Банкет по случаю годовщины ребёнка двоюродной сестры Сюй Наньхэна был назначен на вечер, а предсеместровое собрание в его школе — на половину четвёртого дня. Так что он приехал на собрание прямо в новом костюме, чтобы не переодеваться потом.
В конце августа солнце над Пекином высушило весь город, и жар ощущался буквально кожей. Припарковав машину, Сюй Наньхэн оставил пиджак в салоне. Если бы он пошёл в нём по улице в такой день, то он потом ничем бы не отличался от лотосового листа, в который заворачивают курицу перед тем, как обмазать глиной для запекания.
— О-о, учитель Сюй, какой нарядный на собрание пришёл! — поприветствовал его коллега, учитель Чэн, как раз проводивший выпускной класс перед каникулами.
Сюй Наньхэн улыбнулся:
— Вы преувеличиваете, учитель Чэн.
Добравшись до четвёртого этажа учебного корпуса, он даже в коридоре ощутил прохладу кондиционера. На Сюй Наньхэне не было ничего вычурного, просто белая рубашка, галстук и классические брюки. Но его костюм сшит портным по индивидуальным меркам, с учётом всех особенностей фигуры, вплоть до того, в какую сторону он обычно заправляет своë достоинство. В сочетании с качественной тканью костюм сидел на нём безупречно, разительно отличаясь от готовых моделей.
Дверь конференц-зала была распахнута настежь, собрались ещё не все. Оттуда в коридор вырывался поток ледяного воздуха от кондиционера. Раньше Сюй Наньхэн не придавал особого значения таким ситуациям, когда летом кондиционер работал при открытой двери, ведь его семейное положение позволяло не задумываться о лишних расходах на электричество. Но после возвращения из Тибета его восприятие изменилось.
Воспоминаний об отключениях электричества за всю его жизнь с детства можно было пересчитать по пальцам, и те относились к раннему детству. Тогда, если в одном квартале одновременно работало слишком много кондиционеров, напряжение в сети проседало, и свет выключался. Он тогда сидел во дворе с дедом и обмахивался веером.
Но в Тибете он узнал, что есть места, где перебои с водой и электричество случаются регулярно, и что многие люди вынуждены считать каждую копейку.
Сюй Наньхэн пропустил учителя Чэна вперёд, затем вошёл сам и прикрыл за собой дверь. Дверь с громким «бум» захлопнулась. Учителя, неспешно беседовавшие в зале, дружно повернулись на звук.
Сюй Наньхэн невозмутимо встретил их взгляды и заметил учителя Таня, машущего ему из угла и жестом приглашающего занять место рядом.
— А я уже заколебался на эту распахнутую дверь смотреть, — учитель Дай, сидевший впереди, обернулся и тихо сказал. — Все здесь наставники, что учат детей беречь ресурсы, а сами готовы кондиционер на улицу вытащить, лишь бы покрасоваться.
Су Юй сидел рядом с Дай Цзимянь, и все четверо заняли четыре места в правом заднем углу зала. Учитель Су поддержал:
— Точно! Помнишь кабинет завуча Фу? И дверь, и окна настежь, кондиционер и увлажнитель работают. Говорит, для циркуляции воздуха, а то комнатные растения вянут. Думает, что его кабинет — это императорская читальня.
Сюй Наньхэн усмехнулся, затем взглянул на часы и спросил:
— Разве не в три тридцать начало?
— А когда завуч Фу вовремя приходил на собрания? — учитель Тань, подперев щёку, зевнул. — Смотри, только мы, младшие преподаватели пунктуальные.
Сюй Наньхэн кивнул, с этим трудно не согласиться.
Вскоре дверь в зал снова открылась, и внутрь с чашкой чая в руках вошёл нелюбимый Су Юй завуч Фу, за ним следовала группа учителей. Завуч окинул взглядом рассредоточенных по залу людей и с улыбкой произнёс:
— Что это вы так разбросались? Вам хорошо слышно?
Четверо переглянулись, затем, взяв свои вещи, бумажные блокноты и планшеты со стилусами, пересели в центр. Завуч Фу добавил:
— И дверь закрыли. Я уж растерялся, в тот ли зал зашёл.
Слова произносились с улыбкой, но все понимали, в чём дело. Открытая дверь обеспечивала обзор. Учителям нравилось видеть, чем заняты ученики внутри. А у начальства похожая психология, любят наблюдать, чем эти молодые занимаются в их отсутствие.
Тут один из учителей полушутя заметил:
— Это учитель Сюй, когда пришёл, закрыл. Наверное, чтобы электричество зря не тратить.
Ползала устремило взгляды на Сюй Наньхэна. Сегодня он выглядел особенно представительно. Вечером он идёт на праздничный ужин, и хотя мероприятие семейное, родители пригласили и некоторых близких друзей по бизнесу. Перед выходом мама вызвала на дом парикмахера, который уложил ему волосы, поправил брови, и даже, поскольку в Пекине слишком сухо, сделал ему маску для лица.
Он просто сидел на месте, вертя в пальцах ручку.
Когда взгляды обратились на него, он отложил ручку, слегка откинулся на спинку стула и невозмутимо произнёс:
— Да, расточительство — это позор. Разве вас в детстве не учили?
Он тоже говорил с улыбкой, опустив взгляд, словно говоря: «Если ты пошутил, то и я пошучу, не будем делать из этого проблему».
Учитель, получивший ответную колкость, выпрямился и замолчал.
Завуч Фу сухо рассмеялся и сказал:
— Ай-яй, учитель Сюй прав, нужно искоренять расточительство.
Тут другой учитель, сидевший рядом с одним весьма опытным преподавателем, вставил реплику, не слишком громко, но и не тихо:
— Эй, учитель Гуань, слышите, что говорит учитель Сюй? Если завтра в кабинете директора будут работать кондиционер при открытой двери, он, того гляди, всю школу выкупит.
Учитель Гуань бросил на него косой взгляд. Сюй Наньхэн услышал это, и не стал игнорировать. Так же, негромко, но внятно, он ответил:
— Ещё бы, учитель Лэй. Если я и правда её куплю, вы станете преподавателем частной старшей школы.
— Ой-ёй... — фальшиво усмехнулся учитель Лэй и снова посмотрел на учителя Гуаня в надежде, что тот его поддержит, но тот отвернулся, разглаживая складки на одежде.
Завуч Фу спереди пресёк дальнейшие пререкания:
— Ладно, ладно! Наш учитель Сюй только что вернулся из волонтёрской программы, видел условия в отдалённых горных районах, и они тронули его сердце. Не так ли, учитель Сюй?
Завуч был человеком обходительным и гибким. После повышения его преподавательская нагрузка уменьшилась, и он часто обедал и пил чай с руководством из управления образования. Изначально Сюй Наньхэн держался скромно, и никто не знал о его семейном положении, но позже случайно выяснилось, что он живёт в сыхэюане, и завуч Фу, естественно, навёл справки, после чего стал обращаться с ним почтительно.
Совещание оказалось до тошноты затянутым. Сюй Наньхэн хотел было почесать голову, но вспомнил про уложенный гелем волосы и ограничился пошкрябыванием затылка. Учитель Тань по соседству тихонько пододвинулся ближе и шёпотом спросил:
— После собрания пошли в забегаловку поесть шашлычков?
Сидевшая впереди Су Юй откинулась к ним:
— Ты посмотри, как учитель Сюй сегодня вырядился! Хочешь, чтобы он так шашлычки сидел ел? Сразу видно, у него свидание вслепую.
Тань Си осенило:
— Точно, я только сейчас заметил! Ты ж сегодня одет, как кинозвезда! Ты что, ещё и причёску делал?
Дай Цзимянь тоже откинулась назад:
— Учитель Сюй, когда выкупите школу? Я хочу работать четыре дня в неделю, отдыхать три.
Сюй Наньхэн: «...»
Он не знал, что сделать в первую очередь, отказать учителю Таню в его забегаловке или объяснить Су Юй, что это не свидание вслепую. Шутку про школу Сюй Наньхэн прокомментировал:
— Если я её куплю, заставлю всех работать по системе «007»*, чтобы сделать нашу школу самой крутой частной школой Пекина по проходному баллу.
«...»
*Семь рабочих, ноль выходных.
Трое уставились на него. Капиталист!
К тому времени, как собрание закончилось, наступило почти шесть. Он поспешил к машине, чтобы успеть в отель. Усевшись в салон, он отправил Фан Шию сообщение, спросив, во сколько тот сможет приехать.
На вечерний банкет по случаю годовщины семья велела ему привести с собой Фан Шию, чтобы познакомить его с роднёй в неформальной обстановке. Фан Шию, когда не на дежурстве, отвечает на сообщения быстро. Он написал, что приедет через пятнадцать-шестнадцать минут.
Выходило, что Фан Шию опередит его. Сюй Наньхэн завёл двигатель, одной рукой на руле выехал с парковочного места, а другой нажал кнопку голосового сообщения:
— Ясно. Если без пробок, буду через полчаса. Если с пробками, пусть оставят мне немного еды.
Застолье собрало несколько ветвей семьи и партнёров по бизнесу. То, что Фан Шию пригласили на такое мероприятие, говорило о серьёзном отношении семьи Сюй Наньхэна к их отношениям. Именно поэтому доктор Фан провёл весь день в лёгком напряжении. К нему приходили тётя по отцу и тётя по матери помогать советом: что надеть, какие подарки взять.
Учитель Гу с утра ушёл на работу и в этом не участвовал, хотя его присутствие мало бы что изменило.
Сюй Наньхэну повезло с дорогой, пробок не было, и он добрался за тридцать минут. Припарковавшись, он, неся пиджак на сгибе руки, поднялся на этаж. Семья арендовала весь 12-й этаж отеля, а это несколько залов и частных комнат. Он немного походил вокруг и нашёл главный стол.
На почётных местах расположились дед с бабушкой, виновник торжества сидел у бабушки на коленях. Рядом с бабушкой сидела свекровь его двоюродной сестры, две пожилые дамы непринуждённо беседовали. А рядом с дедом... рядом с дедом оказался Фан Шию.
Сюй Наньхэн едва не рассмеялся вслух, мысленно похвалив его: «Неплохо, парень, умудрился пробиться в самое сердце собрания». Он подошёл, сначала со всеми поздоровался, затем опустил взгляд на Фан Шию.
— Доктор Фан.
— А, учитель Сюй. — Фан Шию встал.
Когда он поднялся, самые наблюдательные среди родни заметили: пиджак, перекинутый через руку Сюй Наньхэна, и галстук Фан Шию были одного оттенка, с одинаковым узором, а значит, несомненно, из одного куска ткани.
Тётя Сюй Наньхэна с улыбкой заметила:
— Как удачно вы вдвоём подобрали одежду, а?
Фраза прозвучала нарочито небрежно.
Сюй Наньхэн прямо признал это, легонько поддернув кончик галстука Фан Шию, и сказал с улыбкой:
— Мы с ним врач и учитель, обычные работники. Негоже нам выбрасывать обрезки хорошей ткани.
Это вызвало весёлый смех у собравшихся.
В глазах у обоих вспыхнул блеск. Взгляд доктора Фана, устремлённый на Сюй Наньхэна в костюме и галстуке, на мгновение стал напряжённым, кадык дрогнул.
Доктор Фан сегодня тщательно готовился: челка уложена гелем назад, а две прядки спереди касаются бровей, чтобы смягчить взгляд. С открытым лицом стали видны его прекрасные и выразительные черты.
Одним словом, учитель Сюй довольно кивнул.
Увидев кивок, Фан Шию не понял:
— М-м?
— Неплохо, — спокойно и искренне глядя ему в глаза, подытожил Сюй Наньхэн. — Сегодня вечером доставь себя в мой Зал Духовного Совершенствования. *
*Так называли личные покои императора.
Фан Шию: «...»
Ещё до того, как Фан Шию пришёл на ужин, семья Сюй Наньхэна предупредила его ничего не брать, мол, празднуем годовщину ребёнка, приходи просто пообщаться. Несмотря на это, разве мог Фан Шию заявиться с пустыми руками? Он принёс морские огурцы для старшего поколения, подарил ребёнку красный конверт с деньгами и подготовил презенты родителям Сюй Наньхэна.
Вечером они вдвоём снова оказались в том самом отеле за пятнадцать тысяч за ночь.
Сюй Наньхэну действительно там нравилось. В прошлый раз он выбрал его, потому что другие отели были забронированы, но те три дня проживания его вполне устроили.
На этот раз счёт оплатил Фан Шию. Когда Сюй Наньхэн попытался его остановить, тот сказал: «Ты же велел мне доставить себя в покои, разве я могу позволить тебе платить?»
Сюй Наньхэн не знал точного размера его месячной зарплаты. Когда он вышел из душа, Фан Шию сидел за письменным столом, на экране ноутбука светились какие-то снимки и отчёты.
Сюй Наньхэн подошёл, прислонился к столу и, глядя на него, спросил:
— Мы случайно не потратили всю твою месячную зарплату за одну ночь?
Фан Шию усмехнулся:
— До этого не дошло. — Потом он поднял голову: — А если бы дошло?
— Тогда бы я тебя содержал, — Сюй Наньхэн ущипнул его за подбородок.
Фан Шию покачал головой:
— Вообще-то у моей семьи всё неплохо, учитель Гу довольно много зарабатывает.
Закончив с делами, Фан Шию принял в душ, и они страстно занялись любовью, тесно переплетаясь телами. Оба сегодня так старались выглядеть хорошо, что в тот момент, когда их взгляды встретились ещё на семейном собрании, уже с трудом сдерживали возбуждение.
Они становились всё совместимее, и их интимная близость доставляла всё больше наслаждения. Этот обычно благопристойный доктор в постели разнузданно расхваливал обильные соки учителя.
На следующее утро Сюй Наньхэну снова пришлось отправиться на собрание, но не в школе, а в управлении образования. Рубашка его измялась и стала непригодной для носки, поэтому он заказал через приложение доставки простую белую футболку и в спешке покинул отель.
Оба уходили второпях, потому что немного проспали.
Наспех чмокнув друг друга у выхода из отеля, они побежали в разные стороны к станциям метро.
Утром у Фан Шию тоже было совещание в кампусе Хайдянь. Перед тем как лечь спать, он записал в блокнот некоторые детали предстоящей операции.
Оказавшись в конференц-зале управления образования, учитель Сюй достал из кармана синюю ручку с названием одной пекинской больницы на корпусе и осознал, что где-то в Хайдяне несчастный врач на совещании сейчас, вероятно, достаёт из кармана стилус от планшета.
http://bllate.org/book/12537/1329016
