Сюй Наньхэн толкнул стеклянную дверь отделения скорой помощи и, пройдя несколько шагов, увидел Фан Шию, стоящего рядом с его машиной.
На машине не было таблички с телефоном для связи, Фан Шию узнал её по номерному знаку, хотя в таком маленьком уезде мерседесы за три с лишним ляма не то чтобы часто встречаются.
— Доктор Фан, — подошёл Сюй Наньхэн, — прости.
Фан Шию сделал несколько шагов навстречу, на его губах играла лёгкая улыбка. Вообще-то, когда он только увидел эту машину, то встревожился, подумал, не случилось ли что-то с Сюй Наньхэном, раз он приехал аж в уездную больницу. Но потом сообразил: если сам смог доехать, значит всё в порядке, и только тогда позвонил.
— Ничего, просто здесь проезд для скорой помощи.
Сюй Наньхэн ускорил шаг и распахнул дверь машины.
— А! Вообще-то ты мог бы и сам перепарковать, ключи в замке.
Сюй Наньхэн припарковался на свободном месте во дворе больницы. Фан Шию, засунув руки в карманы халата, стоял перед парковкой и смотрел, как тот сдаёт назад.
Подойдя ближе, Фан Шию наконец спросил:
—Ты как оказался в приёмном покое? Ничего не беспокоит?
Сюй Наньхэн выглядел бодрым и полным сил, в стильном чëрном худи и джинсах, да ещё и кепке, невольно приковывавшей внимание к нижней части его лица:
Чёткая линия подбородка, губы с выразительным, но мягким контуром, кадык отбрасывал острую треугольную тень на красивой шее.
— Нет, не я, — Сюй Наньхэн тоже спрятал руки в карманы, после захода солнца температура заметно упала, стало прохладно. — Отец учителя Давы днём поскользнулся на дороге у дома. Я как раз гулял по деревне, вот и быстро привёз его.
Услышав это, Фан Шию сразу вспомнил:
—А, старик недавно сломал ногу, когда пас скот. Уже отвезли внутрь?
— Ага, закатили.
Фан Шию был кардиохирургом, а отцу Дава Цзянцо нужно в ортопедию. Фан Шию заглянул в приёмное отделение и сказал:
—О, хорошо. А ты? Уже стемнело, есть куда пойти?
— Поеду обратно, — ответил Сюй Наньхэн. — Я ещё не проверил домашние задания.
Как раз подул ветер, свободное худи Сюй Наньхэна прилипло к телу, обрисовывая стройную линию талии. Фан Шию мельком взглянул, быстро отвел взгляд и прокашлялся.
— А ты закончил с делами? Может, вместе поужинаем? Я с самого утра ещё ничего не ел.
Услышав это, Фан Шию на секунду замер, затем спросил:
—Целый день на пустой желудок?
— Ага, — кивнул Сюй Наньхэн. — Боялся ехать слишком быстро, чтобы не трясло старика. Я уже с ума сходить от голода начинаю.
Фан Шию улыбнулся:
—Ладно, я зайду переоденусь. Ты... пойдём вместе, заходи.
Сюй Наньхэн не стал отказываться и шагнул следом.
Они вошли через круглосуточный вход. В холле на стуле сидел пациент с закрытыми глазами, дверь в кабинет УЗИ была приоткрыта, кто-то заглянул внутрь, а потом медсестра с шумом захлопнула её.
Фан Шию шёл впереди, свернул за угол коридора, поднялся на второй этаж. Сюй Наньхэн думал, что они идут в кабинет, но когда дверь открылась, внутри оказалась комната отдыха для врачей. Комната была довольно маленькой: двухъярусная кровать, стул и простой письменный стол без ящиков.
Несколько курток Фан Шию висели на торце верхней кровати у ограждения. Сюй Наньхэн поднял взгляд: верхний ярус завален вещами, так что, вероятно, этой комнатой отдыха пользовался только доктор Фан.
Фан Шию взял одноразовый бумажный стаканчик, налил ему горячей воды из стоящего на полу электрического чайника:
—Присядь, попей пока. Я заскочу на минутку в процедурную, и можно будет идти.
— Ага, — Сюй Наньхэн взял стаканчик и сел.
В комнате отдыха было навалено много вещей, на полу стоял большой непромокаемый рюкзак, на столе лежал сложенный ноутбук. Сюй Наньхэн сидел на стуле, сбоку от кровати Фан Шию.
На ней он увидел кое-что... знакомое. Одеяло с Дораэмоном. Сюй Наньхэн подумал, что этот доктор довольно милый. Оказывается, это его личное одеяло, и он возит его с собой.
Посидев немного, он понял, что всё ещё в кепке, снял её и посмотрел на свои волосы через фронтальную камеру.
— Тьфу.
Учитель Сюй тяжко вздохнул. Волосы под кепкой безобразнейшим образом примялись и стали выглядеть... непрезентабельно. Он снова натянул кепку.
Вскоре дверь комнаты отдыха открылась снаружи, Фан Шию постучал дважды, прежде чем войти.
— Я тебя не задерживаю? — Сюй Наньхэн поставил стакан и встал.
— Нет, — Фан Шию снимал халат. — Сегодня у меня ночное дежурство в приёмном покое, нужно вернуться к восьми.
— Нелёгкое дело.
— Все так живут, — Фан Шию взял тёмно-синюю куртку. — Пошли, поведу тебя в одно место поесть мяска.
Глаза Сюй Наньхэна загорелись:
—Отлично!
Хотя уезд и маленький, в больнице всё равно многолюдно. Когда они шли от ночного отделения к главному входу, мимо с мигалками проехала машина скорой помощи. Сюй Наньхэн шёл рядом с Фан Шию, от холодного ветра он вжал голову в плечи.
Фан Шию взглянул на него:
—Вечером всё-таки прохладно.
— Ага, — кивнул Сюй Наньхэн. — Перепад температур чувствительный. Эй, а на машине не поедем?
Фан Шию покачал головой:
— Тут рядом, всего две улицы.
— Здорово, — восхитился Сюй Наньхэн. — В Пекине всё слишком далеко. Дорога из деревни в уезд для Пекина — всё равно что из Дасина в Хайдянь.
Вечерний уезд смотрелся очень уютно. Из телевизора в маленьком магазинчике доносился голос диктора прогноза погоды. Чуть дальше из закрытой лавки с закусками было слышно, как за занавеской внутри семья распевает сутры.
Сюй Наньхэн поднял голову, чтобы посмотреть на звезды. Козырёк кепки немного мешал обзору, и он его приподнял.
— Сними кепку.
— Не сниму, причёска слишком растрёпанная, не для чужих глаз.
Фан Шию фыркнул. Пройдя светофор, они оказались на явно более оживлённой улице. Слышалось шкворчание еды, жарящейся в воках, и крики продавцов из шашлычных. Фан Шию привел его в одно заведение.
Едва переступив порог, Сюй Наньхэн непроизвольно сглотнул:
—Вау, как пахнет!
В отличие от тех гриль-ресторанов, где он бывал раньше, здесь пахло не специями, а чистым ароматом жарящегося мяса.
Официант провёл их к свободному столику. Сюй Наньхэн смотрел на другие столы: там баранина висела над углями, и блестящие капли жира падали в огонь с лёгким шипением. От горящего жира тут же разносился аромат. При высокой температуре шкурка баранины мгновенно поджаривалась до хрустящей корочки.
Он очнулся лишь тогда, когда Фан Шию, заметив, что тот отстал, вернулся, взял его за руку и потащил за собой. Он понял, что невежливо так пялиться на чужой стол.
— Такой голодный? — спросил Фан Шию, когда они сели.
— Просто слишком аппетитно выглядит. Это из-за породы овец? Мне кажется, местная баранина пахнет как-то уж слишком соблазнительно.
Фан Шию усмехнулся, налил ему воды, затем подошёл официант, чтобы принять заказ. Фан Шию уже хотел подвинуть меню к нему, но Сюй Наньхэн поднял руку, останавливая:
—Заказывай ты. Я не привередливый, ни аллергии, ни особой диеты нет.
Фан Шию согласился, заказал баранью ногу на три с половиной цзиня, овощи, чайник сладкого чая и две порции плова. Сюй Наньхэн уже просто хотел поскорее поесть, он и вправду проголодался. До этого было ещё терпимо, но сейчас, в этом ресторане, пропитанном аппетитными запахами, он чувствовал голод ещё острее.
— А ты надолго сюда приехал преподавать? — первым завёл разговор Фан Шию.
— На год, — ответил Сюй Наньхэн. — Буду вести выпускной класс. Это крупномасштабная программа нашего пекинского объединения школ по государственной поддержке образования в бедных регионах.
Фан Шию слушал и кивал:
—Раньше в Тибет по обмену приезжали чаще студенты.
— Да, их много, но вообще, учителя по обмену среди работающих специалистов приезжают каждый год, ты наверно просто раньше не сталкивался.
Официант сначала принёс сладкий чай в серебряном чайнике. Сюй Наньхэн хотел налить себе сам, но Фан Шию опередил его, взяв его чашку.
— Ах, спасибо, доктор Фан. — Сюй Наньхэн с улыбкой взял чашку и сделал маленький глоток. Сладкий чай был похож на чистый молочный чай без добавок, как в чайных, но на вкус более мягкий, с насыщенным молочным ароматом.
—А ты надолго приехал с медицинской помощью в Тибет?
Фан Шию поставил чашку:
—Два года, первый год скоро закончится.
— Вот совпадение, тебе тоже остался год.
— Ага, но это не то же самое, что твоя программа обмена. У тебя, когда время выйдет, дети уже выпустятся, а мои пациенты не обязательно выздоровеют к определённому сроку, тогда нужно будет смотреть по обстоятельствам.
Сюй Наньхэн согласился:
—Действительно.
— Эй, — Сюй Наньхэн вспомнил, — а как вы попадаете в программу медицинской помощи Тибету? По желанию или как?
— Это... считается добровольным, — Фан Шию прикусил губу. — В каждой больнице свои правила. У нас медицинский отряд помощи Тибету, а мой наставник — руководитель отряда. В этой поездке, кроме нашего отделения, также приехали специалисты по хирургии желчного пузыря, неотложной помощи и анестезиологии, и группа медсестёр. Больница объявила план помощи Тибету, составила списки, желающие подали заявки, потом прошли медосмотр, общее обучение, и в конце — аттестацию.
— По сути, похоже на нас, — Сюй Наньхэн сделал ещё глоток. — Ты кардиоторакальный хирург?
— Ага.
— И перелом отца учителя Давы ты тоже смотрел?
Фан Шию рассмеялся:
—Здесь уже не до специализации, разные случаи встречаются. Однажды на выезде в деревню я осматривал ребëнка и одновременно советовался с педиатром из пекинской больницы по видеосвязи.
Сюй Наньхэн рассмеялся:
—Выходит, тот педиатр тоже оказывал помощь Тибету.
Фан Шию тоже засмеялся:
— Ну да, логично.
Фан Шию добавил:
—Но ничего не поделаешь. В деревнях Южного Тибета почти вся молодёжь уезжает на заработки, дома остаются старики и дети, у многих нет даже базовых медицинских знаний. К тому же, в их деревнях есть тибетские лекари, а народная медицина довольно... э-э...
Фан Шию подбирал подходящие слова.
Сюй Наньхэн сказал:
—То есть, занимаются врачебной практикой без лицензии.
— Да. Нельзя, конечно, всех грести под одну гребёнку, некоторые травы действительно обладают лечебным эффектом, но в большинстве случаев клинические проявления всё же требуют осмотра врачом.
— Ага, — кивнул Сюй Наньхэн, затем вдруг что-то вспомнил, облокотился на стол и с ухмылкой спросил: — Эй, а после этой поездки тебя повысят?
От такого вопроса Фан Шию снова вспомнил намёки заведующего в начале года. Опыт помощи Тибету действительно полезен для продвижения, но Фан Шию в некоторых вещах бывает непоколебим: он просто хочет быть обычным врачом в больнице, оперировать, вести приёмы. Больница — это всё же рабочее место, а на работе нужны связи и обходные пути, а Фан Шию это не нравится.
Будет у него звание лечащего врача или заместителя заведующего отделением, ему, по сути, безразлично. Конечно, повышение вещь хорошая, но Фан Шию считал, что он уже достиг своей самой первоначальной, самой искренней цели, ради которой шёл в медицину, и этого достаточно.
Он человек, ориентированный на личное развитие. Мир Фан Шию заключается в том, чтобы взяться за дело и выполнить его полностью и качественно.
— Это влияет на оценку для повышения, — ответил Фан Шию и спросил: — А у тебя, учитель Сюй?
— Осторожно, горячо! — официант принёс их запечённую баранью ногу весом в три с половиной цзиня*. — Отодвиньтесь, осторожнее!
*Одинь цзинь ~ полкило.
Аромат тибетской баранины и вправду ни с чем не сравнится. Внимание Сюй Наньхэна полностью переключилось, он уставился на баранью ногу. Официант принёс овощи и, наконец, поставил перед ними две тарелки с сухой приправой для мяса.
— Учитель Сюй не хочет повышения, учитель Сюй хочет этот кусок мяса, — Сюй Наньхэн взял палочки. — Доктор Фан, прости, я правда умираю от голода.
Фан Шию перестал чесать языком и схватил палочки:
—Давай ешь, ешь больше, чтобы зря не осталось.
— Этого не случится, — заверил Сюй Наньхэн.
Даже будучи зверски голодным, Сюй Наньхэн сохранял хорошие манеры за столом, сказывалось воспитание. Съев несколько крупных кусков, он не уставал нахваливать, то и дело восклицая: «Как вкусно!» и «За всю жизнь вкуснее не пробовал!», что даже проходившие официанты улыбались.
За ужин хотел расплатиться Сюй Наньхэн, но не успел — пока он искал, где приклеен QR-код, Фан Шию уже отсканировал его. Просто на кассе сидел ребёнок, делающий уроки, а QR-код оказался наклеен на ковёр с таким сложным этническим орнаментом, что Сюй Наньхэн его просто не заметил.
— В следующий раз плачу я, — сказал он на выходе.
— Ладно, — Фан Шию не стал спорить.
На улице уже полностью стемнело. Сюй Наньхэн достал пачку сигарет, вытряхнул одну и протянул ему. Фан Шию взял сигарету, а взамен протянул зажигалку.
Увидев зажигалку, Сюй Наньхэн усмехнулся: именно сигарета и зажигалка стали поводом для их знакомства. У него теперь в кармане лежала своя, но он всё же взял предложенную.
Он прикрыл огонь рукой, зажёг сигарету и вернул зажигалку Фан Шию.
— Останься сегодня у меня, — Фан Шию затянулся, вынул сигарету изо рта и посмотрел на него. — Уже темно, ехать по горной дороге опасно.
В этот момент Сюй Наньхэн в худи и бейсболке, покусывая фильтр, смотрел на него, словно развязный студент. Из-за козырька кепки Фан Шию не видел его глаз.
— Вообще-то, я неплохо вожу, — сказал Сюй Наньхэн, его глаза скрывались в тени козырька, а на лице играла беззаботная улыбка.
Фан Шию выпалил не думая:
— Просто я беспокоюсь за тебя.
http://bllate.org/book/12537/1116394
