Юй Тан проводил взглядом танхулу в руках принца, и в его голове роились вопросы. Одна ягода съедена, осталось семь. Изначально было восемь. Неужели эти восемь баллов благосклонности — просто по баллу за каждую засахаренную ягоду?
Если так, то достаточно скормить ему ещё полсотни штук, и шкала заполнится до краев? А потом можно будет попросить Систему отключить болевые рецепторы, выскочить на поле брани и эффектно погибнуть под градом вражеских клинков. План — капкан.
Юй Тан невольно хмыкнул, забавляясь собственным нелепым мыслям.
Он поднялся и вновь покатил кресло вперёд.
«Система, — лениво обратился он к системе, — почему баллы у Сяо Линя капают так легко? Глядя на него, и не скажешь, что в будущем он превратится в кровожадного тирана».
[Мне и самой это кажется подозрительным,] — Система зашуршала файлами, быстро просматривая данные. — [Ой! Хозяин, так Сяо Линь же болен!]
«В каком смысле?»
[На голову болен. Если объяснять проще — он наполовину безумен. Что-то вроде раздвоения личности. Очень похоже на Шэнь Юя, у него тоже...]
«Секунду, — перебил её Юй Тан. — Кто такой Шэнь Юй?»
[...]
Система замялась, но Юй Тан продолжил сам: «Один из тех злодеев, которых я усмирял раньше?»
[...Да,] — признала она. Скрывать очевидное не было смысла.
Юй Тан поджал губы. Имя «Шэнь Юй» отозвалось в груди резким, почти болезненным уколом, словно старый шрам заныл к непогоде. Он не стал развивать тему, лишь коротко бросил: «Ясно. Продолжай про принца».
[У Сяо Линя две ипостаси: одна — разумная и рассудительная, другая — склонная к чудовищным крайностям. Похоже, сейчас ты имеешь дело с первой. К тому же этот принц всем сердцем радеет за страну, потому и благосклонность к тебе — генералу, охраняющему рубежи, — растёт так споро. Что же до того, как он превратился в деспота... В романе об этом сказано вскользь, но выделены две причины: его недуг и твоя смерть.]
«Моя смерть?»
[Именно. Грядущей зимой Девять городов столкнутся с великим нашествием. Три иноземных государства объединят силы, их войско будет десятикратно превосходить ваше. У вас не останется ни провианта, ни оружия. Ты трижды отправишь прошение о помощи, но столица промолчит — твои письма попросту проигнорируют. В конце концов ты отправишь Сяо Линя из осажденного города, якобы с донесением, а на деле — чтобы дать ему шанс выжить. Он будет метаться в поисках подкрепления, но когда, окончательно отчаявшись, вернётся к стенам крепости, то увидит лишь пепелище. А твоя голова будет висеть над городскими воротами...]
Юй Тан невольно коснулся шеи и зябко передернул плечами.
[После этого он окончательно слетит с катушек. Твоя гибель и падение Севера произошли потому, что император Сяо Шэн изначально планировал сдать эти земли, а его чиновники оказались трусливым стадом, ратующим за позорный мир. Сяо Линь соберёт остатки северных полков и развяжет кровавую войну. Он утопит дворец в крови, зарубит собственного отца прямо на троне и казнит более сотни сановников. Он будет вырезать их целыми семьями, истребляя всех до последнего колена — именно так он заслужит славу тирана. Даже когда он наведёт порядок в стране и отвоюет Девять городов, в памяти народа он останется чудовищем, превратившим столицу в бойню. Твоя смерть станет той самой соломинкой, что переломит спину верблюду. Главной причиной его безумия.]
Слушая рассказ Системы, Юй Тан вспомнил финал истории. Когда главный герой всё же загнал злодея в угол, тот уже выпил чашу с ядом и умер у подножия трона, прижимая к груди поминальную табличку с чужим именем.
Юй Тан долго молчал, прежде чем выдохнуть:
«Мрачно... Слишком мрачно».
Он опустил взгляд на Сяо Линя. Юноша как раз доедал четвёртую ягоду. Принц явно стеснялся взглядов пробегавших мимо детей и нарочно прикрывал лицо широким рукавом, создавая иллюзию уединения. Но при этом он с таким явным удовольствием слизывал сладость с губ, что напоминал пригревшегося на солнце кота.
Трудно было поверить, что этот хрупкий юноша способен на столь яростное и беспощадное безумие.
«Система, — снова спросил Юй Тан, — а когда проявляется его вторая личность?»
[Этого я не знаю. Но уверена: оставшиеся баллы благосклонности мы доберём именно через неё].
— Куда деть палочку? — голос Сяо Линя вырвал его из раздумий.
— Давай мне, — Юй Тан забрал пустую щепку. — Я выброшу.
Осеннее солнце на Севере, хоть и не грело по-настоящему, светило ярко. Небо казалось высоким и прозрачным. Прогулка явно пошла принцу на пользу — тени в его глазах немного рассеялись.
Юй Тан подкатил его к безлюдному берегу реки. Подняв с земли плоский голыш, он подкинул его на ладони и спросил:
— Ваше Высочество, не желаете ли пустить блинчики по воде?
— Блинчики? — Сяо Линь недоуменно качнул головой. — О чём ты?
— А вот, смотрите.
Юй Тан чуть пригнулся, выбирая позицию. Резкое, отточенное движение кисти — и камень со свистом устремился вперёд. Словно живой, он семь раз коснулся зеркальной глади, выбивая дробные всплески, прежде чем окончательно скрыться в глубине.
Глаза Сяо Линя невольно расширились от удивления.
— Как ты это сделал?
Юй Тан едва сдержал улыбку, видя такой искренний восторг. Он вложил камень в ладонь принца, показал, как правильно держать пальцы, и велел попробовать самому.
Сяо Линь предпринял пять или шесть попыток, но камень либо сразу камнем шёл на дно, либо выдавал жалкие два прыжка. Юноша нахмурился, в его взгляде мелькнула досада.
Юй Тан, прислонившись к стволу дерева, наблюдал за ним, задумчиво покусывая сорванную травинку. Принц в своих просторных южных одеждах, с безупречно уложенными волосами и бледной кожей выглядел здесь, на суровом Севере, чужеродным и изысканным цветком. Сам же Юй Тан, в простой чёрной одежде, с волосами, наспех перехваченными лентой, казался на его фоне грубоватым воином, чьё лицо за долгие годы иссушили ветра и солнце.
«Да уж, разница между Севером и Югом налицо», — усмехнулся он про себя.
Выплюнув травинку, Юй Тан подошёл к Сяо Линю со спины. Юноша всё ещё увлечённо сражался с непокорными камнями. Юй Тан склонился над ним, одной рукой оперся о подлокотник кресла, а другой накрыл ладонь принца, в которой тот сжимал очередной голыш.
Сяо Линь вмиг замер, всё его тело напряглось, словно струна. Со стороны казалось, будто генерал обнимает юношу, прижимаясь к его спине.
— Держать нужно вот так, — невозмутимо наставлял Юй Тан. Его голос звучал у самого уха принца. — И кистью работать резче, вот в этом направлении...
Не давая ему опомниться, Юй Тан направил его руку и вместе с ним метнул камень.
Раз, два, три, четыре... пять!
Пять идеальных, ровных кругов на воде.
Юй Тан отстранился и ободряюще улыбнулся:
— Ну вот, Ваше Высочество, теперь и вы научились.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/12689/1607533
