Хан Джуан ворчливо опрокинул рюмку. Для человека, который еще недавно кашлял от крепкого алкоголя, он теперь слишком уверенно наливал себе сам. Мёнхун наблюдал за ним с усмешкой, полускрытой за стеклами очков. Отблески света на линзах делали его и без того загадочное лицо еще более нечитаемым.
— Почему бы тебе не сказать, как ты думаешь, зачем я это делаю? Тогда я скажу, прав ты или нет.
«Настоящий лис, — подумал Джуан, раздраженно хмурясь. — Неужели все взрослые становятся такими изворотливыми?»
Его тон стал более прямым, почти вызывающим.
— Если это что-то, что может мне навредить, я не хочу это слышать.
— Разве я похож на человека, который стал бы так стараться, просто чтобы причинить тебе боль?
— …Ты просто играешь со мной?
— Нет. О чем это ты?
«Хм? Значит, не из жалости и не ради забавы?»
Эта искренность заставила Джуана задуматься.
«Тогда спрошу напрямую».
Он не мог просто отпустить свое любопытство, ему нужно было узнать, почему именно он?
— Тогда потому что ты взрослый, который не может есть один, вот и позвал меня?
— Если бы дело было в этом, я бы поужинал со своим секретарем перед тем как поехать домой.
— Тогда чтобы узнать, как выживают студенты? Или послушать про жизнь обычных людей?
— Ты слишком много дорам смотришь. Зачем мне это?
— Хм… Тогда потому что хочешь общаться с молодежью?
— Теплее. Отчасти так и есть.
Джуан наклонился через стол, приковав любопытный взгляд к Мёнхуну.
— То есть ты хочешь есть и общаться с молодым человеком?
— Почему бы тебе не подумать, почему этим молодым человеком должен быть именно ты?
— Если именно я… тогда…
Глаза Джуана забегали по стенам, будто ища подсказки на них. Мёнхун протянул руку, пальцами касаясь щеки Джуана, все еще сохранявшей детскую мягкость. Потом его пальцы переместились к уху, и он нежно обвел большим пальцем его контур.
Джуан вздрогнул.
Его уши были одной из самых чувствительных зон.
— Ой, аджосси… — он отстранился, но не резко.
Будь это кто-то другой, он бы уже бросил: «Ты что делаешь?» и шлепнул бы его по руке.
Но перед ним был президент «Кванхва», человек, который привел его в этот роскошный ресторан. Он не мог быть грубым, поэтому лишь сидел, молча кипя от возмущения.
Мёнхун рассмеялся, видя его реакцию.
— Даже когда я перехожу границы, ты просто терпишь. Ты всегда такой мягкий?
— …Что?
— Невероятно мягкий.
— Нет, это не так. Я могу ругаться как сапожник.
— Ни разу не слышал.
— Сейчас услышишь.
— Давай.
Это предложение заставило Джуана замереть еще больше. Теперь отступать было уж точно позорно.
— Щи…
Но второй слог он так и не произнес. Он никогда не ругался прямо в лицо взрослому, и его воспитание взяло верх. Мёнхун громко расхохотался.
— Ха-ха-ха, даже «ssibal»* не можешь произнести?
*блядь
— …
— Правда же, ты очень мягкий.
— Нет!
— А теперь ты дуешься.
— Я не дуюсь!
Ничто не шло по его плану. Джуан надул губы, и его лицо все еще выражало недовольство.
Мёнхун заговорил мягко, словно успокаивая:
— Все вокруг меня такие закаленные и циничные. Ты первый, кто остался в своем возрасте таким… чистым.
— Я вполне себе познавший жизнь…
— В твои годы все так считают.
Мёнхун снова протянул руку к его лицу, вновь косясь пальцами его уха, того самого чувствительного места.
— Выглядишь колючим, а внутри такой мягкий, — тихо прошептал Мёнхун. — Даже работая моделью, ты, кажется, не понимаешь ценности своего тела. Ты знаешь, кто я, знаешь, что я добр к тебе, но даже не пытаешься из меня что-то вытянуть. Ты не хитер и даже не понимаешь до конца, как устроен этот мир.
— Ты сейчас оскорбляешь меня?
— Отчасти. Если будешь так жить, тебя обязательно предадут. Тебе нужно научиться быть жестче.
Он переместил руку к слегка отросшим волосам за ухом Джуана. Мёнхун наблюдал, как тот не отталкивает его и не уклоняется от прикосновений.
— У меня исключительное чутье на людей, — прошептал он так тихо, что это едва можно было расслышать. — Я провел жизнь, имея дело с ними, и выработал… избирательный вкус. Если человек не исключителен, он не привлечет мое внимание. Он должен идеально соответствовать моим предпочтениям.
— Ты про внешность?
— Это как сопроводительное письмо. Чтобы пройти во второй и третий тур, нужно оценить характер, не так ли?
Джуан недоуменно несколько раз моргнул.
«Это он про меня? Мы виделись всего пару раз, и за это время он уже решил, что знает меня достаточно для какого-то своего собеседования?»
Мёнхун, гордящийся своей способностью читать людей, не сводил с него взгляда.
— Когда я встречаю кого-то впервые, мне нужно три секунды, чтобы понять его полностью.
«Это же бред…»
Звучало так, будто он приписывал себе сверхспособности. Сначала он раскритиковал Джуана, а теперь, казалось, хвастался собой. Джуан, то ли из-за алкоголя, то ли из-за отсутствия социальной гибкости, с трудом следил за ходом его мыслей. Он даже не мог уловить атмосферу момента. Он просто молча наблюдал, как Мёнхун ведет этот разговор.
Для Мёнхуна Джуан выглядел таким же милым и очаровательным, как котенок. Даже такой осторожный человек, как он, не смог удержаться от искреннего признания в тот момент.
— Откуда ты только такой взялся?
Он переместил руку на его затылок и немного надавил. От этого легкого давления голова Джуана наклонилась вперед, сократив расстояние между ними до нескольких сантиметров.
Джуан уставился на Мёнхуна с выражением человека, забывшего, как дышать.
«Что?..»
Он хотел спросить, что происходит, но, кажется, все слова застряли в горле, и он лишь приоткрыл губы. Мёнхун, глядя на него сверху вниз, произнес еще тише:
— Ты в моем вкусе.
Смысл не сразу дошел до Джуана. Это прозвучало намеренно двусмысленно, как и то «первый опыт» ранее. Джуан подумал, что здесь должен быть скрытый смысл, но никакой хитрый взрослый не станет говорить так прямо. Но на этот раз Мёнхун имел в виду именно то, что сказал.
— Ты же узнал про мой развод?
— …
— Это потому что я гей.
Джуан замер, затаив дыхание.
«Гей…»
За свои 22 года он никогда не встречал человека, открыто признававшегося в этом. Они такие же люди, как и все, но для него они казались почти другой расой.
— Но… ты… — заикаясь, Джуан наконец выдавил из себя несколько слов, — был женат на женщине.
— Моя бывшая жена знала об этом, когда выходила за меня.
— Что?
— Это был брак по расчету. Личные предпочтения отошли на второй план из-за интересов наших компаний. Моя бывшая тоже получила выгоду и согласилась на развод. Одна из моих дочерних компаний слилась с бизнесом ее семьи.
— Брак по расчету?
— Что-то вроде того.
— Я думал, такое только в дорамах бывает.
— Иногда реальность страннее вымысла.
Какой же это другой мир.
«Бывают люди, которые рассматривают брак как контракт или сделку?»
Мёнхун, наблюдая за широко раскрытыми от удивления глазами Джуана, нежно погладил его по затылку. Так, как обычно гладят щенка или котенка. Его улыбка медленно расползлась по лицу — сдержанная, но искренняя. Она была настолько ослепительной, что Джуан не нашелся что ответить.
В голове у него звучал только один вопрос: «Почему?»
— Я просто хочу позаботиться о тебе.
http://bllate.org/book/12565/1117682
