Готовый перевод It's only good for me / Хороший только для меня[❤️]: Глава 1-2 Первая любовь

Желая как можно скорее закончить эту сцену, я поспешно ответил:

— Да.

Со Хангон выпрямился. От него исходил спокойный, почти убаюкивающий запах. У меня на миг закружилась голова. Со Хангон, все так же находясь в расслабленной позе, сунув руки в карманы, и отступил в сторону. Боковым зрением я заметил, как черная куртка с эмблемой медленно исчезает вдали.

Первые несколько шагов Со Хангон неспеша шел назад, а когда я почти пропал из поля его зрения, вдруг резко развернулся и побежал обратно к своей компании, весело отпуская брань.

Вот так я провел с Со Хангоном всего несколько секунд, на горной тропе, усеянной осенними листьями кленов.

После этого, во время еды, на уроках или когда я читал фэнтези-романы, мой взгляд то и дело рассеивался. Каждые пять минут я выпадал из реальности, потому что перед глазами снова появлялось его улыбающееся лицо.

Тогда я еще не знал, что эта улыбка — та самая, из-за которой школьницы Пусана сходили с ума, мечтая увидеть её хоть раз.

Обычно я ассоциировал Со Хангона с временами года, но в тот день он меня запутал. Это была улыбка, несущая весну в конце осени, в день школьной экскурсии. За этим улыбающимся лицом в сгущенном лесу пробивался свет, смешавший в себе осень и весну. Смешав в себе весну и осень, тот день сделал Со Хангона для меня новой порой года.

***

Те зимние каникулы оказались особенно скучными. Хотя они и означали передышку от экзаменов, наслаждаться свободой я не мог. Мне хотелось как можно скорее вернуться в школу.

Я не питал иллюзий, будто одно лишь то, что Со Хангон на школьной экскурсии спросил мое имя, превратит нас в друзей и мы начнем здороваться друг с другом. Рационально мыслить я был вполне себе еще способен. Просто хотелось меньше времени проводить дома. Поход в школу означал возможность снова погрузиться в то волнение, которое я испытывал, когда видел его.

— Холодно.

— Если холодно, значит ешь чуотан*, — заявил Канхо, а Джуён кивнул.

*В Корее чуотан (추어탕) — это традиционный суп из мелкой пресноводной рыбы (обычно мунё — 미꾸라지, вид угря/вьюна), который варят с пастой из сои, пряностями, зеленью и другими добавками. Его подают очень горячим. Наиболее популярное время — с конца августа по октябрь. В это время вьюны особенно жирные и питательные, а сам суп считается хорошим для укрепления организма перед зимой. Осенью в Корее можно часто увидеть баннеры и вывески ресторанов с надписью «추어탕 제철» — «чуотан в сезон».

Я с Хёнгоном хихикнул.

— А, а если жарко? — спросил я.

Джуён почесал голову сквозь капюшон пуховика.

— Есть тэгутан.

*(대구탕) — традиционный корейский суп с треской (대구). Это прозрачный, острый или слегка пикантный рыбный суп, который часто подают с дайконом, тофу, зелёным луком и перцем. Треска наиболее жирная и вкусная с декабря по февраль — это и есть «대구 제철» (сезон трески). В это время особенно популярны блюда из трески, включая тэгутан, тэгуччим (대구찜) и тэгугри (대구구이). Многие идут в рыбные рестораны или на рынки морепродуктов (например, в Пусане или Ульсане), чтобы поесть именно этот суп. Еще он называется 해장국 (хэджангук) — «похмельный суп».

— Не-е-е, — разочарованно протянул Канхо.

В последнее время мы всерьез увлеклись так называемыми «хай-гэгами» — шутками высокого уровня. К счастью, нас четверо, кто три года вместе ходил в одну и ту же школу, и мы имели одинаковое чувство юмора. В те дни настроение у меня было настолько хорошим, что я напрочь забыл времена, когда резал себе запястье ножом.

— А если тепло?

— Хмм… вот это сложный вариант. Что бы придумать?

— Сыр?

— Не, не то.

— Ва… ва…

— Ттаапагетти!

— О! Джуён, красавчик!

Смеясь, как дураки, мы распахнули дверь круглосуточного магазина у дома. У прилавка стояли две девочки из нашей школы. Смех мгновенно стих, все замолчали. В этой напряженной тишине начался серьезный выбор лапши в стакане. Я решил взять что-нибудь попить и направился к холодильнику с напитками.

Пока я выбирал, почувствовал на себе взгляд одной из девочек, а потом услышал, как они перешептываются:

— Да, это он. Я видела его в школьной форме. Он учится в одной школе с Со Хангоном.

— Может, спросим у него?

Девчонки, ростом лишь чуть выше моего, подошли осторожно и нерешительно.

— Эй, можно тебя спросить кое-что?

— Что?..

— Ты ведь из той же школы, что и этот парень?

На экране новенького iPhone 5 была фотография профиля Со Хангона с Facebook. Я быстро пролистал несколько снимков в его профиле, но не успел толком их рассмотреть, потому что торопился. Но на одном фото Со Хангон был в желтой куртке, а рядом стояла девушка. Все четыре снимка оказались парными.

Я кивнул. Девушки прикрыли рты, густо покраснев.

— Он легко принимает запросы в друзья?

— Эм… не знаю. Я не пользуюсь Facebook…

Я неловко улыбнулся и снова взглянул на фото. На аватарке Со Хангон был в униформе обувного магазина и показывал знак мира. С такого угла казалось, снимок сделала его девушка.

Пока я шутил с друзьями, сочиняя хай-гэги, и мотался между школой и домом, Со Хангон подрабатывал и встречался с девушкой. Настроение мое немного упало.

— А это правда, что он с учителями дрался в школе?

— Эм… было кое-что на первом году…

Девушки беззвучно вскрикнули и затопали ногами, а я с натянутой улыбкой отвернулся.

Правда заключалась в том, что Со Хангон действительно имел проблемы с учителями, когда учился в первом классе средней школы. Я не знал всех деталей, но все закончилось крупной ссорой с известным своим сварливым нравом старым преподавателем физики, и Со Хангон выругался на него. Потом ему пришлось писать объяснительную, а его отца вызвали в школу.

Кроме того, был случай, когда во время драки он толкнул одноклассника, тот разбил очки, и тогда в школу пришла мать того парня, а отца Со Хангона вызвали снова.

Из всего этого я сделал вывод, что у Со Хангона, скорее всего, нет матери.

— Спасибо! Если что, потом еще поспрашиваем! — оживленно сказали девушки и вышли из магазина.

Хёнгон и Канхо подошли ко мне сбоку и обратились к Джуёну:

— Джуён, купи вот это, Джуён.

— Джуён, дай сто вон, Джуён.

Я вдруг почувствовал, как к горлу подступил ком, и взял с полки банку сидра.

***

С самого детства я быстро сдавался.

Я легко переборол недовольство тем, что оказался в одном классе с квадратноголовым парнем на третьем году. Раз так получилось, значит, ничего не поделаешь. Я решил не думать о квадратноголовом, который чередовал прозвища: «Резчик» и «Мальчик, который обмочился». Все же мне повезло быть в одном классе с Канхо, а остальное уже не имело значения.

И вот, с отчасти приятным ощущением, сразу после того как я открыл заднюю дверь класса 3-3, я начал думать, что, возможно, во вселенной, которая навсегда клеймила меня прозвищем «Мальчик, который обмочился», есть хоть немного милосердия.

Именно потому что я заметил Со Хангона, сидящего в третьем ряду второй группы в школьной форме.

Когда наши взгляды встретились, я видел, как он грызет синюю ручку Monami Plus, словно это была сигарета.

Он, уже в первый день собрав вокруг себя друзей, посмотрел на меня. И я ощутил милосердие вселенной.

Я не мог выбрать себе прозвище. Я не мог выбрать свою замкнутую личность.

Я не мог выбрать даже отца.

Но, словно две стороны одной монеты, вселенная, казавшаяся такой холодной, на этот раз подарила мне то, что я не мог выбрать сам. Она поместила Со Хангона в мой класс. Это было милосердие, которое заставляло меня стыдиться, что я обвинял судьбу во всех своих неудачах.

В тот момент я тревожно думал, что произойдет, если Со Хангон поздоровается. Рядом со мной стоял жалкий примат, отчаянно пытающийся получить приветствие, и если он вдруг заметит меня, это будет проблемой.

Но Со Хангон просто отвел взгляд в сторону. После короткого взгляда на меня он перевел глаза на Канхо, затем вниз к своим друзьям. Казалось, он не помнил, кто я такой.

Они обменивались грубыми шутками, стучали по столу крышкой ручки Monami, даже не взглянув на меня.

Со Хангон не помнил меня.

Я с Канхо искал свободное место, когда почувствовал холодное жжение у затылка.

Классный руководитель в этом году был учителем математики. Во время утренней линейки, пока он представлялся и читал нравоучения, его внимание внезапно переключилось на Со Хангона. Видимо, он решил с первого дня утвердить свой авторитет. Обсуждая различные вещи, которые не должны происходить в классе 3-3, он специально упомянул Со Хангона.

— Эй, Со Хангон, — позвал его учитель.

В классе повисла напряженная тишина. Я еще приходил в себя от шока, поэтому не мог поднять взгляд. Все ученики следили за реакцией того, на кого учитель обратил внимание.

— Хе-хе, да? Почему я? — спокойно ответил Со Хангон.

Короткое напряжение мгновенно улетучилось благодаря его ответу. Классный руководитель, будучи 50-летним мужчиной, словно борясь со скользким угрем, быстро завершил небольшую борьбу за власть.

— Потому что ты довольно знаменит, приятель, — сказал учитель.

— Что? Я известен? Почему? Кто сказал? — переспросил Со Хангон.

После нескольких смешков учитель снова подчеркнул:

— В моем классе не будет насилия. Поняли? Я — белый голубь нашей школы. Символ мира.

Ужасно, но второй урок в первый день был уроком математики у «белого голубя». Повторяя утром свои нотации в еще более длинной версии, учитель без промедления начал урок.

К тому моменту я остудил голову и пришел в себя. Независимо от того, был ли я в одном классе с Со Хангоном или нет, мне нужно было хорошо сдать промежуточные экзамены, поэтому я сосредоточился на уроке.

Учитель-«белый голубь», кроме типичного старомодного заносчивого тона, был хорошим человеком. Он запомнил мое имя и время от времени вызывал меня к доске, чтобы я отвечал на вопросы. С точки зрения учителя, естественно было благоволить к таким ученикам, как я, которые сосредоточенно работали на уроке, особенно на математике.

Сегодня, когда все молчали перед задачами, написанными по всей доске, классный руководитель задал вопрос мне.

— И Вон! Хочешь выйти и попробовать решить эту задачу? — спросил он.

— Эм…

Вопросы с фиксированным ответом всегда вызывают неловкость. Зачем спрашивать, если можно просто приказать подойти и решить? Я натянуто улыбнулся.

— Иди вместе с Канхо и решите эти две задачи.

Канхо и я молча встали и подошли к доске. Весна все еще была прохладной. В классе было умеренно холодно, и кончики пальцев слегка замерзли.

В тишине был слышан стук мела по доске. Каждый раз, когда я делал паузу, чтобы подумать, Канхо рядом быстро двигал рукой с мелом. Почерк Канхо был неразборчив из-за того, что он торопился, и он часто ломал мел. Я записывал числа и символы медленно.

Вдруг в классе послышался зевок и зашуршала бумага. Стул заскрипел у кого-то, кто не выдерживал скуки.

— Эй, Со Хангон! — вскрикнул учитель, проходя между рядами.

— Да! — отозвался он.

— У И Вона что, затылок медом намазан? Почему ты постоянно смотришь на него?

— …

— Где твой разум, мелкий негодяй?

В тишине класса послышался тихий смех.

— Как И Вон может сосредоточиться, если ты так пристально на него смотришь?

— Простите, учитель!

— Держи книгу правильно.

— Да…

Весь класс рассмеялся во весь голос. Воспользовавшись оживленной атмосферой, я оглянулся.

Со Хангон широко раскрыл глаза и уставился на свой учебник математики, будто хотел его убить. Охваченный атмосферой, он коротко рассмеялся, затем быстро принял серьезное выражение лица. Потом нарочно запрокинул голову, злобно уставившись на книгу.

— Этот ребенок, ты серьезно?.. — улыбнулся учитель.

Я сломал мел, записывая на доске. Сломанная часть упала на пол класса. Я молча взял новый кусок мела и…

Хруст.

Я снова сломал мел.

Вот так вот начался год.

http://bllate.org/book/12576/1118154