Глава 71. Обломки.
В трёх тысячах километров. Хасилеген.
Спасательные работы начались сразу же после схода лавины.
Два вертолёта, спонсируемые Red Bull, с которых велась съёмка, мгновенно переключились в режим спасения. Оба были оснащены системами отслеживания, а фотографы, летевшие с ними, имели опыт спасательных операций в условиях лавин. Пилот нашёл подходящее место для приземления и сразу же высадил спасательную группу.
У каждого из участников соревнований была при себе рация. Через систему связи все слышали, как Макс в панике выкрикивает имя Чи Юя. Он достал из своего рюкзака сигнальный приёмник и в мгновение ока собрал зонд.
— Быстрее! Быстрее, кажется, у него не было подушки безопасности. Времени мало!
ABS-подушка безопасности стоит очень дорого — около десяти тысяч юаней.
П/п: 10000 юаней это примерно 134000 рублей (по курсу на октябрь 2024 года).
Официальная экипировка, выданная участникам, включала только маяк, лопату и сигнальный приёмник, но не подушку безопасности. Чи Юй приехал в Китай на парковые соревнования и, естественно, не взял с собой свою подушку.
Макс рванул к палатке, схватил свой сноуборд и приёмник из рюкзака. Пока остальные ещё стояли в растерянности, он первым бросился на сноуборде вниз по склону, с которого только что сошла лавина.
Вскоре к спасательной операции присоединились и другие участники.
На куртке Summit, которую носил Чи Юй, была закреплена спасательная пластина RECCO*, а в рюкзаке находился маячок. Оба устройства стабильно передавали сигнал на частоте 457 кГц. Спасательная команда быстро определила его примерное местоположение, собрала зонды, и пять человек начали обыскивать местность методом сплошного поиска.
* RECCO — это система спасения в горах, использующая специальные пластины или отражатели, которые встраиваются в одежду или снаряжение. Эти пластины отражают сигналы радара, что позволяет спасательным службам с помощью детекторов найти пострадавших. Отражатели не требуют питания и работают постоянно, что делает их удобными и надёжными. Однако они работают только на коротких расстояниях и требуют, чтобы спасатели были близко с детекторами RECCO.
Первым с помощью зонда обнаружил, что под ним что-то есть, японский спортсмен.
— Здесь! Быстрее, копаем!
На последних метрах до цели Макс и остальные бросили лопаты и начали руками разгребать снег, рыть изо всех сил, пока их перчатки не забились снегом, а пальцы не онемели от холода.
Прошло всего девять минут и тридцать секунд, прежде чем находящегося без сознания Чи Юя вытащили из-под толстой снежной массы ледника Хасилеген. Спасатели подняли его на носилки и погрузили в вертолёт. Через пять минут вертолёт снова взмыл в воздух, взяв курс на городскую больницу.
Чи Юй очнулся уже в ту же ночь.
В палате интенсивной терапии лучшей городской больницы, где все стены были белоснежными, Чжан Айда сидела за ноутбуком, погружённая в работу. В коридоре молодой человек со светлыми волосами сидел, опустив голову, сжимая в руках половину сломанной доски. Макс Уиллард спонсировался компанией Red Bull, но в последний момент он заявил, что он лучший друг Чи Юя, и его пустили на тот же вертолёт.
Лавина сломала доску Nitro Team T с жёсткостью 9, но не смогла сломать тело Чи Юя.
Сотрясение мозга — обычное дело для сноубордистов, и, помимо этого у него было сломано всего лишь два ребра — невероятная удача, будто сама судьба уберегла его от гибели. Макс знал, что Чи Юй вырвал свою жизнь из рук смерти.
Увидев, что он пришёл в себя, Чжан Айда наклонилась и тихо спросила:
— Как ты себя чувствуешь?
Чи Юй попытался приподняться, чтобы взглянуть в окно, но Чжан Айда остановила его.
— У тебя сломаны рёбра, лежи. Тебе больно?
Чи Юй покачал головой. Его губы были потрескавшимися, а в горле всё ещё чувствовалась кровь. Чжан Айда позвала медсестру, которая помогла ему сесть поудобнее и дала немного воды.
Первое, что сказал Чи Юй было:
— Швейцария… и фильм…
Чжан Айда, зная, что ложь во благо не в их правилах, не стала его утешать. Они всегда говорили друг другу только правду. Она мягко покачала головой.
— Я получила звонок от Vitesse, они интересовались твоим состоянием. Но, боюсь, по времени... ты уже не успеешь.
Начать съёмки фильма планировали в ноябре, но, как бы близок ни был Чи Юй с Юго, Vitesse не станет переносить проект, ориентируясь только на него — он ведь новичок. Чи Юй опустил глаза.
— В следующем году тоже будет возможность, а сейчас... — начала Чжан Айда.
Чи Юй сглотнул и перебил её:
— Всё нормально. Я и так... невероятно везучий.
Чжан Айда на это ничего не ответила, лишь мягко похлопала его по плечу.
— Твой друг ждёт снаружи. Позвать его?
Глаза Чи Юя загорелись.
— Это...
Она покачала головой.
— Нет. Макс и другие участники вытащили тебя. И Макс настоял, чтобы поехать с тобой.
— О... — Чи Юй снова сглотнул, затем добавил, — Тогда... дай мне ещё десять минут.
— Лян Муе тоже звонил. Когда ты ещё не проснулся, он позвонил мне больше тридцати раз, — успокоила его Чжан Айда. — Ему тоже нужно время, чтобы добраться сюда. Ты всех нас сильно напугал... Серьёзно, Чи Юй, так больше нельзя. Я не выдержу.
— Он знает…?
— Да, я ему сказала.
Чжан Айда только утром узнала от организаторов соревнований о том, куда направился Чи Юй. Её сразу охватило дурное предчувствие. Когда проходил первый этап соревнований «Городской ландшафт» она рванула в аэропорт, продолжая работать в самолёте. Она даже не успела посмотреть утренние записи соревнований, и когда добралась до места проведения второго этапа «Горный ландшафт», увидела всё происходящее своими глазами.
Только те, кто пережил лавину, могут по-настоящему ощутить всю подавляющую тяжесть удушья и страха. Хасилеген ревел серебристо-белым грохотом, намереваясь поглотить всё живое. Чжан Айда стояла у подножия горы, слышала этот ужасный рокот и видела, как белое облако мгновенно окутывает их, словно небо рушится на землю. В тот момент ей не нужно было спрашивать мнение специалистов — она и так понимала всю серьёзность ситуации. Она даже не могла подумать, что Чи Юй выберется оттуда почти невредимым.
Огромный страх смыл всё — успех, слава, деньги поблекли, словно бумага, перед лицом смерти. В оглушительном гуле вертолёта Чжан Айда смотрела на бледное, безжизненное лицо Чи Юя и чувствовала, как её собственные ноги подкашиваются.
Чжан Айда всегда была проницательной и жёсткой, решала дела быстро и чётко, редко позволяя эмоциям брать верх. Но теперь, вспоминая опасность, которая только что едва не настигла его, она вдруг почувствовала комок в горле, и её охватило непрошеное волнение.
Чи Юй взглянул на её лицо и ощутил чувство вины. Причём не только перед ней, но и перед всеми, кто заботился о нём.
— Прости. Мне очень жаль... я заставил вас всех волноваться. Это было не так уж и опасно, но сегодня... я принял несколько неверных решений. Это моя вина. Мне не следовало так поступать.
Когда он окончательно пришёл в себя, то потратил пятнадцать минут на то, чтобы восстановить в памяти события последних часов.
Шли непрерывные снегопады, а вчерашний снег был ещё слишком свежим, прошло меньше суток. Никто не слышал звуков взрывов для искусственного вызова схода лавины. Судя по всему, организаторы соревнований не предприняли никаких мер для преднамеренного контроля риска в зоне проведения соревнования. Когда Чи Юй смотрел на гору из вертолёта, он уже понял, что Макс беспокоился не зря. Оба они имели большой опыт в этом деле и видели, что эта гора опасна. «Слишком высокий риск», — именно так Чи Юй сказал Сяо Мэнханю, когда они смотрели на карту FATMAP Хасилегена в ресторане в Пекине. Если такие вещи видны на карте, почему же тогда на горе он их не заметил?
Он проигнорировал все тревожные сигналы, включая добрые предупреждения Макса. Это была его первая ошибка.
Раньше, во время съёмок в горах, Чи Юй не брал с собой подушку безопасности, считая это неэстетичным, но он делал так только в тех местах, где всё было под контролем. Он полагал, что участие в таких соревнованиях отличается от простого катания по диким склонам: всюду камеры, есть возможность отслеживать положение. Надеясь на удачу и свой опыт, он решил, что справится, пренебрегая мерами безопасности. Это была его вторая ошибка.
«Спланируй свой путь отступления…» — не просто слова. В тот момент Чи Юй позволил жажде победы затмить здравый смысл. Он не отклонился от выбранной линии спуска, но и разрушил таким образом свой же план эвакуации. Это была его третья, и самая роковая ошибка.
Когда Макс стартовал первым, оставшаяся на склоне стабильность снега уже могла быть нарушена. Даже он, имея опыт, выбрал максимально безопасный маршрут. А Чи Юй пошёл на неоправданный риск. Это было слишком опасно.
С трудом заговорив, Чжан Айда спросила:
— На Аляске у тебя ведь тоже были такие случаи... почему на этот раз всё пошло не так?
Она всегда была требовательной, всегда получала ответы на свои вопросы. Но сейчас, глядя на Чи Юя, который молча обдумывал свои ошибки, она не могла произнести ни слова упрёка.
— Организаторы тоже несут ответственность. Но ты... не думай об этом сейчас. Лучше отдыхай, — сказала она, смягчив свой тон.
Чи Юй понял, что именно она хотела узнать. Зачем рисковать ради незначительного соревнования? Где он совершил ошибку?
У него было много опыта катания по диким склонам. На Аляске он катался и на более крутых склонах при куда худших погодных условиях, чем на Хасилегене. Он считал себя опытным райдером и думал, что мастерски умеет управлять рисками.
Почему он так поспешил на соревнованиях без должной подготовки? Почему чувствовал, что должен был сейчас доказать что-то Максу, как когда-то в четырнадцать лет настаивал на выполнении тройного cork 1440 перед Чи Мянем? Просто тогда он ещё не был таким хорошим в их глазах. Сейчас он уже стал чемпионом мира, но до сих пор чувствовал необходимость компенсировать то, чего не добился в подростковом возрасте.
Несмотря на радость от того, что остался жив, Чи Юй ощущал только огромное разочарование.
Через несколько минут Чжан Айда тихо спросила:
— Ну что, пригласить его?
Чи Юй передумал. Он покачал головой.
— Я лучше немного отдохну. Передай ему, пожалуйста, спасибо... и извини.
Чжан Айда кивнула, поправила его одеяло и напомнила ему отдыхать, после чего вышла.
Выйдя из палаты, она увидела молодого блондина, задремавшего с опущенной головой. Подойдя ближе, Чжан Айда передала ему сообщение от Чи Юя. Макс поднял голову, посмотрел на неё, затем поднял обломок своей доски, который держал в руках, и, немного подумав, убрал его обратно.
Когда Чи Юй сломал ключицу несколько лет назад, первым, кто пришёл навестить его в больнице, был не Чи Мянь, а Макс, который сбежал с уроков ради него. Макс принёс ему шоколад, газировку и свежий номер местного журнала про сноуборд, на обложке которого была их фотография после завоевания первого и второго места на последних соревнованиях. Теперь всё изменилось.
Эта доска NITRO для бэккантри была подписана всеми, кто когда-либо участвовал в соревнованиях вместе с командой Team T. И тогда же Макс попросил Чи Юя поставить свою подпись рядом с передним креплением. Отец Макса учил его, что это сердце доски — то место, куда прикладывается максимальное усилие при поворотах.
В тот вечер погода была на редкость хорошей, они стояли бок о бок у палатки со своими досками по 159 см. А позже они провели ночь под звёздным небом, деля один поцелуй на двоих, вкус которого был с примесью алкоголя.
После того, как Чи Юй уехал из Тремблана, Макс не раз думал о том, чтобы найти его в Банфе. Он хотел сказать так много: попросить прощения за то, что тогда был сбит с толку и потерял себя, вспомнить их юношеские дни, когда они вместе исследовали дикий мир. Макс потратил слишком много времени, пытаясь стать тем, кем его видели родители и старший брат: участвовать в соревнованиях, занимать первые места, кататься с больших гор, встречаться с красивыми девушками. А сейчас у него наконец-то появилась возможность жить так, как он сам хочет. Где-то в его голове всегда существовал план, в котором был этот черноглазый и черноволосый парень, который с десяти лет пытался отобрать у него чемпионские титулы. В этом плане были и две доски NITRO 159, стоящие рядом, прямо под звёздным небом.
Теперь его доска разломана на части, и Макс не смог найти даже оставшиеся обломки. Та часть с подписью Чи Юя осталась навсегда где-то в снегах Синьцзяна. Но время не ждёт никого. Однажды пройденный путь невозможно пройти вновь.
Макс поднялся, вежливо поблагодарил и ушёл в одиночестве.
http://bllate.org/book/12440/1107835
