Фэн Цунцун имел богатый опыт улаживания женских обид — Тинтин часто устраивала сцены, так что извиняться он умел мастерски.
А женщины и дети в этом плане не так уж отличаются. Главное — знать подход.
Он скрипнул зубами, купил самый дорогой пломбир в ведре и побрёл в школу Ли Сыфаня как на смертный бой.
Было уже время окончания уроков, но Ли Сыфань не появлялся у выхода. По расспросам выяснилось — у него сейчас кружок.
Фэн Цунцун пошёл по коридору, ориентируясь на доносящиеся звуки. Слева слышалась музыка — играли на струнных, но в этой нежной мелодии смешивались странные звуки борьбы.
Проходя мимо зала для дзюдо, он невольно заглянул внутрь. Там метались белые фигуры, словно бойцы на татами устроили танец.
В центре особенно выделялся один ученик.
Кимоно сидело на нём как влитое, аккуратное тело двигалось легко, с точностью отработанной техники. Маленькое, почти детское лицо выглядело так, словно его только что вынули из холодильника, свеженькое и румяное.
Ли Сыфань.
Фэн Цунцун опустил челюсть, наблюдая, как этот с виду хрупкий мальчик раз за разом швыряет людей через плечо, словно они не люди, а подушки.
Это настолько не вязалось с его внешностью, что мозг отказывался воспринимать картину.
Фэн Цунцун, наконец, закрыл рот и сглотнул.
Вот это номер.
К нему обернулся тренер — крепкий мужчина с внимательным взглядом.
— Вы кого-то ищете?
— Э-э… Я… Я ищу Ли Сыфаня.
Мальчишка, будто не замечая Фэн Цунцуна, отбежал в сторону и принялся разминаться, лениво растягивая ноги. Только когда тренер окликнул его, он неохотно потопал к выходу.
Глазищи — огромные и внимательные — уставились прямо на Фэн Цунцуна.
Тот моментально включил режим услужливого дурачка:
— Ой, ну и жара сегодня! Учитель тебе ведро мороженого принес, давай-ка ешь, пока не растаяло.
Юноша скользнул по мороженому насмешливым взглядом и ничего не сказал.
Фэн Цунцун сцепил зубы и продолжил:
— Это… Учитель напутал. Меня уволили не из-за тебя. Утром я не должен был так говорить. Прости. Я был неправ…
Ли Сыфань моргнул, взял мороженое, открыл крышку и начал есть, неспешно, маленькими кусочками.
Червяк с облегчением выдохнул. Вот это уже по-нашему.
Красивым людям даже плюют красиво — что уж говорить про еду. Молочно-белое мороженое прилипло к уголку губ, делая их ещё ярче. Фэн Цунцун уставился, словно загипнотизированный. Чистое эстетическое наслаждение, никакой пошлости.
Но тут Ли Сыфань вдруг поморщился, отставил мороженое и рванул в конец коридора. Фэн Цунцун опешил и тут же помчался следом.
Парень вбежал в туалет и, рухнув перед унитазом, начал судорожно плеваться и сухо кашлять. Червяк засуетился вокруг, не зная, чем помочь.
И вот он уже присаживается рядом, чтобы посмотреть, как там мальцу, а в следующий миг — бах! — и его мир переворачивается.
Рефлексы у Фэн Цунцуна, мягко говоря, не чемпионские, так что до него доходит с задержкой: его руки намертво спутаны поясом от кимоно, и теперь он выглядит как плохо упакованный рулет.
— Эй… Ты… Ты что задумал?
Ли Сыфань не отвечает. С предельной сосредоточенностью он начинает стягивать с Фэн Цунцуна штаны. Дойдя до трусов, даже брезгливо морщится.
Ну хоть не воняет — на том спасибо, мелькает у Фэн Цунцуна в голове.
Подросток прижимает его к полу, а он, голый снизу, всё ещё пытается понять: это вообще реальность?
Сквознячок ласково скользит по самым уязвимым местам. И тут Фэн Цунцун понимает: нет, мать его, это не сон.
С отвратительной ухмылочкой на лице Ли Сыфань издевательски мягким голоском произносит:
— Ну что, учитель, утром у ворот школы покуражились? Наши семейные тайны чуть по громкоговорителю не разнесли. Ты меня раздел, теперь моя очередь, да?
— Я же специально пришёл извиниться..
Фэн Цунцун лежал на полу, скрученный в нелепую S-образную позу, ноги плотно сжаты, руки связаны.
— Извиняться? Да с чего бы это? Прямо как будто ты и правда виноват. Я настолько мерзкий, что даже моя мать меня терпеть не может. И почему бы мне теперь не пойти на гадость? Для поддержания репутации.
Затем Ли Сыфань флегматично поставил два грязных следа от ботинок прямо на его белых ягодицах Фэн Цунцуна, и захватив его одежду, насвистывая весёленькую мелодию, ушёл.
Фэн Цунцун, извиваясь, кое-как поднялся, дотянулся до дверного клапана и запер кабинку. Потом, голый, плюхнулся на унитаз и принялся искать выход.
Рванулся пару раз, проверяя узел. Развязался. Ну, хоть на этом спасибо. Хотя какое там спасибо? Бакалавр с дипломом, а в такой ситуации даже сообразить не может, что делать дальше.
В этот момент по школе прокатился звонок, и коридоры заполнились студентами. Группа направилась к туалетам.
Фэн Цунцун грыз ноготь, прикидывая варианты. Чёрт с ним, придумаем на ходу. Вломится кто-нибудь — скажу, что меня ограбили прямо в сортире. А там уж пусть думают, что хотят.
Но стоило ему протянуть руку к дверной ручке, как послышался смех.
Звонкий, задорный, наглый.
Холодный пот выступил у него на лбу. Ну вот скажите, а? Насколько же испорченным надо быть?! Да это ж, блядь, женский туалет!
Если он сейчас выйдет, в завтрашних газетах появится шикарный заголовок: «Извращенец в женском туалете средней школы»
Фэн Цунцун почувствовал, как жжёт в уголках глаз. Может, ну его, сунуть голову в унитаз и утопиться сразу?
Снаружи очередь становилась всё длиннее. Нетерпеливые девушки начали стучать по двери.
Фэн Цунцун вжался в стену и, затравленно моргая, уставился на свои волосатые ноги.
Прошла вечность и ещё чуть-чуть когда толпа наконец рассосалась.
Фэн Цунцун с облегчением взялся за замок, но тут…
— Учитель Фэн, открывайте.
Тело дёрнулось само собой.
О нет.
Этот маленький демон опять вернулся. Он приоткрыл дверь, осторожно высунув голову.
Ли Сыфань стоял с его брюками в руках и улыбался, будто какой-то милосердный святой.
— Ты… ты что ещё задумал…
Видя, как его штаны торжественно возвращаются владельцу, Фэн Цунцун даже почувствовал какое-то странное желание поклониться этому ребёнку.
Ли Сыфань молча наблюдал за ним. Два огромных глаза неотрывно следили за каждым его движением.
Но Фэн Цунцун не обращал внимания. Он натягивал брюки и лихорадочно соображал, как выкарабкаться из этой ситуации.
Да, он, конечно, был не без греха, но Ли Сыфань в этот раз перегнул палку. Хотя, с другой стороны, подростковый бунт — дело неизбежное.
В конце концов, разве у него самого в школьные годы не было мечты запихнуть какого-нибудь учителя в мешок и как следует отколотить? Просто этот пацан — человек действия. Если сказал, что разденет, значит разденет.
С такой точки зрения его собственное появление с голым задом в женском туалете уже не казалось чем-то особенно диким.
Застегнув ремень, Фэн Цунцун снова нацепил на себя маску учителя:
— На этот раз ты зашёл слишком далеко. Но если признаёшь ошибку и готов исправляться, значит, ещё не всё потеряно. Просто тебе стоит быть менее… радикальным в своих методах.
Ли Сыфань скривился:
— Чем тебя мать кормила? Откуда в тебе столько тупости, учитель Фэн?
Фэн Цунцун, конечно, тоже хотел бы спросить: «А ты-то что жрал, раз у тебя язык сносит сразу и меня, и мою мать?» Но, учитывая, что его собственные трусы только что вернулись на законное место, он решил сделать вид, что ничего не слышал.
Однако ребёнок не остановился:
— Ладно, ты всё равно слишком тупой, чтобы я с тобой всерьёз разбирался. А работу ты в ближайшее время не найдёшь. Так что, если хочешь, можешь дальше заниматься со мной.
Фэн Цунцун уже было собрался отказаться, но в голове мелькнула мысль:
Дома несколько ртов ждут, когда я принесу деньги. Меня-то уволили, но их никто кормить не перестанет. Настоящий мужик умеет гнуться, если надо. А этот пацан — злопамятный. Скажу «нет» — кто знает, во что выльется его психоз…
Можно ведь считать это актом благотворительности. Поправить парню мировоззрение и немного заработать — почему бы и нет?
С лицом, не выражающим ни намёка на внутренние терзания, он осторожно протянул:
— Ну… я-то не против, но без нормальной работы с деньгами сейчас туго…
Ли Сыфань помрачнел, развернулся и пошёл к выходу:
— Добавлю ещё тысячу. Дело твоё.
Фэн Цунцун расплылся в довольной улыбке и посеменил следом.
Так что «инцидент с трусами» завершился настоящим хэппи-эндом. С вещами в руках и новым контрактом в кармане Фэн Цунцун снова двинулся в дом Ли.
http://bllate.org/book/12428/1106588
