Глава 37. Skywalker.
Когда Гао И вошёл в магазин горнолыжного снаряжения на костылях, было уже почти закрытие. В магазине горела только одна лампа на стойке администрации, и больше никого не было. Он прошёл несколько шагов вперёд и увидел в подсобном помещении Чи Юя. Тот, несмотря на холод, был в спортивных штанах и футболке, с правой рукой на перевязи. Он стоял на одной ноге на перевёрнутом балансировочном мяче, тренируя стабильность лодыжки левой ноги.
Балансировочный мяч имитировал неустойчивую поверхность сноуборда. Левая нога всегда была его слабым местом, что характерно для спортсменов, у которых правая нога ведущая. К тому же, его левая лодыжка уже пережила травму и восстановление. Несмотря на перелом руки, тренировки нельзя было прерывать.
Гао И наблюдал, как Чи Юй делал двадцать приседаний на одной ноге на неустойчивом мяче, и про себя восхищался. В Банфе он сам мог сделать только десять.
Когда Чи Юй закончил серию упражнений, Гао И, наконец, окликнул его.
Чи Юй на этот раз услышал. Увидев, кто пришёл, он поспешил выйти навстречу.
— Почему не позвонил? Я бы помог тебе принести доску.
Гао И пришёл, чтобы нанести воск на свой сноуборд. Несомненно, после перелома ноги его горнолыжный сезон был завершён.
Видя Чи Юя в таком состоянии, Гао И не мог не засмеяться.
— Посмотри на нас — один с одной рукой, другой с одной ногой, и ты ещё предлагаешь помочь мне...
Он не успел договорить, как за ним вошла Сян Вэйвэй, неся лыжи Гао И. Лыжи были тяжёлыми, и Чи Юй поспешил ей на помощь.
Увидев Чи Юя, Сян Вэйвэй сразу спросила:
— Как твоя рука? Болит?
— После соревнований болела, — честно ответил Чи Юй. — Потом выспался, отдохнул и стало лучше.
Но Гао И беспокоил другой вопрос.
— В ту ночь… ты поговорил с ним? Как он отреагировал?
Чи Юй опустил глаза и не ответил. Он думал, что Гао И пришёл только для того, чтобы нанести воск, а не чтобы выведать информацию.
— Я не сказал. Потом... произошли кое-какие события, и я не успел.
— Что за события? — Гао И не ожидал такого ответа и настойчиво продолжал расспрашивать.
Что же это были за события? Два дня назад, той тёмной ночью, лицо Лян Муе было прижато к его лодыжке, и он шептал: «Всё твоё» во время того, как трахал его. Последние два дня Чи Юй краснел, вспоминая всё это. Но когда он открывал WeChat и смотрел их переписку, по ощущениям всё оставалось на том же уровне, что и до соревнований. Лян Муе ни разу не связался с ним.
Перед тем как выйти из машины, они поговорили. За эти два дня Чи Юй много раз прокручивал в голове этот разговор. Если он всё правильно понял, это означало, что он будет бесплатно тренировать Лян Муе, а тот продолжит спать с ним в качестве «оплаты». Но он не учёл того факта, что сам травмирован, и до снятия гипса ещё три-четыре недели.
Сян Вэйвэй, видя, что Чи Юй смущён, толкнула Гао И, чтобы он сменил тему.
Когда они вышли из магазина, Сян Вэйвэй начала лупить Гао И по плечу.
— О чём ты думаешь? Что по-твоему ещё могло быть?!
— Что? Эй, перестань меня бить, — Гао И был в недоумении. — Моя нога уже сломана, я полагаюсь только на эти руки.
— Ты видел у него..? — Сян Вэйвэй подняла изящную шею и указала пальцем на её левую сторону, многозначительно глядя на Гао И.
На том месте у Чи Юя был явный фиолетовый след от укуса. Только Гао И мог этого не заметить!
— Может быть... это не он..? — Гао И попытался представить себе Лян Муе и Чи Юя вместе, но это было слишком. Он сдался.
***
Снег, выпавший в день соревнований WinterLasts, не был случайным явлением. Это было начало циклона, и на следующий день в Сквомише периодически шёл дождь. Чжэн Чэнлин помог Лян Муе вернуть машину в город. После незатейливого обеда они вдвоём обсудили свои дальнейшие планы, сверяясь с картой.
Затем они вместе поехали в магазин фототехники. Лян Муе приехал налегке, взяв с собой только одежду и ноутбук, и был без камеры. До этого он пользовался фотоаппаратом и объективами Чжэн Чэнлина.
Лян Муе долго ходил по магазину, внимательно изучая оборудование, и вдруг спросил:
— Ты хотел бы попасть на большой экран?
— Да, — подумав, ответил Чжэн Чэнлин. — Хочу участвовать в Пекинском фестивале фильмов об экстремальных видах спорта. Ты, конечно, знаешь о нём.
Лян Муе не просто знал. Когда ему было двадцать, его мини-документальный фильм «Жизнь как гора», который он сам снял, смонтировал и спродюсировал, получил премию новичка на этом фестивале.
— Сейчас мы снимаем только тренировочные кадры, а серьёзная подготовка начнётся, когда я вернусь в Гуйчжоу. Я не могу загадывать так далеко, — продолжил Чжэн Чэнлин.
— Понимаю, — кивнул Лян Муе. — Но если ты хочешь попасть на большой экран, то каждая часть фильма должна быть снята в едином стиле, и качество видео должно быть 4K. Ты можешь использовать C300, но обязательно с кинообъективами. В Гуйчжоу нужно будет продолжать с этой же техникой. Для съёмки B-roll, сцен из повседневной жизни, интервью и крупных планов, а также для скалолазных сцен — каждому кадру нужны разные фокусные расстояния и глубина резкости. Объектив 17-120 мм подойдёт для этого. Если получится, можно даже установить камеру на фиксированное место и привлечь пару студентов из киноакадемии, чтобы они следили за процессом. Для дальних планов можно использовать BMD URSA с телеобъективом. Но эта камера капризна, лучше иметь запасную. Погода в Гуйчжоу не всегда хорошая, URSA требует много света, поэтому, возможно, придётся использовать C300. И ещё вопрос записи звука, это довольно сложно...
Он всё продолжал объяснять, когда его прервал Чжэн Чэнлин.
— Муе... ты действительно не рассматриваешь возможность поехать в Гуйчжоу?
Вопрос Чжэн Чэнлина был не таким, как вопросы Ван Наньоу. Ван Наньоу, очень хорошо зная Лян Муе, мог спрашивать одно и то же снова и снова, постоянно приводя разные доводы. Даже получив отказ Лян Муе он не оставлял попыток его вернуть. Чжэн Чэнлину было бы достаточно спросить один раз, и настаивать опять было неуместно. Ведь Лян Муе уже отказался. Но Чжэн Чэнлин всё же спросил снова.
Лян Муе улыбнулся и покачал головой.
— В Китае много хороших фотографов. Желающих снимать экстремальные виды спорта, такие как фри-соло, тоже предостаточно.
Лян Муе взял напрокат Canon C300 Mark II и объектив Canon 17-120 мм. На кассе он заметил рядом оборудование, популярное среди начинающих фотографов. Проведя картой ещё раз, он купил Nikon D850.
Арендовав фотооборудование, они вернулись домой, собрали рюкзаки и ночью выехали в Сквомиш.
Когда Лян Муе включил навигатор на своём телефоне, он случайно коснулся экрана и открыл список контактов. На карте высветилась точка — Чи Юй всё ещё делился с ним своим местоположением. Судя по координатам, он находился в городе, в магазине горнолыжного снаряжения.
Чи Юй не был таким безумцем, как казалось Лян Муе. С переломом он не стал подниматься в горы и тренировать учеников, поэтому был вынужден работать в магазине. Когда Лян Муе вернётся из Сквомиша, он сможет навестить его там. Вместе покататься на сноуборде не получится, но хотя бы можно пообедать. В ту ночь после соревнований Чи Юй был так занят выпивкой, что почти ничего не ел.
Лян Муе подумал, что наблюдать, как Чи Юй ест, приносит ему удовлетворение, даже большее, чем наслаждаться изысканными деликатесами самому.
На следующий день, после того как дождь прекратился, Лян Муе и Чжэн Чэнлин снова отправились в горы Сквомиша. Они были третьими, кто прибыл на место, и пока они проверяли длину верёвок у подножия горы, Чжун Яньюнь уже спустился со скалы, весь в поту и пыли, с возбуждённым выражением лица.
— Мы с Игэ утром прошли маршрут 5.8 без страховки, — сказал он.
Для них обоих маршрут 5.8 был слишком простым, особенно после вчерашнего ознакомления. Чжэн Чэнлин знал, что Лян Муе не снимает фри-соло, и немного беспокоился, поэтому повернулся к нему. Однако Лян Муе почти не выказал эмоций, лишь кивнул в ответ.
На самом деле у них было негласное правило: когда Чжун Яньюнь собирался на фри-соло, он никогда не предупреждал Лян Муе заранее.
— Ну что ж, начнём съёмку? — предложил Чжэн Чэнлин.
Маршрут, который они собирались снимать, фанаты «Звёздных войн» назвали именем Тяньсинчжэ (Skywalker)*.
* Название маршрута «Тяньсинчжэ» (Skywalker) это некая игра слов, потому что оно имеет двойное значение. С одной стороны, это фамилия главного героя «Звёздных войн» Люка Скайуокера (Skywalker). С другой стороны, в китайском языке «Тяньсинчжэ» буквально переводится как «Небесный путник» или «Тот, кто ходит по небу», что отражает характер и сложность альпинистского маршрута, который проходит высоко над землёй.
Это один из самых классических и красивых траверсов* Сквомиша, состоящий из пяти участков с максимальной сложностью 5.9. Этот маршрут представляет собой широкий траверс, и стоя в его начале, нельзя увидеть его конец.
* Траверс — это вид альпинистского маршрута, проходящий вдоль горы или скалы, обычно в горизонтальном или слегка наклонном направлении. В отличие от вертикального восхождения, траверс предполагает движение в основном по горизонтали, что может включать переходы через выступы, карнизы и другие горизонтальные участки. Траверсы часто требуют хороших навыков балансировки и устойчивости, так как движение по ним может быть технически сложным и требовать точных шагов и зацепок.
— Дай мне карту, хочу взглянуть, — сказал Чжун Яньюнь. — Сначала я поднимусь и установлю основной анкер для станции страховки, потом спустим статический канат и установим защиту на перегибах.
Этот маршрут - не с вертикальным перемещением, поэтому вывеситься для съёмки сверху, забравшись на вершину горы с обратной стороны, не выйдет. Так что либо фотографу придётся самому взбираться по скале с оборудованием, либо кто-то должен пройти маршрут первым, определить точку для ведения съёмки, найти там на скале подходящее место, установить скальный анкер, после чего спустить канат, чтобы поднять и вывесить фотографа.
— Подожди минутку, — сказал Лян Муе.
Чжэн Чэнлин снова посмотрел на него, он испугался, что Лян Муе решил отказаться после услышанных слов «без страховки». Но тот указал на скалу.
— Снимать траверс непросто, — сказал он. — Глядя отсюда, нельзя определить, какой фиксированный угол будет лучше. Я должен сам залезть.
Глаза Чжун Яньюня засветились редкой улыбкой. Он не стал задавать лишних вопросов, только сказал:
— Ладно. Тогда полезем вместе. Я веду?
— Я справлюсь. Ты пока отдохни внизу, — ответил Лян Муе.
Не успел Чжэн Чэнлин осознать, что произошло, как Лян Муе уже снял куртку, надел скальные туфли и сел на землю, подсчитывая количество оттяжек. Тяньсинчжэ был традиционным маршрутом, на скале не было никаких предустановленных оттяжек в точках крепления. Поэтому задача лидера была ещё сложнее: нужно было не только залезть наверх, но и устанавливать оттяжки на анкерные точки страховки по пути.
Когда Лян Муе начал подниматься, Чжун Яньюнь сосредоточился на его страховке.
— Муе три года не поднимался на скалы, — тихо сказал Чжэн Чэнлин. — Несколько недель назад на ледопаде Тяньсянь в Миюне я спросил, не хочет ли он попробовать, и он отказался.
— Может, в тот день он просто был не в настроении, — ответил Чжун Яньюнь, отпуская метр верёвки, мысленно рассчитывая длину, а затем снова проверяя узел на конце верёвки Лян Муе. — Он знает, что делает.
И пока они говорили, Лян Муе, находясь на высоте двадцати с лишним метров, сделал динамический прыжок и зацепился за ближайшую точку. Следы от магнезии*, оставленные альпинистами с утра, выделялись на фоне камня, как подсказки на экзамене.
* Магнезия — это порошковый или жидкий карбонат магния, который используют альпинисты, скалолазы и гимнасты для улучшения сцепления рук с поверхностью.
— Может, он снова почувствовал вкус? Наблюдая, как вы карабкаетесь, у него могло снова появиться желание, — сказал Чжэн Чэнлин, надеясь, что это чувство у Лян Муе сохранится до возвращения в Китай, и, возможно, он решит присоединиться к ним в Гуйчжоу.
Траверс был не очень высоко от земли. И хоть Лян Муе не лазал три года, он ставил страховку так, что максимальное расстояние падения было всего один-два метра. Медленно, но верно.
Энергичный вид Чжун Яньюня после утреннего фри-соло напомнил ему их молодость. Он знал, что если бы он твёрдо решил не лазать, то всё равно смог бы снять фильм. Это был всего лишь тренировочный этап, и они могли бы снимать с других точек. Не было необходимости добиваться идеала.
Но внутренний голос говорил ему попробовать. В этом не было ничего страшного.
Когда он закончил четвёртый участок, на скале был природный выступ с углублением внутри, похожий на глазницу. Местные называли его «Глаз Бога». Лян Муе остановился там, дожидаясь, пока Чжун Яньюнь догонит его.
С этого места можно было видеть густой лес справа и обширный залив слева, где восходящее солнце уже разгоняло утренний туман. Такие моменты на скале всегда приносили ему абсолютное спокойствие. Подвешенный в воздухе, он видел мир вокруг себя яснее.
Завоевание, обладание, привлечение — по сути, одно и то же чувство. Вспоминая взгляд Чи Юя той ночью, он понял, что это взгляд был таким же, как и после того, когда Чи Юй спустился с вершины Алмазной чаши и снял горнолыжные очки. Это было отчаянное желание чего-то, готовность сгореть, чтобы удержать судьбу в своих руках, всё ради одного соревнования, одного шанса, одного момента.
Он раньше думал, что этот взгляд напоминал ему о юных годах Чэнь Няня, но это был не Чэнь Нянь, не Чжун Яньюнь и не кто-либо ещё. Это был он сам, только в молодости.
http://bllate.org/book/12440/1107801
