Глава 173. Глупые мечты
В его ушах журчала вода. Холодный озноб проникал от кожи внутрь тела. Неизвестная сила толкала его под ногами. Чи Чжао чувствовал себя как в ледяном погребе. Было слишком холодно. Он задрожал и медленно открыл глаза.
Вокруг не оказалось льда. Причина, по которой было так холодно, заключалась в том, что это подземная пещера, в которую не попадал дневной свет. На дне пещеры скопились грунтовые воды, доходившие ему до пояса. Температура воды была около трёх или четырёх градусов, именно поэтому Чи Чжао, стоящий в ней на коленях, чувствовал себя таким замёрзшим.
На мгновение он опешил. Юноша пошевелил руками, но обнаружил, что обе его руки и ноги погружены в воду, а сам он связан тяжёлой цепью. Поскольку на цепях было заклинание, он не смог бы вырваться на свободу, используя только грубую силу. Он попытался встать, но тут же обнаружил, что длина цепи не позволяет ему этого сделать. И в этот момент он заметил, что сидит не на дне, а на плоском камне в форме диска.
А вокруг него располагались ещё пять таких же камней в форме диска.
Пять камней окружали его, как пятиконечная звезда. На тех камнях ничего не было. Звук потока воды всё ещё звенел в его ушах. Чи Чжао не смог удержаться и нервно сглотнул. Он внезапно почувствовал, что эта сцена была ему немного знакома.
В подобных сериалах, если злодей или злая фракция собирались причинить неприятности, они всегда приходили в такое место и приносили жертвы.
По какой-то причине Чи Чжао почувствовал себя этой жертвой.
Он же не мог оказаться таким неудачником, правда?!
Пока Чи Чжао в изумлении смотрел вперёд, внезапно у входа в пещеру позади него появилась фигура. Пришедший взглянул на Чи Чжао, который уже очнулся, а затем тихо ухмыльнулся, прыгнул вперёд и появился перед юношей, приземлившись на камень перед ним. Он снисходительно посмотрел на юношу, его глаза были полны насмешки и иронии.
Глядя на чрезвычайно знакомое лицо, Чи Чжао ничего не спросил.
Он мог сохранять спокойствие, но другая сторона не могла. Пришедший приподнял бровь и некоторое время смотрел на Чи Чжао. Он был весьма разочарован тем, что не увидел паники или гнева на этом лице.
– Тебе нечего мне сказать?
У Хань Юя на лице редко проявлялись настолько явные эмоции. Чи Чжао смотрел на него несколько секунд и спросил:
– Кто ты?
Лицо Хань Юя изменилось в одно мгновение. Столкнувшись с ошеломлённым взглядом собеседника, Чи Чжао снова спросил:
– Хань Юй уже мёртв?
Чи Чжао нельзя обвинять в том, что он задал этот вопрос. В конце концов, в мире совершенствования человек, подвергшийся захвату, обычно мёртв, даже без возможности реинкарнации.
Живя в этом мире, Чи Чжао всегда обращал внимание лишь на Линь Чанфэна. Он узнал от Системы, что все эти миры являлись виртуальными. Хотя всё может казаться очень реальным, растения, деревья, каждый человек и каждый объект – на самом деле подделка. Он не испытывал интереса к другим во-первых, потому что хотел максимально использовать своё время с Линь Чанфэном, а во-вторых, потому что он не хотел развивать чувства к чему-то, чего не существует. Односторонние чувства всегда грустны, а он не хотел грустить.
Но поскольку он слишком долго был безразличен к остальному миру, хотя и был чрезвычайно зол именно в этот момент, он не показал этого. Только его руки, погружённые в воду, были так крепко сжаты, что костяшки пальцев побелели.
«Хань Юй» склонил голову. Спустя краткую секунду он усмехнулся:
– Впрочем, ты ведь всегда готов прийти на помощь другу. Я лишь временно овладел его телом. Не волнуйся, некоторое время он не умрёт…
Голос Хань Юя находился между голосом подростка и голосом молодого человека. Как только он закончил, за спиной Чи Чжао раздался ещё один лёгкий и очаровательный голос:
– Что до меня, разве ты не узнаешь, если оглянешься?
Чи Чжао подсознательно обернулся и увидел молодую женщину лет двадцати, с улыбкой смотрящую на него. Её внешность можно описать только как потрясающе красивую, и даже Чи Чжао, который ничего не чувствовал по отношению к женщинам, был тронут. В последний раз Чи Чжао испытывал подобное чувство, когда повстречал лидера секты Хэ Хуань.
Думая об этом, Чи Чжао наполовину догадался, наполовину спросил:
– Ты прав…
Прежде чем он успел закончить говорить, позади него раздался глухой удар. Чи Чжао опешил. Он быстро обернулся и увидел, что источником громкого шума оказался Хань Юй. Его тело рухнуло вниз, и теперь верхняя половина погрузилась в воду, а нижняя осталась на камне. Глаза Чи Чжао расширились. Он хотел поспешить, чтобы помочь Хань Юю встать, но прежде чем смог подняться, мощная сила вернула его на место.
Он не мог отойти даже на полсантиметра от камня.
Этой же техникой женщина легко приземлилась на камень. Она посмотрела на Хань Юя как на неодушевлённый предмет. От лёгкого удара ногой Хань Юй упал в воду, и она продолжила смотреть на Чи Чжао.
Отвращение в глазах женщины было очевидным, но оно было обращено не к Чи Чжао, а к произнесённым им словам:
– Я не из Хэ Хуаня. Даже не связывай меня с этой сектой.
Всплыло несколько пузырей. На этот раз Чи Чжао был умнее. Зная, что его ноги не могут двигаться, он вместо этого переместил верхнюю часть тела и протянул руку, чтобы схватить одежду Хань Юя. Он поспешно притянул его к себе. Поднялись брызги. Чи Чжао почувствовал, как Хань Юй схватил его за руку, поэтому он знал, что тот в сознании. Он приложил силу, и ему вскоре удалось вытащить Хань Юя.
Контроль над телом другого человека. Это можно сделать, только достигнув стадии Разделения души, и обычно никто не использовал этот метод, потому что на него тратилось слишком много энергии. Кроме того, люди, телами которых могут управлять находящиеся на стадии Разделения души, должны находиться на стадии Заложения основания или ниже. Такой крупный босс обычно не пожелал бы тела такой мелочи. Те, кого контролируют, помнят, что делают, пока находятся под контролем, и если они достаточно сильны, то могут фактически обнаружить человека, который их контролирует, так что это может быть довольно рискованно.
Нынешнее выражение лица Хань Юя было очень плохим. Сначала он взглянул на закованного в цепи Чи Чжао. Этот его взгляд был наполнен чувством вины и сложными эмоциями. Он не осмелился посмотреть прямо на Чи Чжао, поэтому быстро отвернулся.
Он резко встал из воды и спросил сидящую перед ним женщину:
– Левый хранитель, зачем вы это делаете?!
Левый хранитель?
Звучало знакомо.
Чи Чжао был ошеломлён на некоторое время и, наконец, он выкопал имя из глубины своей памяти.
Левый хранитель дворца Лиян, Мэн Синьсяо, а также героиня четырёхстороннего скандала, потрясшего мир совершенствования.
Мэн Синьсяо медленно подняла веки. Глядя на Чи Чжао, она фальшиво улыбалась, но когда она смотрела на Хань Юя, её лица выглядело очень холодным. Если бы кто-то посторонний увидел это, он бы подумал, что Мэн Синьсяо очень ненавидит Хань Юя и относится к нему хуже, чем к Чи Чжао, но только люди из дворца Лиян знали, что чем ближе она к кому-то, тем равнодушнее она ведёт себя. Они с Чи Чжао не знакомы, поэтому она смогла справиться с ним без колебаний, но к своему младшему брату она всё ещё питала некоторую привязанность.
Холодно глядя на Хань Юй, она спросила в ответ:
– Разве ты уже не знаешь этого? Почему ты спрашиваешь меня сейчас?
Мэн Синьсяо контролировала тело Хань Юя в течение четырёх часов. Транспортировка Чи Чжао и Хань Юя в эту пещеру, казалось, исчерпала все её духовные силы, поэтому в настоящее время она была полностью беззащитна. Если бы Чи Чжао мог двигаться, эти два ученика смогли бы убить её и поглотить её духовную силу. И таким образом, даже если бы она была бессмертной, она не смогла бы противостоять им. Она воспользовалась доверием Чи Чжао к Хань Юю, чтобы привести его сюда, и тогда она должна была снять свой контроль, но она продолжала контролировать Хань Юя и многое сделала с его телом. С каждой секундой контроль над Хань Юем становился всё опаснее для неё самой.
Хань Юй не понимал. Он действительно не мог понять.
– Всё это только для того, чтобы воскресить убийцу?! Вы причинили боль такому количеству людей и даже не жалеете за это своей жизни?! Вы не в своём уме?!
Лицо Мэн Синьсяо всегда выглядело очень безразличным, но, услышав слова Хань Юя, она резко села и посмотрела прямо на него:
– Мастер Цинхэ не убийца. Убийцы – это те, кто убил его.
С того момента, как Чи Чжао понял, что похоже стал жертвой, которую собирались отдать на заклание, он задавался вопросом, зачем они привели его сюда. У него ничего не было, и единственное, что отличало его от других, – это его духовный корень Инь. С духовным корнем Инь можно сделать не так уж много вещей, поэтому Чи Чжао было нетрудно угадать их намерения. Теперь, глядя на Мэн Синьсяо, он чувствовал, что что-то не так.
Мэн Синьсяо, похоже, не была вдохновителем. Когда она упомянула большого злодея, покойного Мастера Цинхэ, хотя её лицо было серьёзным, а слова уверенными, она не выглядела сумасшедшей, готовой сделать всё, чтобы воскресить его.
Более того, Хань Юй только что упомянул, что она причинила боль множеству людей…
Какие люди? Разве их здесь не трое? Были и другие жертвы?
Как оказавшийся в наиболее опасной ситуации, Чи Чжао был самым спокойным. Потому что он считал, что его мир не будет таким уж смешным. Он определённо сможет сбежать, спутник Дао обязательно придёт и спасёт его, но по возможности он также должен попытаться спастись, чтобы не тащить Линь Чанфэна вниз.
Чи Чжао огляделся и попытался небрежно спросить:
– Вы хотите воскресить Мастера Цинхэ? Разве тот, кто тебе нравится, не Мастер Юаньхэ?
При упоминании Мастера Юаньхэ лицо Мэн Синьсяо на мгновение исказилось:
– Не говори мне про этого лысого осла! Полная чепуха. Этот хранитель влюблена в него? Если бы не пагода Золотой жабы в его руках, зачем кому-то вроде Лу Си и меня связываться с этим парнем?
Пагода Золотой Жабы была священным артефактом школы Линшань. Ходили слухи, что она может спасти людей с рассеявшейся душой и помочь собрать её.
Чи Чжао на мгновение был ошеломлён. То есть эти четырёхсторонние любовные отношения были фальшивкой? Мэн Синьсяо и Лу Си подобрались к Мастеру Юаньхэ только ради пагоды Золотой Жабы?
Слух о том, что Мэн Синьсяо любила Мастера Юаньхэ, ходил ещё сто лет назад. Прошло почти сто лет, и, несмотря на то, что она так и не смогла его получить, она никуда не торопилась, но два года назад она начала беспокоиться. Видя, что она не может этого сделать, она даже заставила Лу Си, у которого уже был спутник Дао, покорить Мастера Юаньхэ.
Почему она вдруг забеспокоилась? Произошло ли это из-за внешности Чи Чжао?
Шестьсот лет назад Мастер Цинхэ самоуничтожился. Говорили, что он позволил разрушить своё тело из-за отклонения Ци, в результате его душа рассеялась, и даже его труп не удалось найти. Мэн Синьсяо солгала, что влюбилась в Мастера Юаньхэ, чтобы заполучить пагоду Золотой Жабы, а затем они похитили его…
Чи Чжао выругался про себя. У него появилось ощущение, что он, вероятно, был сосудом.
Четырёхсторонние отношения действительно были фальшивыми. Отношения Мэн Синьсяо и Лу Си были очень хорошими, и они обе входили в число четырёх фей дворца Лиян. Не только любовь Мэн Синьсяо к Мастеру Юаньхэ была подделкой, то же самое случилось триста лет назад, когда Фея Лу Си и Даос Фэйю стали спутниками Дао. Фея Лу Си согласилась на это только для того, чтобы подслушать секреты секты Чжао Тянь.
Как и Мэн Синьсяо, фею Лу Си вообще не интересовали мужчины. Причина появления слухов о четырёхсторонних отношениях заключалась в том, что в то время им требовалась отвлекающая тема.
В то время их действия были слишком явными и частыми. С внезапным появлением Чи Чжао им представилась отличная возможность, поэтому планы, которые изначально были неспешными, теперь понадобилось быстро осуществить. Чтобы исчезновения не стали сенсацией, Мэн Синьсяо и Лу Си объединились, распространяя слух о четырёхсторонних отношениях с Даосом Фэйю и Мастером Юаньхэ. Такие вещи, как свидания на одну ночь и месть, служили дополнительными украшениями.
Чи Чжао хотел задать ещё вопросы, но позади него внезапно раздался холодный голос:
– Синьсяо, тебе лучше отдохнуть.
Увидев человека, появившегося у входа, Мэн Синьсяо привычно выпрямилась и склонила голову, демонстрируя смирение:
– Да, глава секты.
Глава секты…?
В голове Чи Чжао со щелчком загорелась лампочка.
Улики, которые он упустил из виду, теперь, наконец, соединились. Мэн Синьсяо была левым хранителем. Даже если у неё хорошие отношения с Феей Лу Си, она не смогла бы вовлечь её в воскрешение Мастера Цинхэ. Более того, она использовала Хань Юя, чтобы поймать его. Если бы Хань Юя не оказалось рядом, а она захотела бы, чтобы он ослабил бдительность, это было бы довольно сложно осуществить.
Даже с пагодой Золотой Жабы Мэн Синьсяо вела долгую битву более ста лет, поэтому потратить несколько лет на его захват также не было проблемой.
Был только один человек, который мог заставить четырёх фей дворца Лиян подчиняться ему и отправить так много мастеров-практиков в тайное царство.
Это была глава секты дворца Лиян. Три года назад именно она спросила Хань Юя, хочет ли он присоединиться к её секте в качестве личного ученика.
Чи Чжао всё ещё отчётливо помнил взгляд, которым глава секты Ван Луань смотрела на него, потому что она сильнее всех остальных отреагировала на известие о том, что он имеет духовный корень Инь. В то время он думал, что Ван Луань смотрит на него, как на монстра, но теперь, когда он снова подумал об этом, ему показалось, что тогда она смотрела не на монстра, а на чрезвычайно невероятную вещь.
Оказалось, что с того времени он стал мишенью. Она приняла Хань Юя, вероятно потому, что видела их с ним близкие отношения.
Всё произошло слишком внезапно. Когда Ван Луань подумала, что сможет забрать Чи Чжао себе, он уже согласился присоединиться к секте Чжао Тянь. Ничего не поделаешь. Она могла только отступить на шаг назад и сделать всё возможное, приняв его друга, Хань Юя. В то время она не ожидала, что Хань Юй окажется полезен, она приняла его в свою секту только в качестве запасного плана. Просто так случилось, что, в конце концов, именно этот запасной план помог ей поймать Чи Чжао.
То, о чём мог додуматься Чи Чжао, естественно мог понять и Хань Юй. Его глаза, смотрящие на главу секты Ван Луань, стали бдительными и острыми. Лидер секты Ван Луань всё ещё носила чадру. Она даже не взглянула на Хань Юя и просто приказала людям позади неё:
– Никто не вернулся живым из тайного царства Море фантазий. Мэн Ги, займи место Фэн Се и сядь на камень огня.
Золото, дерево, вода, огонь, земля. Мэн Синьсяо села на камень земли, а женщина по имени Мэн Ги села на камень огня. Чи Чжао смог лишь выразить некоторый шок. Неужели весь дворец Лиян находился под контролем главы их секты? Весь дворец Лиян готов воскресить Цинхэ?
Вход был очень узким и мог вместить только одного человека. После того, как подошла женщина по имени Мэн Ги, появились мужчины разной внешности. Все мужчины во дворце Лиян были спутниками Дао учениц, так что среди них не было лиц на вид лет семидесяти или восьмидесяти. Однако в этой группе мужчин был старик. Это означало, что он, вероятно, не из дворца Лиян.
Глаза, которыми он смотрел на Чи Чжао, были почти фанатичными. Этот человек выглядел абсолютно сумасшедшим.
Чи Чжао осторожно посмотрел на него. Ван Луань проинструктировала последнего вошедшего:
– Форму можно активировать. Начни кровопускание.
К-кровопускание?
Чи Чжао был ошеломлён. Хань Юй, стоявший рядом с ним, внезапно забеспокоился. Он бросился к Ван Луань и крикнул:
– Нет! Вы не можете этого сделать. Все они невиновны. Почему вы используете их жизни в обмен на жизнь Мастера Цинхэ?! Вот так вы идёте против небес. Пожалуйста, Учитель. Остановись! Я умоляю тебя!!!
Чи Чжао изначально думал, что кровопускание, упомянутое Ван Луань, предназначено ему самому, чтобы он истёк кровью, но теперь, оглядываясь назад, он взглянул на единственное место, которого раньше не замечал.
Прямо над его головой висело множество клеток, сделанных из того же материала, что и цепи, которыми был скован он сам. Внутри них сидели люди, все бледные и слабые. Они выглядели будто мёртвые, и только небольшие движения рёбер указывали, что они всё ещё живы.
Чи Чжао тоже увидел там знакомого. Юй Мочэнь больше не был таким энергичным, как год назад, и его одежда выглядела грязной и изодранной. Одна из его рук безжизненно свисала с края клетки, и на ней, казалось, была засохшая кровь.
Всего насчитывался восемьдесят один совершенствующийся, все они находились на стадии Формирования ядра или выше, но в этот момент они выглядели как рабы в древние времена, заключённые в клетку, совершенно без сознания. Некоторые были заключены в тюрьму всего на несколько месяцев, в то время как другие находились в заключении уже тысячи лет.
Чи Чжао понятия не имел, как будет происходить воскрешение, и всё происходящее казалось нереальным. Только в этот момент он понял, что действительно попал в опасную ситуацию.
Чтобы делать такие вещи, насколько они должны быть сумасшедшими?
Глаза Чи Чжао теперь, наконец, наполнились страхом. Ван Луань увидела это и даже слегка улыбнулась. Её улыбка была спрятана под вуалью, чтобы никто не увидел, но прежде, чем кто-либо мог заметить её, эта улыбка уже исчезла.
Потому что она услышала звук взлома.
Этот человек убивал учеников и охранников снаружи. Он в одиночку перерезал глотки любому, кто пытался остановить его, используя меч, который изначально использовался для защиты мира. Его совершенно не затронули формирования, оставленные по пути, и он продолжал неуклонно приближаться.
Всё ближе и ближе.
*Бум!*
Узкий вход был прорезан ударом меча. Этот удар также прорезал маленькую дырочку на вуали Ван Луань. Она слегка прищурилась и посмотрела на мужчину, внезапно появившегося перед ней, который выглядел ужаснее любого демона.
А после снова улыбнулась.
http://bllate.org/book/12388/1104891
