Близилось время ланча, и дороги в центре Сеула были необычайно перегружены. Словно где-то произошла авария, машины стояли в пробке, практически втиснутые друг в друга, и от одного взгляда на эту картину становилось досадно.
Но казалось, будто этой ситуации было мало для раздражения.
— Что, черт возьми, это такое?
Водитель грузовика, куривший сигарету, высунув руку в окно, с раздражением покосился на соседний ряд.
Тц… Тц… Тц…
Электронная музыка, достаточно громкая для ночного клуба, была включена на такой мощности, что ее ритмичный грохот отзывался не только снаружи машины, но и распространялся далеко по всей загруженной дороге.
В общем-то, нынче развелось чертовски много придурков. Мужчина выбросил окурок в соседний ряд и даже плюнул на асфальт.
«Вот бы увидеть рожу этого типа», — подумал он. Он слегка наклонил голову и вскоре поспешно поднял стекло. Сидевший на пассажирском месте господин Ким хихикнул.
— Он, что псих? Нынешняя молодежь страшна. Не лезь на рожон.
— Гребанный ублюдок. Посмотри на его чертову рожу…
— А какой он? Дай-ка и я взгляну на этого психа.
— Ай, не смотри! Кто это только что говорил мне не лезть на рожон? Просто пристегнись как следует, старина.
Когда машина впереди начала потихоньку ползти вперед, мужчина быстро нажал на педаль газа, и грузовик двинулся с места.
— Блядь, вот же придурок, — пробормотал он ругательство и бросил взгляд на автомобиль, отражавшийся в боковом зеркале.
Тц… Тц… Тц…
В то же время этот придурок был единственным, кто хорошо проводил время посреди забитой дороги. Мужчина, выглядевший несколько по-хулигански, носил солнечные очки и ритмично кивал головой под однообразный грохочущий бит.
Он перестал следить за ритмом и внезапно поднял взгляд на небо, восхищаясь им.
— Погода просто охрененная.
После этого он стал напевать слова песни и даже надул пузырь из жевательной резинки. На самом деле небо было хмурым, готовым пролиться дождем в любую минуту.
Останавливавшиеся вокруг машины опускали стекла, думая: «Что за псих устроил клуб посреди дороги?» — но, едва увидев мужчину, тут же делали вид, что смотрят в другую сторону.
Но тут внезапно появился какой-то смельчак, который подрезал машину мужчины.
Мужчина, покачивавшийся в такт музыке с беззаботным видом, заметил автомобиль, который перестраивался, не включив поворотник, и резко ударил по тормозам.
— Сукин сын!.. — выругался он, выплескивая свой гнев.
Би-и-и-и-ип! Бип, би-и-и-и-и-ип!
Резкий звук клаксона прозвучал несколько раз в такт мощному биту. Даже когда впереди вставшая машина резко остановилась, мужчина не унимался, продолжая давить на сигнал, извергая поток ругательств.
Биииип! Бип-бип!
Казалось, его злость не утихла даже после этого.
— Сукин сын! — ругался он. — Ублюдок!
Наконец он снял солнцезащитные очки и водрузил их на голову.
В этот момент он увидел, как водитель машины, которая подрезала его, с силой распахнул свою дверь и вылез наружу.
— Вот же тип, вылез, будто он прав, хотя втиснулся без всякого поворотника.
Напыжив свои тощие плечи, чтобы утвердить доминирование, он нагло направился к грузовику.
— Вау, какой же блядь интересный мир, — пробормотал мужчина, наблюдавший эту сцену. — Малюсенький анчоус ползает там, где живут люди. Эй, эй… он ходит?
Мужчина, которого определили как анчоус, добравшийся до передней части грузовика, заткнул пальцем ухо из-за громкой музыки и постучал по стеклу.
— Эй, вылезай, блядь! Вылезай сюда.
Для такого мелкого анчоуса он был очень смел. Столкнувшись с такой открытой провокацией, мужчина с насмешливым хохотом тяжело вздохнул.
— Эй, это же не серьезно? Почему моя жизнь такая зрелищная и веселая? Каждый момент — это событие. Событие… — бормоча себе под нос, мужчина отстегнул ремень безопасности и распахнул водительскую дверь.
Шлеп.
Выходя, он нарочно толкнул дверью анчоуса, который стоял вплотную к стеклу, и потом легко потянулся, разминая затекшее от долгого сидения тело. То, как он засунул руку в карман джинс, медленно повел плечами и расставил ноги на ширину плеч, чтобы естественным образом скорректировать положение тугой промежности, чувствовалась странная угроза.
Анчоус, который стоял с напускной бравадой в ожидании водителя, теперь был ошарашен открывшимся зрелищем и потерял дар речи.
Огромное телосложение, рост превышающий 190 см, внушительно широкие плечи и грудь, а также грозная фигура, отчетливо просматривавшаяся даже сквозь толстую овчинную куртку. Разве есть тот, кто не застынет на месте от шока, если внезапно окажется лицом к лицу с таким мужчиной?
У мужчины были твердые мускулы и красивое лицо. Его внешность, которая привлекала бы взгляды где угодно своей гипермаскулинностью, была безупречна и не имела ни единого изъяна.
Его брови были такими же темными и четкими, как и остальные выразительные черты, а линия челюсти с ее мощным контуром была резкой, без единой мягкой линии. Вдобавок его глубоко посаженные глаза создавали атмосферу не просто свирепости, а холодности.
Мужчина был весьма необычен. И дело было не только в том, что он был красив. Его взгляд и устрашающее телосложение заставляли любого инстинктивно сгорбить плечи, а дерзкий вид и хулиганская аура, прорывавшиеся сквозь его превосходную внешность, были достаточно сильны, чтобы заставить собеседника почувствовать себя смущенным.
Казалось, он прекрасно осознавал, каким телом и какой внешностью обладал. И он знал, как использовать это, словно свою привилегию, лучше кого бы то ни было.
Ухмыляясь, он приподнял уголок губ перед испуганным незнакомцем.
— Ну?
— Прошу прощения…
— Ты, до бешенства разозлившись, сказал мне выйти. Ты сказал, не просто: «Выходи», а «Вылезай, блядь!».
К сожалению, у мужчины не было намерения проявить снисхождение к тому, кто уже съежился, пожалев о своем импульсивном решении. Возможно, ситуация была бы иной, если бы перед ним оказалась женщина, пожилой человек, ребенок или омега.
Если он надерет зад такому ублюдку, как этот, значит, сегодня будет еще одно веселое событие. Тот, кто начал облизывать губы в предвкушении веселья, был — Ча Гёджин.
Из машин, которые и так ползли, как улитки, пассажиры и водители начали один за другим бросать взгляды в их сторону, где разворачивалось такое представление. Возможно, набравшись смелости от этих взглядов, анчоус все же заговорил:
— Ты… вдруг начал сигналить и злиться…
Это звучало скорее как нытье, как будто он устраивал истерику дома. То, как он слабо расправлял плечи и вздрагивал, пытаясь выглядеть на равных с Ча Гёджином, было совершенно жалким.
Полный и абсолютный неудачник.
Ча Гёджин, оценив мужчину за это короткое время, цокнул языком. Его гнев, который закипал, когда он ударял кулаком по клаксону, в мгновение ока не только утих, но и стал граничить со скукой.
Разборка может продолжаться только если они будут на равных.
— Блядь, — выругался Ча Гёджин, смотря на мужчину с полным презрением. Он вдруг наклонился к его уху и произнес: — Что ты там бормочешь? Не можешь говорить громче? Я не слышу тебя, потому что у тебя слишком маленький член.
— Нет, ничего… Эм…
— Что значит «ничего»? Ха-а… Вы только посмотрите на этого ублюдка. А ну, иди сюда, иди сюда.
Мужчина, чувствуя реальную угрозу, попытался быстро отступить, но Ча Гёджин был быстрее. Он схватил его за шиворот и потянул за собой, а потом толкнул мужчину головой к наклейке, которую аккуратно наклеил сразу после покупки машины.
[Будьте осторожны! Не сигнальте! Наш драгоценный ребенок в машине!]
На наклейке был изображен милый детский персонаж, который махал рукой, говоря о безопасности. Ча Гёджин тряс мужчину, продолжая держать за шиворот и ругать.
— Ты это видишь? Мой ребенок в машине. Что бы ты сделал, если бы мой ребенок сейчас был здесь?
— Я… я извиняюсь…
— Не води так, если не хочешь погибнуть в автокатастрофе.
— Да, да, господин… Я буду осторожен и буду осторожен за рулем.
Мужчина, покрывшись холодным потом, выдавив из себя неловкую улыбку, несколько раз склонил голову в поклоне. Полностью потеряв интерес к скучному поведению мужчины, который только извинялся, Ча Гёджин перестал с ним разговаривать.
Машины, которые смотрели на них, также начали терять интерес и начали разъезжаться. Похоже, перекрытая дорога стала свободна.
Ча Гёджин вернулся на свое место, обнимая мужчину за плечи. Несмотря на то, что это была их первая встреча, он действовал без колебаний, легонько толкая мужчину, который все еще был ссутулен.
— Ты когда-нибудь растил ребенка?
— Нет.
http://bllate.org/book/12540/1116526
