Том 1 Часть 4 «Вступительный экзамен»
Занятия с личным учителем, которые вёл не кто иной, как сам правитель Ольдранта, затянулись до глубокой ночи. Ренсли полностью погрузился в учёбу и до позднего вечера просидел за толстым учебником. Впервые в жизни ему удалось закончить чтение столь объёмного тома за один раз. Конечно, волшебное зелье помогло ему, улучшив концентрацию внимания и память, но истинная заслуга принадлежала его способному наставнику.
Даже при временном повышении умственных способностей он не смог бы сразу усвоить такие сложные и запутанные предметы так же, как приключенческие истории, если бы не помощь Гизелля. Всякий раз, когда Ренсли сталкивался с неизвестным понятием, объяснения герцога быстро вносили ясность в ситуацию. Они ели прямо в кабинете и почти не делали перерывов. Это был изнурительный темп, но Ренсли ещё никогда не чувствовал себя таким умственно живым. Поток знаний прервался лишь тогда, когда герцог взглянул на часы.
— На сегодня стоит закончить, – сказал он, – впереди целая неделя учёбы, поэтому отдых не менее важен.
Разве возможно ослушаться слов наставника?
Впервые в жизни Ренсли стал послушным учеником, кивнув в знак согласия и без протеста поднявшись со стула.
Гизелль протянул ему книгу, которую они только что читали вместе.
— Я буду свободен завтра во второй половине дня. До этого времени повторите то, что мы изучили сегодня.
Ренсли взял томик и спросил:
— Может быть, Вы тоже отправитесь отдыхать?
— Я останусь здесь на ночь. Вам же следует вернуться в свои покои и отдохнуть, лорд Мальрозен.
Поклонившись, Ренсли вышел из кабинета, в его голове крутились отрывки сегодняшнего «урока». Возвращаясь в покои великой герцогини, он чувствовал, как в нём зарождается новая решимость к предстоящим испытаниям.
Однако, когда он лёг в постель, желание спать так и не появилось. Ренсли продолжал ворочаться под тяжёлыми одеялами, а минуты, казалось, тянулись бесконечно. Разочарованный, он наконец сел и взглянул на часы у очага.
Хотя определить точного времени не получилось, стрелки часов далеко сдвинулись с момента его возвращения.
— Да что со мной такое? – пробормотал он.
Раньше у него никогда не было проблем со сном. Даже в моменты смятения, когда грозила беда, немного поплакав, он быстро проваливался в сон. А после сегодняшнего умственного напряжения Ренсли ожидал, что почти сразу же провалится в глубокую дрёму. Однако, несмотря на физическую усталость, сознание не желало успокаиваться.
Под руководством Гизелля своё внимание он полностью сфокусировал на учёбе, не позволяя никаким лишним мыслям проникнуть в голову. Теперь же, когда Ренсли лежал в одиночестве в своих покоях, всё, что он обычно держал под контролем, хлынуло обратно, словно бесконтрольный прилив сомнений, страхов, грустных и радостных воспоминаний – всё смешалось воедино, не давая покоя.
Ренсли откинулся на большую подушку и уставился в потолок, его разум бушевал. Неужели это из-за зелья? Если это действительно побочный эффект, было бы неплохо, если бы Гизелль предупредил его, но увы, лишь сказал, что зелье поможет в учебе.
Попытка лечь снова и закрыть глаза, чтобы заставить себя заснуть, в конце концов, закончилась поднятием с кровати. Накинув поверх ночного халата плащ с бархатной подкладкой и скрыв лицо, он решил разыскать герцога. Была глубокая ночь, поэтому сомнения в том, что в этот час по нижним этажам могут бродить люди, быстро исчезли.
Ночь стала такой тихой, что, казалось, даже призраки ушли на покой. Когда Ренсли осторожно открыл дверь, петли предательски заскрипели в тишине коридора. От этого звука юноша вздрогнул, и у него перехватило дыхание. На мгновение он замешкался, оглядываясь по сторонам, а затем осторожно шагнул в коридор, надеясь, что шум остался незамеченным.
Однако в коридоре находились стражники, которые тихо переговаривались между собой. Увидев великую герцогиню, вышедшую из своих покоев, они вскочили на ноги, в их глазах отразилось удивление.
— Великая герцогиня, – обратился к нему один из них, – что привело Вас сюда в такой час?
Ренсли замер, его пульс участился. Беззвучно он проклял себя, когда осознал, что совершил очередную необдуманную ошибку. Когда он одет как великая герцогиня, у него не было возможности говорить. Он просто сжал губы в твердую линию и ничего не ответил. К его огромному облегчению, стража, похоже, восприняла молчание как достойную сдержанность.
Один из них шагнул вперед, его тон был почтительным, но твёрдым.
— Великая герцогиня, даже в пределах замка мы не можем позволить Вам бродить без сопровождения в такой час. Позвольте сопроводить.
Ренсли просто кивнул в ответ.
Без лишних вопросов стражники встали по обе стороны, удерживая копья наготове. Их сапоги мягко перекликались с его шагами, пока они спускались вглубь дворца.
Когда они добрались до двери в подземный кабинет, Ренсли поднял руку, давая понять, что сопровождение больше не требуется. Хотя стражники, похоже, поняли невысказанный приказ, они с виноватым видом отвели глаза и поклонились, а затем поспешно удалились, словно стали свидетелями чего-то слишком личного.
Оставшись один, Ренсли встал перед дверью, внезапно засомневавшись. Что, если великий герцог спит? Что, если он нарушит столь необходимый ему отдых? Но мысль об ещё одном бессонном часе вселяла в него ужас. И если именно зелье вызвало в нём нескончаемое беспокойство, то исправить ситуацию мог только герцог.
Проглотив тревогу, Ренсли постучал в дверь.
— Кто там? – голос Гизелля, раздавшийся изнутри, был лишён всякого намёка на сонливость.
Ренсли почувствовал облегчение. Он медленно потянул за ручку и приоткрыл дверь настолько, чтобы увидеть герцога, сидящего у камина; выражение его лица было суровым, словно тот был недоволен вторжением. Но Ренсли не растерялся, толкнул дверь пошире и шагнул внутрь, сняв удушающую вуаль, как только закрыл за собой дверь.
Напряжение в чертах лица Гизелля немного ослабло, и его острый взгляд смягчился, когда он поднялся ему навстречу.
— Лорд Мальрозен? Прошло уже несколько часов с тех пор, как Вы удалились в свои покои. Неужели до сих пор не уснули?
При виде герцога Ренсли почувствовал, как в нём поднимается незнакомая волна эмоций. Выражение его лица немного осунулось, но затем быстро разгладилось.
— Прошу прощения за то, что нарушил Ваш покой, Ваша Светлость. Я прилёг, как только вернулся в свои покои, но так и не смог уснуть.
В глазах Гизелля мелькнул намёк на беспокойство.
— У Вас проблемы со сном?
— Нет, вовсе нет. Обычно я легко засыпаю, независимо от обстановки. Но сегодня… – Ренсли замялся, а затем высказал свое подозрение, – Я подумал, не может ли это быть… Ещё один эффект зелья?
— Скорее всего. Вы впервые принимаете магическое зелье?
— Да. В Корнии у меня не было такой возможности.
— Полагаю, оно усилило активность Вашего мозга. Присядьте здесь. – Гизелль жестом указал на кресло, – Я приготовлю кое-что, чтобы нейтрализовать эффект, – с этими словами он переместился к большому столу, тщательно подбирая склянки разных оттенков – необходимые ингредиенты для лекарства.
Вместо того чтобы занять предложенное место, Ренсли встал на почтительном расстоянии, молча наблюдая за процессом. Руки Гизелля двигались с практической лёгкостью, смешивая различные ингредиенты, лишь тихий шёпот заклинаний нарушал тишину. При каждом слове мужчины жидкость в флаконе тускло светилась и меняла цвет.
Погружённый в учебу, он почти не замечал тонкостей ремесла Гизелля. Однако теперь же его внимание привлекла утончённость каждого движения: казалось, даже самый незначительный жест обладал неописуемой элегантностью. Заворожённый Ренсли наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой.
Вскоре всё было готово. Гизелль повернулся к нему лицом, выражение его лица было спокойным, но извиняющимся.
— Мне следовало быть более внимательным к тому, как магия могла повлиять на Вас. Это была моя оплошность.
— Нет, Ваша Светлость. Обычно я без проблем переношу всё, что употребляю. Похоже, сегодня мой организм решил проявить особенность. Довольно неблагодарная реакция, я бы сказал, учитывая, с какой заботой Ваша Светлость создавал зелье.
— Вы не наблюдали жара или дрожи в руках?
— Нет, насколько я заметил… – Слова прервались, как только Гизелль придвинулся ближе и приложил ладонь к его лбу.
Подобные касания были непривычны для Ренсли. Вначале он общался, выводя буквы на ладони великого герцога, а когда играл роль великой герцогини, шёл вместе с ним рука об руку. Но сейчас ощущение широкой ладони на его коже было странно чужим, возможно, потому что обычно тёплая рука была прохладнее, чем он помнил. Ренсли затаил дыхание и сжал губы.
Гизелль убрал руку со лба.
— Есть небольшая лихорадка. Видимо, это побочный эффект.
— Неужели?..
— Я не могу рисковать Вашим здоровьем. Выпейте это немедленно и отдохните. Завтра мы рассмотрим альтернативу.
— Но без зелья у меня не будет шансов сдать экзамен.
— Давайте изменим дозировку и посмотрим на реакцию. – Гизелль сделал паузу, казалось, глубоко задумавшись, но потом кивнул, словно пришёл к какому-то выводу, – Если это окажется слишком сложной задачей, то попробуем в следующем году.
«Будет ли у меня вообще возможность остаться здесь до этого времени?..»
Однако Ренсли понимал, что у великого герцога, скорее всего, нет лучшего решения. Даже такому опытному человеку, как Гизелль, который никогда не бывал за пределами Ольдранта, было нелегко использовать магию на нём.
Не говоря ни слова, юноша принял новое зелье и выпил его до дна. Оно оказалось более горьким, чем прошлое.
Поначалу, как и в случае с тем, предназначенным для помощи в учебе, никаких изменений не было. Но постепенно колючее беспокойство, терзавшее разум, стало ослабевать.
Заметив, что черты лица Ренсли расслабились, Гизелль спросил:
— Как Вы себя чувствуете?
— Намного лучше. Благодарю, Ваша Светлость. Думаю, я наконец-то смогу заснуть.
Однако выражение лица герцога стало более серьёзным.
— Похоже, Вы необычайно чувствительны к воздействию подобных зелий. Это полезно для исцеления, но в других обстоятельствах нужно быть осторожным.
— Если подумать, один лекарь из Корнии однажды упомянул что-то подобное… Прошу прощения, что не вспомнил об этом раньше.
Когда беспочвенное беспокойство отступило, на Ренсли накатила сонливость. Теперь ему оставалось только вернуться в свои покои и отдохнуть, но по непонятным причинам он не хотел делать первый шаг за пределы кабинета.
http://bllate.org/book/12459/1109014
