал я, бросив искоса взгляд на совершенно невозмутимого Эла. В центре висел портрет Артура Алекзендера, как одного из самых выдающихся и сильных выпускников университета. Да, конечно. Куда уж без него…
Поднявшись на третий этаж, самый верхний, мы попали в приёмную руководства университета. По обе стороны от лестницы располагалось два коридора. Как указывали таблички, в правом коридоре находились кабинеты деканов и учителей боевых направлений, а в левом коридоре кабинеты деканов и учителей научных и исследовательских направлений. Обитель же ректора располагалась прямо напротив лестницы. Но направлять свои стопы в том направлении я не спешил.
В центре холла внимание привлекала высокая стеклянная витрина, которая просто сияла для моего магического зрения защитными плетениями. Внутри же витрины был выставлен, вероятно, как величайшая реликвия… мой посох. Он мелко вибрировал. Едва заметно. Я просто чувствовал это. А он чувствовал меня. Он рвался ко мне. Но я успокоил его, попросив подождать. Мой посох был словно живое существо. Созданный из ветви волшебного дерева, украшенный изящной вязью божественных символов, напитанный силой моего отца и моей кровью. Его навершие украшали два тонких рога, обвитых золотыми ветками. Между рогов сиял чистотой слезы яркий голубой камень, до краёв наполненный магической силой. После почти двух тысяч лет она стала такой плотной, что в любой момент могла… взорваться.
Немоя, а затем и мы искали посох ещё и по этой причине. Ранее он хранился в специальном месте, в центре магической печати, которая сдерживала его силу. Глупый мальчишка Оливер исхитрился и похитил посох, совершенно не думая о последствиях. Скорее всего, он их даже не представлял. Просто чудо, что камень-накопитель не взорвался за пять прошедших с момента похищения лет.
Налюбовавшись посохом, я кивнул Элу и мы пошли дальше, через высокие резные двери в просторную светлую приёмную, в которой, можно сказать, царила прелестная ведьмочка. Я бы волшебницей её не назвал. Мне так и хотелось рассмеяться вслух, глядя с интересом на то, с каким изяществом личный секретарь ректора Аманда Бейланд играла роль милой и приветливой барышни. Вот только при этом её пытливые и зоркие глаза пытались прощупать меня до самых костей. Похоже, она умело сортировала посетителей, отсеивая не нужных и оставляя полезных. К какой категории отнести меня, она ещё не поняла. Интересно, если ли в её списке бедствие?
‒ Мистер Эмрис М. Кайден, ‒ уточнила мисс Бейланд, скрупулёзно проверяя есть ли я в списке тех, кого нужно пропустить к ректору. Она тихо вздохнула, давая понять, что пройти я могу, но… Не смогла меня прочесть и расстроилась. Какая трагедия. ‒ Ваша родственница была одним из попечителей нашего университета. Как её здоровье?
‒ Она умерла несколько месяцев назад, ‒ вздохнул я. ‒ Теперь всеми делами, касающимися её благотворительной деятельности, буду заниматься я.
‒ Это замечательно. И мне очень жаль, ‒ просияла улыбкой мисс Бейланд, ничуть не смутившись от того, что два сказанных ею предложения из вежливости лучше было бы произнести в другом порядке. Однако упоминание о будущих пожертвованиях для университета заставили сердце мисс Бейланд вновь растаять. Она улыбнулась и проводила меня к ректору.
Норман Кавендиш, герцог Девонширский являл собой образ мудрого волшебника, видимо, каким он представлял сам себя. К счастью, он не был одет ни в мантию, ни в странную остроконечную шляпу (в которой много раз изображали меня). Светловолосый и слегка курчавый, среднего роста, в очках в тонкой оправе, которые он носил скорее ради стильного вида, а не потому, что в эпоху целителей имел плохое зрение. Если я не ошибался, его очки являлись артефактом. От них фонило магией.
Я прошёл в кабинет, где меня весьма радушно принял ректор. Он осмотрел меня добрым взглядом, предложил присесть в весьма удобное гостевое кресло напротив его рабочего стола. Сам занял своё место, аккуратно расправил классический и очень дорогой пиджак, поправил шейный платок, украшенный изящной булавкой в виде голову мантикоры с сапфировыми глазами. Мне захотелось улыбнуться. У мантикор глаза всегда горят зелёным, напоминая своим потусторонним светом болотные огоньки. Эти крылатые кошки, покрытые крепкой бронёй, не были милыми кисами. Они были очень дерзкими и своевольными. Но когда встречали того, в ком чувствовали родственную душу, были верными до конца. Даже выражение на их мордах всегда было дерзким, а не милым, как на булавке ректора.
‒ Вы пунктуальны, молодой человек. И даже сумели пройти мимо моего личного Цербера. Мисс Бейланд, наверняка, попыталась вас прощупать. Не обижайтесь. Она моя хранительница, так беспокоится о моём здоровье. Говорит, что моё спокойствие ‒ это залог спокойствия целого университета.
‒ Студенты и спокойствие? Хм… мне всегда казалось, что университет место, где энергия жизни бьёт через край, подпитывая любопытство и жажду знаний. Ведь именно молодость, с её вечным стремление вперёд, двигает жизнь в будущее. И заставляет почтенных учителей чувствовать себя чуть моложе.
‒ Для своего юного возраста вы рассуждаете слишком… мудро, ‒ улыбнулся ректор. Он сложил руки на груди, переплёл пальцы и стал похож на мудрую сову. ‒ Итак, молодой человек, чтобы вы хотели обсудить? У меня не так много времени, к сожалению. Иначе я с удовольствием провёл с вами чудную беседу.
‒ Мистер Кавендиш, у меня действительно есть к вам несколько предложений. Но для начала я хотел бы заверить, что пожертвования на развитие университета с моей стороны, как наследника мисс Элены Н. Кайден не прекратятся. Я бы хотел помочь университету в его развитии в меру своих сил и знаний.
‒ Я рад это слышать. Кстати, у вас интересное имя. И, как и у вашей покойной родственницы, есть тайна. Моя интуиция говорит об этом. За все годы нашего знакомства мисс Кайден не раз меня удивляла. Она прекрасно выглядела, словно стареть вовсе не собиралась. И её второе имя я так и не узнал. На все мои вопросы она только загадочно улыбалась. Теперь и у вас вместо имени стоит только начальная буква. Не скажите, что она означает?
‒ Это прозвище, которое я получил очень давно. Оно стало моим вторым именем, ‒ улыбнулся я.
‒ Кайден… Это же кельтское имя с очень древней историей. Оно не является христианским. Мне помнится, что имя означает независимость и вечное стремление к свободе. Люди с таким именем характеризуются инициативностью, деловитостью и практичностью, вместе с этим демонстрируя выдержку, сдержанность, умиротворение, хладнокровие и самообладание в самых сложных ситуациях. Правда иногда люди с таким именем бывают излишне подозрительными как в делах, так и в личных отношениях. А ещё у них могут быть страстные порывы, эмоциональные срывы, несдержанность и вспыльчивость.
‒ Неплохо. И должен признать, что довольно точно.
‒ Всегда увлекался подобными вещами. Даже имя или фамилия могут многое сказать о человеке.
‒ Фамилия достаётся от родителей, ‒ уточнил я.
‒ Но она имеет отношение к роду, ‒ поднял вверх указательный палец ректор, ‒ значит, и к части характера носящего её. Это лично моё мнение. Я также увлекаюсь нумерологией. Кайден… пятёрка. Означает свободу и независимость, предприимчивость и новаторство, чувство меры и равновесия, а также сильно развитую интуицию. Не знаю отчего, но ваша фамилия отчего-то мной воспринимается, как имя. Это странно… Так как расшифровывается буква М в вашем имени?
‒ Я расскажу вам об этом позже, мистер Кавендиш.
‒ Простите, молодой человек. Я увлёкся. И это удивительно. Я редко позволяю себе подобное с малознакомыми людьми. Моя страсть может немного шокировать.
‒ Меня шокировать трудно, ‒ сверкнул я улыбкой. Интересно, что делает Эл наедине с мисс Бейланд? Окучивает? Собирает сведения? Или и то, и другое?
‒ Вы упомянули, что у вас ко мне есть несколько предложений?
‒ Да. Если не ошибаюсь, вы ищите тех, кто сможет читать лекции по магическому искусству? Я не ошибся? Вакансия всё ещё пуста?
‒ К сожалению, ‒ вздохнул ректор, всплеснув руками. Добрейший расстроенный дядюшка, именно это впечатление вызвал бы у меня ректор, будь мне на самом деле столько лет, на сколько я выгляжу. ‒ Молодой человек, у вас есть кто-то на примете? Такие специалисты редкость.
‒ Бесспорно, ‒ кивнул я. ‒ Я хочу предложить собственную кандидатуру.
‒ Ха-ха-ха… У вас хорошее чувство юмора, дорогой Эмрис. Но у меня мало времени, чтобы упражняться в остроумии.
‒ А кто сказал, что я шучу? Я знаю о магии больше, чем кто-либо в этом мире.
‒ Вот это у вас самомнение, молодой человек. Наш университет является лучшим в мире из тех, кто выпускает в мир волшебников и магов. Но вас среди своих студентов я не припомню, ‒ холод в голосе «доброго дядюшки» стал практически ощутим. Похоже, Норман Кавендиш неплохо владел льдом. Я слегка пошевелил пальцами, разрывая его плетение. Глаза ректора широко удивлённо распахнулись. Он хмыкнул. ‒ неплохо. Кто вас учил?
‒ Имена моих наставников вам неизвестны. Их давно нет в этом мире.
‒ Вы слишком молоды для лектора. Студенты не будут вас слушать.
‒ Разве возраст заставляет людей слушать вас? Мне кажется, для того чтобы завоевать внимание, нужно нечто иное.
‒ В ваших словах есть доля истины. Но меня не поймёт совет попечителей, если я возьму на работу столь юное дарование. У вас есть диплом преподавателя?
‒ Нет, мистер Кавендиш. У меня есть только багаж знаний.
‒ Тогда я не могу удовлетворить вашу просьбу. Но… вы можете сдать внеочередные экзамены и стать нашим студентом, Эмрис. Встречное предложение?
‒ Мне оно не интересно, ‒ лениво отмахнулся, заметив, как дернулась бровь ректора.
‒ Надеюсь, второе ваше предложение будет более серьёзным, чем первое.
‒ Мистер Кавендиш, моё второе предложение вам точно… не понравится!
Моя улыбка была настолько широкой и радостной, что ректор Университета Мерлина вздрогнул. У него даже дёрнулся глаз. Один в один, как у Эла с Алисией. Я такой страшный?
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/12805/1129763
Готово:
