— Вы как раз вовремя! – Вошедший под приветливые слова маклера мужчина был Гён Хва до боли знаком.
— Был неподалёку. Так кто у нас тут собирается снять дом?
— А, вот этот молодой человек, – сказал маклер, указывая взглядом на Гён Хва. Взгляды «двух знакомых» неизбежно встретились.
— А-ха, так это ты, – На Тэ Бом не скрывал смеха. – До чего знакомое лицо. – От столь бесстыдного вида мужчины, который притворялся, что не ожидал его здесь увидеть, Нам Гён Хва нахмурился.
— Неужели вы знакомы? – Вмешался посредник, хлопнув в ладоши.
— Видимо, так считаю только я. Даже не поздоровался со мной, – директор На пожал плечами с неизменным выражением лица. Маклер, смущённый неловкой ситуацией, поднял сумку, оставленную в углу. Даже в спешке он не забыл оставить свою визитку и вежливо попрощаться. Он будто, во что бы то ни стало, старался им запомниться. После его ухода, в помещении некоторое время царила тишина. Нам Гён Хва, удерживая в руках визитку, размышлял. Произошедшее с трудом можно назвать совпадением. Несмотря на жизнь, большая часть которой прошла в глуши, он был не настолько наивен, чтобы не понимать этого. – Думал разозлишься, но ты на удивление спокоен, – прервал затянувшуюся паузу Тэ Бом.
— Я ведь передал через Квон Чон Дэ, что сам разберусь. Не ожидал, что ты будешь вмешиваться даже в то, где я живу.
— Сам же сказал, что не хочешь жить в «Wei Ying». Поразмыслив, я решил немного изменить своё решение.
— Изменить?
— Да. Думаю, отдельная конура за пределами арены куда лучше. – При слове «конура» глаза Гён Хва злобно сверкнули, и мужчина сжал кулаки. Внимание привлекала всё та же насмешливая улыбка на лице На Тэ Бома. Если бы Нам Гён Хва сейчас разозлился, то ему, конечно, сразу бы полегчало, однако это была бы именно та реакция, которой добивался стоящий перед ним мужчина. – Ну так что? Как тебе дом? Нравится? – Подойдя к балкону, директор На ещё сильнее распахнул занавеску. Взору открылось бетонное полотно, лишённое всякой растительности, и такая же унылая изгородь, увитая ярко-синим плющом, который совершенно не подходил этому месту. – Если верить строительной компании, здесь в вентиляции, выходящей на поверхность, установлены дополнительные очистители воздуха. Дом, конечно, маловат, но, поскольку он перестроен из бомбоубежища, придётся смириться.
Нам Гён Хва вздохнул, зачёсывая волосы назад. В его слегка прикрытых глазах читалась явная усталость.
— Я не стану его снимать.
— Почему? Не понравился?
— Не хочу пасть настолько низко, чтобы соглашаться жить в доме, который воспринимается как собачья конура.
— Да ты уже и так пал на самое дно.
— Знаю. Именно поэтому и отказываюсь. – Нам Гён Хва не забывал своего положения, но считал необходимым провести эту тонкую грань. Своего рода, это был остаток его гордости. Даже прозябая в нищете большую половину жизни, он не желал опускаться до того, чтобы ползать на четвереньках. – Я и сам могу с этим разобраться. Так что тебе нет нужды вмешиваться.
Леденящая тишина длилась недолго. На Тэ Бом, молча смотревший на Гён Хва, вдруг к нему приблизился.
— Как самочувствие? – Вопрос был брошен совершенно неожиданно, когда внезапно поднявшаяся рука коснулась его бока. – Твоя дырочка зажила? Ей наверняка сильно досталось, пока её трахали. – Несмотря на грубые слова, вылетающие изо рта мужчины, низкий голос звучал несколько вяло, без тени иронии. В памяти Гён Хва всплывали моменты, когда он содрогался под этим мужчиной, даже находясь в полубессознательном состоянии.
— Не совсем… – Выплюнул Нам Гён Хва, стиснув зубы.
— Сильно болит?
— Да. – Услышав простой и лаконичный ответ, На Тэ Бом вновь улыбнулся и опустил голову на уровень глаз Гён Хва.
— Говоришь, что сильно страдаешь, но даже не думаешь при мне жалобно скулить? – Прежде чем Гён Хва успел что-либо осознать, его горло сдавили, и воздух, замерший было во рту, насильно вырвался наружу. От неожиданно грубых действий дыхание и даже обрывки мыслей были сокрушены. Осколки света закружились перед глазами, а из горла донёсся слабый, прерывистый звук, похожий на треск сухого дерева. – И не ожидал, что легко согласишься. Скучно, когда благодеяния принимают, как должное. – На Тэ Бом схватил мужчину за волосы, и сверху посмотрел ему в глаза, откинув голову Гён Хва. – Однако, услышав, что тебе это не нужно, чувствую себя крайне мерзко.
— Угх. – Сила, ударившая его по голени, заставила Нам Гён Хва рухнуть. Опустив мужчину на колени, боец без колебаний прижался пахом к его лицу.
— Чувствуешь себя униженным, когда с тобой обращаются как с собакой? Нет, Дружок. Тебе, блядь, стоит быть благодарным даже такому отношению.
— Умгх, нг, – зафиксировав голову своего «щенка», На Тэ Бом начал грубо двигать бёдрами, из-за чего ткань его брюк болезненно тёрлась о кожу щёк. – С чего мне вообще унижаться перед таким, как ты? М? – Молния на ширинке задевала плотно сжатые губы.
Тэ Бом, двигаясь так, словно вогнал свой пенис в самое горло, под протяжный вздох, отпустил схваченные ранее волосы. Губы Нам Гён Хва из-за тонкого металлического элемента одежды были не в лучшем состоянии.
— С сегодняшнего дня дом щеночка здесь. Я уже отправил машину в центр, чтобы забрать твой «багаж» из медцентра.
— Кто тебе вообще позволил? – Гён Хва рявкнул, как разъярённый зверь, услышав, что его брата приравняли к багажу. На Тэ Бом же лишь усмехнулся, надавливая пальцем на повреждённые губы пальцем.
— Я сам и позволил. – Просунув палец в рот мужчины, он с силой надавил на язык, принявшись энергично вводить и выводить другие добавившиеся к первому пальцы. Из-за скопившейся слюны, которую было невозможно сглотнуть, раздавались хлюпающие звуки. – Если хочешь выглядеть достойно перед ребёнком, делай, как говорю. Я ведь мог прямо сейчас засунуть свой член прямо в этот рот, но сдержался.
Гён Хва с трудом оттолкнул от себя «благодетеля» и едва успел отвернуться, как его вырвало. Желудочный сок вырвался одновременно с удушающим кашлем. Плечи мужчины дрожали, пока он пытался его унять. На языке Нам Гён Хва крутились сплошные ругательства, пока он злобно сверлил мужчину взглядом. В его глазах ясно читалась неприкрытая ненависть и ярость, отчего На Тэ Бом расхохотался. Это было до жути захватывающее зрелище.
***
Не прошло и часа, как к дому подъехал грузовик.
— Братик! – Хэ Джин, которому помог выйти водитель, стремглав бросился к брату. – Чон Дэ сказал, что у нас теперь есть дом, поэтому я приехал сюда на грузовике. Я впервые на нём катался, было так здорово! Хочу ещё! – Пока мальчик, взволнованный поездкой на большой машине, что-то оживлённо тараторил, пара крепких мужчин суетилась возле кузова. Нам Гён Хва в недоумении наблюдал за тем, как те выгружают мебель, от которой исходил характерный запах новизны. – Братик! Это правда наш дом?! – Забежав в прихожую и широко распахнув глаза, громко воскликнул мальчик. Между тем, напротив кухонной раковины разместился четырёхместный обеденный стол. Расстановка мебели, которую с трудом можно было назвать переездом, завершилась менее, чем за полчаса. Нам Хэ Джин, забравшись на диван, с которого даже не успели снять упаковочную плёнку, подпрыгнул от радости. – Братик, это диван! Диван! Здесь даже телевизор есть!
В отличие от младшего брата, который был в восторге от новой мебели и дома, лицо Нам Гён Хва, было мрачным, словно туча. Горло при каждом сглатывании слюны саднило из-за вставленных ранее пальцев. Ему следовало насторожиться ещё тогда, когда Тэ Бом «принял» вежливый отказ поселиться в «Wei Ying». Нет, даже будь он настороже, нельзя было избежать нынешней ситуации избежать. Может, стоило быть благодарным хотя бы за то, что его не утащили силком и не заперли на каком-нибудь складе? Гён Хва вздохнул, растекаясь по столу верхней частью туловища. У мужчины от мысли, что придётся терпеть затянувшееся, извращённое любопытство директора На, которое никак не было связано с первоначальной целью, разболелась голова.
— Братик, тебе плохо?
— Совсем нет. Просто устал. – Несмотря на ответ, Хэ Джин слез с дивана и подошёл к обеденному столу, на котором полулежал Гён Хва. Маленькая ладошка коснулась его шеи.
— Братик, у тебя здесь всё красное. – Из-за этих слов мужчина поспешно поднялся и потёр шею.
— Я просто потирал плечи, вот и остались следы.
— Может, мне сделать тебе массаж? – Хэ Джин поднял руки и пошевелил пальчиками. Нам Гён Хва слабо улыбнулся и погладил брата по спине.
— Доктор Ё ведь дала лекарства?
— Да.
— Она иногда будет наведываться к нам, чтобы проверять твоё состояние.
— Мне можно оставаться дома, а не в больнице?
— Да. Вероятно, всё будет в порядке. – «Вероятно» – таков ответ дала Ё Ын Джэ. Учитывая, сколь педантичная она была, точно не отпустила бы Нам Хэ Джина домой без предварительной консультации с опекуном. До сих пор у мальчика не наблюдалось новых заметных симптомов, однако, с изменением обстановки, необходимо быть ещё более внимательными.
Гён Хва повернул голову на звук подвесных часов, на которых покачивалась кукушка, отбивая ровно час. Но не успел он опомниться, как стрелки часов показали семь вечера. Нужно было поспешить и приготовить ужин для Хэ Джина. В холодильнике, очевидно, не было никаких продуктов, поэтому Гён Хва озаботился мыслями о том, где же их сейчас достать.
— Братик.
— Да?
— Там, за дверью, странные звуки. – Хэ Джин, который болтал ногами, сидя на стуле за обеденным столом, указал на входную дверь. На панели, расположенной рядом с ней, мигал зелёный индикатор. Кто-то стоял снаружи.
http://bllate.org/book/12450/1108371
