— Как я могу извиниться?..
Аджин закашлял.
— А, да. Деньги. Я дам тебе денег.
Это было лучшее, что он смог придумать. Нет ничего лучше денег. Это мир, в котором можно избивать людей и при этом оставаться безнаказанным. Даже те, кого били, не считали себя такими уж убогими, когда получали деньги. Если, разбив нос, они получали тысячу вон, это считалось выгодной сделкой.
Оно и понятно, ведь в этом мире можно было заработать от 50 до 100 вон, не разгибая спины сидя за швейной машинкой на фабрике или работая целый день на стройке. В этом мире может существовать такая вещь, как расплата. Словесные извинения не наполняли желудок, и на них невозможно было ничего купить.
Сокджу словно очнулся и потянулся за бумажником. Порывшись в толстом кожаном бумажнике, он вытащил пачку банкнот в сто юаней. Он протянул ее Аджину. На купюре, было изображено лицо великого человека, и мальчик уставился на него.
— …
У Аджина открылся рот. На беглый взгляд, купюр было больше пятидесяти штук. Это было больше 5000 вон.
Когда Аджин работал в игорном доме, ему платили 30 вон в день. Даже когда он жил там, то у него оставалось чистыми 20 вон, за вычетом 10 вон на еду и жилье.
В доме Сокджу ему платили 60 вон. Пять тысяч вон составляли дневную зарплату примерно за 100 дней. Если бы он все еще оставался в игорном доме, то ему пришлось бы работать 250 дней. Это были слишком большие деньги за которые получается он продал свое тело на одну ночь.
Аджин взял их. Лицо Сокджу просветлело. Он почувствовал, что искупил свою вину.
— Если этого мало, я дам тебе больше. Я могу дать тебе больше в несколько раз.
Сокджу снова сел напротив него и взял столовые приборы. Теперь он мог спокойно поесть. С полуулыбкой на лице он погрузил ложку в чашку с супом.
Взмах.
Аджин швырнул деньги в лицо Сокджу. Десятки купюр посыпались вниз, напоминая проливной дождьна улице. Аджин закричал:
— Я не проститутка!
— Ты…
— Если я не проститутка, почему ты даешь мне деньги?
Худые плечи Аджина дергались вверх-вниз. Деньги. Конечно, это хорошо. Если бы нужно было выбрать лучшую вещь в мире, то это были бы деньги. Но он не хотел зарабатывать деньги таким образом. Если бы он хотел продать свое тело, он бы согласился. Но вчерашней ночью он не продавал себя!
Даже у самого незначительного и ничтожного слуги есть гордость. А в наше время, когда не существует таких понятий, как класс, благородство или ранг, гордость может быть довольно жесткая и непоколебимая.
Аджин ненавидел за это Сокджу. Ненавидел так сильно, что ему хотелось ударить его в задранный высоко нос и вытащить его через рот.
— …
Сокджу уставился на рассыпанные деньги, с таким видом, словно увидел привидение. Его взгляд стал холодным. Увидев это, плечи Аджина напряглись. Он подумал, что сейчас Сокджу ударит его, воткнет палочки в глаза или вызовет Мёнджина, чтобы тот перерезал ему горло.
Но Сокджу ничего не сделал.
Вытерев слезы, Аджин поспешно убрал со стола. Он забрал суп и выхватил ложку из рук Сокджу. Затем он подхватил стол и попытался встать.
Ошарашенный Сокджу схватил его за запястье.
— Куда ты идешь?
— Мне нужно делать свою работу: мыть посуду, подметать коридор и стирать.
— Что? Какая работа с таким телом?
— Все в порядке. Я работал, даже если болел. Это моя работа, и если я не буду ее делать, то это придется делать кому-то другому.
— …
Встряхнув запястьем, Аджин отмахнулся от руки Сокджу и одним движением поднял тяжелый стол. Шаркающим шагом он пересек комнату. Он поставил стол перед дверью, открыл ее и выставил наружу свою ношу. Когда он уже собирался закрыть дверь, то вдруг тяжело сглотнул и посмотрел на Сокджу.
После этого он поклонился.
— До свидания.
С этим вежливым прощанием дверь захлопнулась. Сокджу, окруженный купюрами по 100 вон, удивленно моргал.
Летнее яблоко*.
*사과 — слова яблоко и извинение являются в корейском языке омонимами. То есть пишутся и произносятся одинаково и смысл зависит от ситуации, когда они произносятся. То есть тут речь идет о том, что Сокджу думает о том, чтобы извиниться.
***
Как только Ккотним увидела Аджина, ее лицо исказила недовольная гримаса.
— Идиот, где ты спал и почему только сейчас явился…
Она прекратила ругательства, когда заметила, как выглядит Аджин.
— Что с тобой?
— …аджумма.
Поставив стол посреди кухни, Аджин выпятил нижнюю губу, которая заметно дрожала. После этого он распластался на полу, всхлипывая, как ребенок.
— Ты с ума сошел?
Аджумма помогла ему подняться. Она обругала слуг, которые косились на Аджина.
— Что вы стоите, как идиоты? Идите работать! Ужин через час!
От ее крика слуги тут же опустили головы. Ккотним вытащила поникшего Аджина из кухни. Аджин хромал, влекомый ее крепкой хваткой.
— Аджумма, — заплаканным голосом позвал он ее.
— Что?
— Я хочу помыться, горячей водой.
Аджумма молча направилась к ванной, что находилась снаружи дома.
Аджин сел в деревянную ванну, обхватив руками колени. Несмотря на размеры емкости, как только он оказался в горячей воде, ему показалось, что он снова может жить. Его спину ломило от ночных истязаний, а задница и внутренняя поверхность бедер пульсировали. Но мальчик не плакал от этой боли.
Когда Аджин зачерпнул ладонью теплую воду, аджумма, натиравшая ему спину, спросила:
— Это сделал босс?
— Да. Внезапно, на рассвете.
— Блядь! Хочешь, чтобы я подсыпала ему в рис крысиный яд или пестициды в суп?
— Нет. Не делай этого.
— Почему?
— Он сказал мне… что сожалеет.
— Босс?..
— Да.
Ккотним поджала губы. Извинения. Что в этом сложного, подумала она, но это не значит, что это легко услышать. Особенно от мужчины, облеченного властью.
Как бы удивительно это ни было, она не могла оставить это без внимания. Она могла подсыпать крысиный яд в рис Сокджу завтра утром или прямо сейчас. Она легонько шлепнула Аджина по спине, усеянной синяками и засосами.
— Ай!
— …Он извинился, а ты что как идиот просто ушел, да?
— Нет, он сказал, что сожалеет и дал мне деньги. Но я их швырнул в него. Я не шлюха!
— Боже, тебе нужно было забрать деньги. Если он заплатил мало, то нужно было попросить удвоить. Почему ты такой глупый?
Сокджу — сволочь, который убивал людей и делал ужасные вещи с Аджином, а не маленький засранец. Если он дал ему деньги, то наверняка сумма была не маленькая. Она не могла поверить, что Аджин ее выбросил.
Ккотним цокнула языком. Иногда Аджин ведет себя как лисенок, а иногда — как глупая собака.
Аджин округлил глаза, уставившись на нее и откинулся на стенку ванны.
— …Так что, мне пойти попросить у него деньги? На вид там было пять или шесть тысяч вон.
— Так много? Вот ведь ты жадный до денег ублюдок.
Аджин кивнул. У него него не было никаких сомнений, что Сокджу без колебаний даст ему столько денег.
Вспомнив, как босс дал ему пачку сотеновых вон, Аджин пробормотал:
— А остальным проституткам босс дает тоже по пять тысяч вон? Тогда я продам ему свое тело. А если продам дважды, то смогу купить дом.
Бах!
Еще один удар, прилетел ему по спине. Аджин застонал, потерев место удара.
— Аджумма… Мне больно…
— Не будь идиотом! Если ты продашь себя, тебя будет ждать плохой конец.
— Конец?
— Плохой конец. Ты когда-нибудь слышал о шлюхе, которая дожила бы до восьмидесяти лет?
— …
— Настанет конец, когда попадаешь к мужчинам-пидарасам. Они не относятся к женщинам, как к людям. Что уж говорить о тех, кого они покупают, как движимое имущество.
— Но я же мужчина.
— Как только ты продашь свое тело, ты не будешь отличаться от женщины.
Аджин медленно кивнул. Он не совсем понимал, о чем она говорит, но примерно догадывался. Нуны, работавшие в игорном доме, часто получали травмы.
Мужчины часто распускали руки, избивая хорошеньких и добрых девушек. Ухаживая за нунами, чья жемчужно-белая кожа была в синяках и кровоподтеках, юный Аджин плакал от досады и печали.
Аджин, опираясь о край ванны поднял подбородок, и несколько раз моргнул своими большими глазами, смотря на аджумму. Женщина нежно провела пальцами по покрасневшим уголкам его глаз и тяжело вздохнула.
Почувствовав ее беспокойство, Аджин криво улыбнулся.
— Со мной все в порядке, аджумма. По крайней мере, это было не так страшно и больно, как когда меня сбила машина.
— Это потому, что…
Женщина намазала Аджина медовым бальзамом, чтобы ему не было больно. Аджин истерически рассмеялся. Видя этот глупый смех, она не могла не рассмеяться вместе с ним.
Ккотним любила Аджина и заботилась о нем. Несмотря на то, что она говорила грубо, она была единственной в мире, кто беспокоилась об Аджине.
Аджину было девять лет. Его часто перевозили с места на место, пока он не попал в игорный дом. В игорном доме, он работал в баре. Аджин ходил от столика к столику, опустошая пепельницы, продавая сигареты и подавая напитки.
Ккотним тогда не обращала на него внимания. Он был просто еще одним ребенком без родителей и денег. Ей не нужно было заботиться или жалеть его.
Но Аджину она нравилась, и он ходил за ней по пятам, как щенок.
И вот однажды Ккотним заболела. У нее была то ли ломота в теле, то ли другая боль, то ли и то, и другое. Никто о ней не позаботился. Господин Гым был в ярости и требовал, чтобы кто-нибудь взял на себя обязанности по кухне. Другие работники закрывали глаза на нее. Никто не обращал внимания на больную лежащую женщину.
Только Аджин беспокоился о ней. Он пробирался к ней после уборки и чистки пепельниц, чтобы спросить, все ли в порядке. Мальчик приносил кашу, что была похожа на собачий корм и клал ей на лоб полотенце, которое он с трудом мог выжимать своими слабыми тонкими руками. Ночами он оставался рядом и беспокоился о ней.
Именно после этого дня женщина стала заботиться о Аджине.
Стоя за спиной Аджина, она мыла его пушистые волосы. Аджин прищурился и обратился к ней:
— Аджумма…
— Что еще?
— Босс сказал, что я красивый.
— …
— Он сказал мне не закрывать лицо.
Руки женщины перестали двигаться, а взгляд наполнился холодом, отчего стал сразу же пронзительным и ожесточенным. Она была похожа на капитана, который смотрит на шторм в море.
Но Аджин не мог видеть ее лица за своей спиной.
— У босса такие же проблемы с глазами, как у меня с ногами? Почему он считает меня красивым? У меня ведь тоже есть член.
— …
— Аджумма?
— Я думаю, он мудак.
Аджин покачал головой, услышав запоздалый ответ.
— О, мой босс — идиот. Он настолько слеп, что называет калеку красивым.
Так думал Аджин.
_____________
Столько просмотров и закладок и нет совершенно комментариев…😭
http://bllate.org/book/12549/1117002
