В это время взгляды всех были прикованы к жетону, который держал маленький осьминог.
Юань Е задумчиво нахмурил брови.
Лидер шестой группы Лян Кунь был относительно спокоен, но Хэ Ли, внимательно наблюдавший за Юань Е, резко изменился в лице.
Он уставился на жетон, который высоко над собой держал маленький осьминог, и улыбка с его лица в какой-то момент исчезла.
Когда маленький осьминог уже собирался подбежать к молодому человеку, Хэ Ли внезапно сделал шаг вперед.
— Господин Юань Е, это ваш питомец? — Его движения были слишком резкими и быстрыми, и он чуть не наступил на маленького осьминога.
Точнее говоря, это не он чуть не наступил, а скорее Е Юньфань избежал опасности, заметив тень над собой и ловко увернулся из-под ноги.
Вжух
Е Юньфань услышал знакомый звук извлечения меча из ножен. Но ещё раньше он услышал глухой звук от удара кулаком по телу.
Ху Чанчуань повалил Хэ Ли на землю одним ударом.
— Кха!
Мужчина закашлялся кровью и долго не мог встать. Ху Чанчуань довольно жестоко, совершенно не похоже на вежливого и восторженного доброго старика, которым он выглядел прежде, спросил:
— Хэ Ли! Что с твоими глазами?
Ху Чанчуань покосился на наполовину вытащенный меч, чувствуя, как холодный пот заливает спину:
— Ты чуть не наступил на маленькую медузу глав... господина Юань Е, ты знаешь?!
Джон не понял, что произошло. С его лица уже начали сходить светло-красные отпечатки от пальцев Ху Чанчуая.
Горло Чэнь Синьюэ слегка дрогнуло, и она тихо отступила на полшага, её взгляд осторожно и задумчиво упал на длинный меч.
Сильная интуиция подсказывала ей, что, если бы Ху Чанчуань не предпринял меры, это лезвие уже обагрилось бы кровью.
Юань Е не смотрел на избитого Хэ Ли, а спокойно наблюдал за розовой медузой, стоящей на полу. Она всё ещё крепко держала жетон и стояла на месте, по-видимому, испуганная.
Но Е Юньфань был не напуган, а удивлён и озадачен.
Произошедший кризис прояснил его голову.
Е Юньфаня потрясла не только собственная импульсивность, но и безрассудные действия, которые основывались лишь на простой догадке.
Очевидно, когда он впервые встретил Юань Е, он предпочёл отказаться от вкусной еды и спрятаться, выбрав более безопасный путь с меньшей прибылью и меньшими рисками.
И сейчас он мог бы использовать более скрытый способ намекнуть, вместо того чтобы действовать так открыто перед всеми. Но почему он повёл себя так безрассудно, точно так же как... точно так же, как сбитые с толку, невежественные маленькие щупальца, ведомые исключительно инстинктами?
Е Юньфань остро почувствовал, что что-то не так, и подсознательно начал вспоминать свою прошлую жизнь.
Но неожиданно обнаружил, что даже самые яркие его воспоминания начали становиться расплывчатыми. Казалось, что он... уже не помнил лица младших братьев и сестер, оставшихся дома.
Это открытие встревожило и напугало Е Юньфаня. Но в этот момент в поле его зрения появилась знакомая рука. Черная кожаная перчатка плотно облегала кисть, обрисовывая длинные, красивые пальцы.
Маленький осьминог поднял голову и встретил знакомую пару глаз разного цвета.
Это Юань Е протянул ему руку.
— ...
Маленький осьминог на мгновение замешкался, затем аккуратно вытянул свои маленькие щупальца, чтобы зацепиться за кончики пальцев молодого человека, а затем поднялся вверх, но на этот раз не на холодный и твердый наруч или железный наплечник, а устроился на мягкой ладони молодого человека.
— Так?
Е Юньфань колебался. Его разум сейчас был яснее, чем когда-либо прежде, и он остро чувствовал обжигающие взгляды, направленные на него.
Особенно Хэ Ли.
Итак, в конце концов, маленький осьминог кивнул в подтверждение вопроса Юань Е. Но затем Е Юньфань вытянул щупальца и поместил жетон на железную пластинку наруча, как будто хотел приделать его к ней.
Юань Е наблюдал за его движениями и несколько секунд молчал. Внезапно он взял холодную металлическую надпись из маленького щупальца и серьезно объяснил:
— Они разные и не подходят друг другу.
Как только он закончил говорить, глаза Юань Е внезапно сузились.
Они разные...
Он неосознанно начал вспоминать кучу идентификационных жетонов, которые видел раньше, и, казалось, внезапно наткнулся на какой-то упущенный прежде ключевой момент.
Хэ Ли всё ещё лежал на полу, не обращая на эти слова внимания. Он подумал, что «маленькой медузе» действительно нравятся металлические вещи. Он сразу понял, что зря облажался.
Бессмысленно и глупо.
Лицо Хэ Ли побледнело, но ему все же удалось встать:
— Мне правда... мне очень жаль, я был невнимателен...
Мужчина растянул свои кровоточащие губы в неприглядную улыбку:
— У вашего питомца действительно странная тяга... к металлическим вещам.
— ...
Юань Е вертел жетон в руке, игнорируя Хэ Ли. Вместо этого он бросил взгляд в сторону, на лидера группы.
— Мне кажется, или те жетоны, что мы видели, когда шли к вам, были немного другими?
Чэнь Синьюэ вопросительно посмотрел на него.
Лидер группы Лян Кунь внезапно улыбнулся и махнул рукой, жестом приглашая Хэ Ли отойти в сторону.
— Могу ли я спросить, господин Юань Е, в чем вы чувствуете разницу?
— Идентификационный номер. — Юань Е небрежно бросил жетон обратно Чэнь Синьюэ. — Некоторые жетоны слишком старые. Эти люди должны были уже давно быть на пенсии. И там, кажется, было несколько отметок об инвалидности?
Именно отличия между ними подтвердил Е Юньфань после получения идентификационного жетона Чэнь Синьюэ. Однако он не знал, в чем конкретная разница между ними, поэтому теперь он мог только смотреть, что сделает Юань Е с этой информацией.
Лян Кунь ответил не сразу.
Вместо этого он бросил взгляд на Хэ Ли, который молча стиснул зубы, терпя боль. Он тоже не ожидал, что они встретят солдата, который доложил о сборе жетонов.
Выражение лица Лян Куня оставалось очень спокойным:
— Это была срочная миссия. Я подумал, что чем больше людей, тем лучше, поэтому позвал нескольких опытных ветеранов. Хотя они уволились из армии и уже не так сильны, как прежде, но обстоятельства подталкивали нас к привлечению их в качестве исключения.
Это объяснение звучало очень логично.
В этот момент Чэнь Синьюэ поняла. Другими словами, большинство погибших солдат-разведчиков были ветеранами или солдатами-инвалидами?
— Но это абсолютно не соответствует регламенту! — Воскликнула она.
Хотя те, кто жертвует собой, выполняя официальные миссии, все равно могут получить причитающуюся компенсацию, на миссию такого уровня ни в коем случае не будут мобилизовывать отставных солдат, особенно при наличии достаточного количества людей.
Другими словами, Лян Кунь, скорее всего, намеренно послал этих солдат на смерть, чтобы получить высокую награду за смерть!
Мошенничество с выплатой посмертного пособия довольно распространено в разведкорпусе, и существует много высокопоставленных чиновников, которые намеренно скрывают и удерживают выплату посмертного пособия. Такие вещи обычно молчаливо понимаются всеми. Высшие чины забирают большую долю, а низшим чинам достаются крошки со стола. Просто чрезвычайные операции высокой сложности, такие как нападение королевской особи, встречаются нечасто, поэтому Чэнь Синьюэ не сразу об этом подумала. Её взгляд внезапно стал острым, и она продолжила тему.
— Сколько человек было в этой команде?!
— Точный отчет о потерях, скорее всего, будет опубликован завтра. Тогда капитан Чэнь сможет внимательно его изучить.
Голос Лян Куня оставался неторопливым и спокойным. Хотя его тело было тяжело ранено и слабо, его сила и власть не уменьшалась:
— Вы можете перестать смотреть на меня так. Хотя это немаленькая сумма, но это деньги мертвецов. Лао-цзы не возьмет из них ни копейки. Капитан Чэнь, если вы мне не верите, вы можете проконтролировать это.
Пока они обменивались репликами, маленький осьминог лежал на ладони Юань Е, тщательно обдумывая все тонкости ситуации. Учитывая собранные на данный момент улики и попытки Хэ Ли защитить Барда, двое людей перед ними определенно знают о деяниях Барда, потому что с самого начала и до сих пор они покрывали его. Однако, похоже, силы, которой обладает Лян Кунь, недостаточно, чтобы мобилизовать одаренного человека.
Нет, мобилизовать игрока.
Итак, Лян Кунь не похож на закулисного манипулятора, но что, если Лян Кунь — соратник игрока или даже просто шахматная фигура в руках определенного игрока?
Е Юньфань серьёзно задумался над этой возможностью.
В конце концов, он сам игрок, а игроков в этом мире может быть много.
Но предположения — это всего лишь предположения.
Сейчас единственным подтвержденным злодеянием Лян Куня является незаконная вербовка отставных разведчиков и солдат-инвалидов с целью мошеннического получения посмертных пособий.
Однако одного этого, по-видимому, недостаточно, чтобы обвинить его в содействии вторжению королевской особи...
[Так кружится голова, так кружится голова]
[Голова, голова кружится. Не понимаю, ничего не понимаю.]
Мысли Е Юньфаня вызвали у маленьких щупалец головокружение.
Они вяло лепетали и стонали, выражая недовольство, но Е Юньфань не обращал на них внимания. Он продолжал развивать свою мысль: если бы нападение королевской особи на станцию снабжения было спровоцировано, какую выгоду от этого мог бы получить игрок?
Не похоже, что это принесет большую пользу.
Поставив себя на место игрока, даже если он сам в данный момент не человек, для него нет никакой выгоды в том, чтобы монстры убивали людей.
Так зачем же игроку Чжан Наню и людям, стоящим за ним, нужно было тело королевской особи?
Съесть его?
Но Чжан Нань тогда сказал, что, если они не смогут забрать тело Ван Чжуна, все на станции снабжения погибнут. Так что очевидно, что труп нужно было забрать, чтобы что-то скрыть.
Что-то, сокрытое в самом трупе.
Это аномально высокий интеллект или аномально раннее вылупление?
Мысли Е Юньфаня зашли в тупик.
В это время Ху Чанчуань стоял в стороне и смотрел, тихо вздыхая. Однако, прежде чем он успел закончить вздох, его внезапно назвали по имени.
— Ху Чанчуань.
Юань Е внезапно посмотрел на него:
— Что ты думаешь?
Лян Кунь тоже посмотрел на него с полуулыбкой:
— Да, господин Ху, я тоже хочу услышать ваше мнение. В конце концов, мы дружим уже три года, и вы должны знать меня очень хорошо.
http://bllate.org/book/12535/1116351
