Чаепитие бродячего кота
Ренсли, как обычно после тренировки, заглянул на кухню в поисках перекуса и застыл на пороге. Вместо привычной суеты поваров, хлопотавших у плит, перед ним разворачивалась странная картина: слуги повсюду расставляли какие-то приспособления: ловушки, сети и мелкие железные решётки.
— Что происходит? – огляделся он. – Крысы завелись? Я думал, на севере слишком холодно для них.
— Не крысы, – ответил один из работников. – Скорее всего, бродячий кот или пёс.
— Или вор, – мрачно добавил другой.
Тем временем юноша выудил из корзины румяное яблоко, вытер рукавом и откусил сочный ломтик. Кислота плода тут же заставила его поморщиться. Определённо, этот фрукт был бы куда вкуснее, запечённый с сахаром. В голове мелькнула мысль о Гизелле, и сердце сжалось от лёгкого укора: он до сих пор так и не приготовил для герцога ничего сладкого. Может, стащить пару яблок и испечь пирог?
Но размышления прервал резкий, громкий, словно на кухне кто-то опрокинул котёл, голос Рэйны:
— Еда продолжает исчезать! Постоянные пропажи провианта на королевской кухне? Это неприемлемо! Сначала я думала, что мне кажется, но нет – здесь определённо орудует вор, будь то зверь или человек. И когда я его поймаю, переломаю каждую косточку в жалком тельце!
Ренсли замер с яблоком у рта. Чувство вины сдавило горло, будто петля. Ему казалось, что он берёт совсем немного, но, видимо, пропажи всё же заметили. А Рейна не из тех, кто бросает слова на ветер. На мгновение юноше даже показалось, что самый страшный человек в Ольдранте – это вовсе не великий герцог и не командор рыцарей, а главный повар.
Тиа, словно почувствовав его тревогу, подошла ближе и шепнула ободряюще:
— Не переживай. Вряд ли пропало что-то серьёзное. Наверно, просто забрёл чей-то кот. Кстати, ты голоден? У меня есть варёные яйца и жареные овощи.
— Спасибо, Тиа. Ты лучшая. Что бы я без тебя делал?
Девушка всегда относилась к нему с добротой, а её простая еда, в отличие от изысканных, но пресных блюд дворцовой кухни, была приправлена так, что хотелось просить добавки. Порой Ренсли задумывался: может, Гизеллю было бы лучше питаться такой едой? Каждая трапеза герцога столь безвкусна, что нельзя было понять, комедия это или трагедия.
Они с Тией поставили тарелки на прочный деревянный ящик и, налив друг другу по бокалу дешёвого вина, устроились, наслаждаясь этим скромным угощением.
— Как жизнь в Ордене? – спросила Тиа. – Говорят, ты в последнее время реже бываешь в таверне. И это правильно: быть завсегдатаем питейных заведений – это плохая привычка.
— Я только осваиваюсь, – ответил Ренсли. – Это не просто какой-то орден, это рыцари, которые служат непосредственно Его Светлости. Пусть я пока лишь оруженосец, но обязан относиться к этому серьёзно.
— Тогда… Ты видел Её Светлость?
Ренсли проглотил кусок и покачал головой.
— Ни разу с тех пор как вступил в орден.
— Говорят, она невероятно прекрасна. Я надеялась хотя бы мельком увидеть мадам без вуали, но с момента свадьбы никто её не замечал. Это тревожно, особенно с учётом всех слухов…
— Ты о том, что у господ не ладятся отношения?
— Ты тоже слышал? Эти разговоры ходят давно. Но теперь появились новые.
Брови Ренсли слегка сдвинулись: для него сказанное было в новинку.
Тиа, кажется, уловила выражение лица Ренсли и продолжила, не дожидаясь от него вопроса:
— Ты же помнишь, как в замке шептались о том, что они даже не делят ложе?
— Помню.
— Ну, похоже, между великим герцогом и герцогиней наступило потепление. Горничные говорят, что в последние недели Его Светлость всё чаще покидает её покои по утрам.
Ренсли кивнул. Слух был очень, очень точным. Даже сегодня утром великий герцог поднялся именно с его постели.
Дни, когда он самонадеянно предлагал обучить герцога искусству близости, казались теперь далёким прошлым. Теперь уже Ренсли регулярно оказывался не на высоте в спальне.
Слухи, похоже, улеглись, но новые вызвали беспокойство.
— Так что за новые разговоры? Раз в их отношениях всё наладилось, о чём ещё переживать? – Он лично убедился – и не раз – что герцог более чем способен к супружеским обязанностям. Со временем, после его удачного повторного брака, будущее Ольдранта будет обеспечено. – Если в спальне всё в порядке, то скоро появится наследник, и тогда все тревоги отпадут, – сказал он, отхлебнув вина.
Тиа покачала головой.
— Дело не в этом. Говорят, у Его Светлости, помимо герцогини, есть ещё одна любовница!
Ренсли едва не поперхнулся.
— Раньше, до брака, Его Высочество вообще не интересовался женщинами и светскими утехами, – нахмурившись, продолжила Тиа. – Поэтому, когда пошли первые слухи, что он избегает ложа герцогини, я подумала: «Ну, это на него похоже». Но теперь любовница? Знаю, у дворян такое в порядке вещей, но я считала, что Его Светлость другой. Особенно после женитьбы на такой красавице, как Её Светлость… Надеюсь, это просто пустые перешёптывания.
— К-кто эта любовница? – выдавил Ренсли.
— Пока никто не знает. Но некоторые утверждают, что происходит что-то подозрительное. Странные звуки раздаются не только лишь в покоях Его Светлости, но даже и в подземелье, и кабинете. И никто не видел, чтобы герцогиня входила или выходила оттуда в это время.
— Это больше похоже на сказку о привидениях, чем на скандал, – пошутил Ренсли, стараясь взять себя в руки.
— Я всё ещё хочу верить в Его Светлость. Он не похож на такого человека. Правда же?
— Конечно, нет! – Ренсли энергично кивнул, – Хоть я всего лишь оруженосец и редко бываю рядом с ним, но могу сказать – он не такой. А ведь я один из тех, кто сопровождал Её Светлость из Корнии! Да и она выглядела вполне счастливой.
— Но ты же сам сказал, что не видел её с тех пор, как вступил в орден, – заметила она.
— Ну, это слух, – уклончиво улыбнулся юноша и поднялся, собираясь уйти.
Тиа с тех самых пор, как впервые увидела прекрасную герцогиню, питала к ней романтическое сочувствие, и сейчас оно никуда не исчезло.
— Ты что, тайно переписываешься с Её Светлостью? Имею в виду… Во всём Рудкене, да что там, во всём Ольдранте, кроме тебя и герцогини нет никого из Корнии. Она, наверное, так одинока… Ох, если бы я служила не на кухне, а горничной! Я бы сделала всё, чтобы скрасить её одиночество…
Желая сменить тему, Ренсли подбросил в воздух яблоко и небрежно заметил:
— Потрясающие яблоки. Никогда не видел зимой таких свежих.
— Это всё благодаря Его Светлости. С его умением распределения магии выращивать и хранить урожай стало куда проще. А несколько лет назад дела были плохи не только из-за демонов, но и из-за нехватки еды. Сейчас, глядя на столы, и не веришь, что это тот же Ольдрант.
— Неужели было настолько тяжело? Почему раньше не использовали магию для других целей?
— До того как Его Светлость взошёл на престол, всей магии едва хватало, чтобы сдерживать демонов. Прежний герцог даже не владел заклинанием призыва. Ты здесь недавно, поэтому тебе сложно представить, но жизнь стала намного лучше при нынешнем герцоге, который, к тому же, одарённый маг.
Служанка вздохнула, словно устав от собственных размышлений.
— Ладно, хватит мне фантазировать. Есть у Его Высочества любовница или же нет – какое это имеет значение для таких, как мы, если жизнь остаётся спокойной? В любом случае, пора возвращаться к работе, а то Рэйна сделает выговор за болтовню.
“Вот если бы и на столе у Его Высочества было такое же изобилие…”
— Рэйна! Можно я возьму пару яблок?
Рэйна бросила на него сердитый взгляд.
— Вот он, воришка!
Юноша ловко юркнул за спину женщины и с лёгкой улыбкой начал разминать её напряжённые плечи.
— Я потом вернусь и помою посуду, ладно?
Строгий взгляд главного повара смягчился.
— Иди уже и возьми! Рыцарь, а посуду моет. Что за чушь!
“Спасибо, Рэйна. Но я всё равно ещё украду с кухни. Прости.”
Вслух Ренсли этого, конечно, не сказал. Вместо этого склонил голову, слегка ткнулся носом той в плечо и, прежде чем она успела передумать, прихватил яблоки.
За кухней стояло несколько общих печей, которыми мог воспользоваться любой, но если Ренсли попробует испечь пирог, когда кухня полна народу, дурманящий аромат мигом привлечёт толпу, и пирог растает в чужих руках ещё до того, как его успеют вынуть из печи.
Так что оставалось подождать, пока суета утихнет. В его комнате на втором этаже уже припрятаны некоторые припасы: мука, масло, сахар, соль и кое-что ещё. Юноша даже соорудил подобие очага для блюд, не требующих долгой готовки. Конечно, если Рэйна когда-нибудь узнает, его не просто вышвырнут с кухни – она, пожалуй, сначала переломает ему все кости, да ещё и выгонит из ордена, не дав толком в нём закрепиться.
***
Прижав ухо к двери кабинета, Ренсли прислушался. За массивной дубовой панелью царила тишина: ни малейшего движения. Недолго помедлив, юноша постучал, и голос герцога пригласил его войти.
“Не усложняй”, – сказал он себе, глубоко вздохнув. – “Даже если там окажется лишний человек – хватит на всех.”
С этой мыслью Ренсли открыл дверь. К счастью, в комнате никого не было, кроме самого герцога, погружённого в чтение.
Гизелль поднял глаза, заметив юношу.
— Я как раз собирался подняться в покои, – в тоне мужчины прозвучала необычная для него оборонительная нотка, будто его поймали на чём-то, чего не следовало делать.
http://bllate.org/book/12459/1109045
