«Значит, это и правда был его первый поцелуй?»
Мун Чонхёк мысленно тяжело вздохнул.
Нынешние дети узнают обо всем еще подростками, и первый опыт в двадцать лет давно остался в далеком прошлом. Чонхёк вспомнил свой недавний разговор с Тэджу как-то раз об этом.
Но, судя по всему, это было чепухой. Парень перед ним дрожал еще до того, как их губы соприкоснулись. Нет, даже еще не имея контакта, просто от одного взгляда глаза в глаза.
Может, дело в том, что он впервые видел кого-то настолько неопытного? Ощущая странное волнение, Мун Чонхёк крепко сжал зубы.
Он чувствовал себя последним подонком, совершающим нечто греховное. Словно он безжалостно топтался по чистому белому снегу, на который еще никто не ступал, оставляя большие грязные следы. Но как ни странно, это его даже возбуждало.
«Неужели во мне есть такая дрянная черта?» — пока Мун Чонхёк предавался самобичеванию, Ким Ювон произнес:
— Теперь я в порядке… ты можешь сделать больше?
Это невинное выражение лица, будто он совсем ничего не понимал, разожгло огонь в сердце Мун Чонхёка.
Если он так умолял, была ли причина сдерживаться и дальше?
После недолгих раздумий Мун Чонхёк притянул Ювона за талию и жадно приник к его губам. От того, с каким напором он действовал, маленькое тело неистово вздрагивало. Эта дрожь будто порицала его, спрашивая, как он может творить такие пошлости с невинным ребенком.
Даже во власти этого чувства вины, пухлые губы Ювона казались невыносимо сладкими. Неумелые движения его языка будоражили сильнее любых ласк.
Внезапно накатило сожаление. Не следовало приводить домой парня, который свалился на него пьяным. Нет, вообще не стоило идти в тот чертов ресторан с жареной свининой. Если бы он знал, что этот парень заставит его чувствовать себя так странно, он бы с самого начала и взглядом его не удостоил.
Мун Чонхёк посмотрел на Ювона, который цеплялся за его руки, как за спасательный круг. Он провел ладонью по пояснице бедняги, ощущая мягкую ткань футболки.
— Ммм…
Почему стоны, которые он время от времени издавал, звучали так порочно? Внизу живота неизбежно все напряглось.
«Блядь, серьезно?» — выругался про себя Мун Чонхёк.
Он поражался тому, как сильно реагирует его тело.
«Это все из-за слишком долгого воздержания».
Он хотел держаться от этого парня подальше именно потому, что чувствовал, что так и будет.
Отбросив запоздалые сожаления, Мун Чонхёк просунул руку под одежду Ювона. Он чувствовал, как тот вздрогнул, но ему было все равно. Он не остановился, продолжая ласкать его гладкую кожу. Миновав тонкую талию и живот, он нежно погладил плоскую грудь. Хотя ее форма была непривычной, но почему-то это возбуждало. На ощупь она была точь-в-точь как гладкий шелк.
— Ха-а…
Когда он сдавил затвердевший сосок, Ювон широко распахнул глаза и выгнул спину. Это была часть тела, которой никогда не касались ни чужие руки, ни даже его собственные. Чувствительный сосок реагировал каждый раз, когда Мун Чонхёк задевал его ногтем.
Позабавившись с его грудью, Мун Чонхёк без колебаний стянул с Ювона футболку. Он думал, что из-за холодной погоды под ней будет что-то еще, но под плотной тканью оказалось голое тело. Смущенный внезапно обнаженным торсом, Ювон свел руки и ссутулился. Однако это не скрыло бледную кожу на его груди.
Мун Чонхёк уставился на покрасневшие соски Ювона и расстегнул пуговицы на своей рубашке.
— Штаны сними сам.
Когда он распахнул рубашку, открылись его мускулистая грудь и пресс. Это было тяжелое, атлетичное тело, на котором кое-где виднелись небольшие шрамы. Мун Чонхёк на этом не остановился. Он расстегнул ремень, а потом одним движением снял и брюки, и белье. В его действиях не было ни капли сомнения.
Смотря на Мун Чонхёка, который в мгновение ока стал полностью нагим, Ювон замер.
Там, где он вырос, ему часто приходилось мыться вместе с другими детьми, с которыми он жил в одной комнате. В приюте людей было слишком много на ограниченное количество ванных, так что это было неизбежно. Да и без того в общественных банях или бассейнах часто можно было увидеть голые мужские тела.
Однако он никогда не испытывал ничего подобного. Чтобы сердце так сжималось, а в паху покалывало… это точно было впервые.
К тому же член Мун Чонхёка был огромным. Ювон не мог заставить себя отвести от него взгляд. В окружении черных волос член казался еще массивнее из-за своего темного оттенка. И это при том, что он еще не был полностью напряжен. Ювон сглотнул, лишь представив, что тот станет еще больше.
— Что ты делаешь? Мне самому их снять? — спросил Мун Чонхёк, смотря на застывшего Ювона.
Только когда мужчина обвил Ювона за талию, тот, кажется, пришел в себя и отступил, замахав руками.
— Я… я сам.
Если не всю одежду, то хотя бы штаны он хотел снять самостоятельно. Ювон дрожащими руками расстегнул пряжку. Поскольку он не решался прикоснуться к своему белью, Мун Чонхёк усмехнулся.
— Подойди сюда.
Хотя в этих словах не было ничего особенного, для Ювона они прозвучали так громко, будто высекались на его сердце. Стоило ему медленно вытянуть одну ногу, пытаясь успокоить внутреннюю дрожь перед тем, как сделать следующий шаг, Мун Чонхёк, не в силах ждать, схватил Ювона за запястье и притянул к себе.
— Слишком медленно, — сказал он с улыбкой на губах, но у Ювона перехватило дыхание.
Пользуясь тем, что Ювон вновь замер, Мун Чонхёк стянул с него белье.
— Уф…
Крепко сжав округлые ягодицы Ювона, Мун Чонхёк посмотрел вниз на его вставший член и вздохнул.
— За всю мою жизнь…
«Чтобы у меня взгляд горел от вида мужского члена?..»
В жизни всегда так, чем дольше ты живешь, тем видишь больше.
Конечно, он знал, что Ювон — парень. Он целовал его и раздевал. Но, подтвердив это собственными глазами, видя его член, он по-настоящему осознал, что это действительно парень с точно таким же органом.
Важно было то, что даже при этом его пыл не угас. Напротив, его собственный полуэрегированный член налился кровью и полностью встал, став твердым при виде розовой головки Ким Ювона, направленной вверх. Останавливаться было уже действительно поздно.
Мун Чонхёк обхватил ягодицы Ювона одной рукой, а другой схватил оба члена одновременно.
— Уф… аджосси. Что ты делаешь… ха-а…
— Что я делаю? Раз у тебя встал, я должен заставить тебя кончить.
Обхватив оба члена, Мун Чонхёк стал быстро двигать рукой и даже начал подаваться бедрами вперед, задавая ритм. Только Ювон, чье достоинство оказалось полностью во власти чужой хватки, лишь беспомощно стоял на цыпочках, не зная, что делать.
— Ха-а… аджо… аджосси! Ммм…
Это был первый раз, когда чужая рука коснулась его интимного места. В тот момент, когда нужно было ласкать нежно, такая грубость сводила его с ума.
Ювон дрожал, сжав кулаки. Когда они целовались, он хотя бы был в объятиях Мун Чонхёка, но сейчас у него не было такой роскоши. Кожа, которой они соприкасались, была слишком горячей, чтобы сохранять рассудок.
— Ха-а…
Звуки, которых он никогда не издавал, невольно срывались с его губ. Стоны, рождавшиеся сами собой, были настолько непривычными, что Ювон крепко закусил губу. Даже в этот момент Мун Чонхёк продолжал напористо двигать рукой. Вены на тыльной стороне его руки и предплечье вздулись от напряжения.
Это было совершенно не похоже на то, когда сам Ювон мастурбировал. При мастурбации его ягодицы и пах так не дрожали. И рассудок не мутился. Возможно, из-за непривычной стимуляции момент разрядки наступил гораздо быстрее, чем обычно.
— Хва-хватит. Аджосси… ммм… я не могу. Перестань, ха-а… хва-хватит…
Он умолял, качая головой, но Мун Чонхёк не останавливался. Напротив, он только ускорил движение руки.
Ювону хотелось плакать. Сил терпеть больше не было, и в таком темпе он точно покажет себя в неприглядном виде перед аджосси. Он злился на грубые прикосновения Мун Чонхёка, который не отпускал его.
Вскоре член, который был розовым, стал ярко-красным. Узкое отверстие уретры запульсировало. Ювон судорожно ловил ртом воздух, больше не в силах сдерживаться. Это был предел.
— Ха-а… — выдохнув, Ювон задрожал всем телом и кончил прямо в руку Мун Чонхёка. Почти одновременно с ним кончил и сам Мун Чонхёк.
— Ха-а… блядь…
Эякуляция была долгой. То ли из-за того, что прошло много времени с момента, когда он в последний раз кончал, то ли из-за Ювона, который низко склонил голову и прижался лбом к его груди. Мун Чонхёк не мог понять причину, но оргазм был настолько сильным, что в шее появилось напряжение.
Затуманенный разум постепенно начал проясняться. Мун Чонхёк отстранился от Ювона. Липкая сперма была размазана по их телам.
— Ха-а…
Кончить, просто дроча другому парню. Мун Чонхёк издал горький смешок, запуская пальцы в волосы.
— Аджосси…
Ювон крепко обнял Мун Чонхёка за талию. Его плечи, которые до этого тяжело вздымались, успокоились, и он, наконец, смог ровно дышать.
Однако состояние нижней части его тела было иным. Несмотря на то, что он уже один раз кончил, Ювон плотно прижался к паху Мун Чонхёка все еще эрегированным пенисом. Каждый раз, когда Ювон напрягал руки, он невольно задевал и терся, и эта стимуляция передавалась напрямую Мун Чонхёку.
— …Что ты сейчас делаешь? — спросил Мун Чонхёк, проявляя терпение. Он едва смог говорить, крепко сжав зубы.
— Мне мало.
— Что?
Вместо ответа на его вопрос Ювон прижался к нему всем телом.
— Мне этого не достаточно…
http://bllate.org/book/12578/1601281
