***
Я не осознавал происходящее, пока не зашёлся в припадке кашлем и не сделал вдох. Казалось, все мои чувства были обострены. Даже то, как раскрываются лёгкие и наполняются воздухом, ощущалось слишком отчётливо. Я чувствовал скребущую боль в горле, вызванную приступом тошнотворного кашля, и ощущал вкус грязи и слюны, вытекавших изо рта. Когда я сел, чтобы перевести дух, всё моё тело внезапно пробрала неконтролируемая дрожь.
Только тогда фрагменты прошедших событий стали всплывать в голове. Память вернулась быстро. Запоздало до меня дошло, что грязь, вытекающая изо рта – из болота. И тут же осознал причину, по которой весь промок и причину, по которой я так судорожно пытался отдышаться. Как и осознал присутствие <Джерома> рядом.
<Правда чуть не убил его>.
Послышался тихий голос. У меня даже не было сил ответить. Тело сотрясала дрожь, и я всё никак не мог откашляться.
<Нет. Мог бы оставить его там ещё на чуть-чуть>.
Вот тогда в тот момент меня и осенило. Это <Джером> заговорил позднее. Был кто-то ещё! Я поспешно открыл глаза, но тут же зажмурился, поскольку в них попала грязь. Глаза щипало и жгло, и я тёрся лицом о траву, пытаясь вытереть его. Рядом раздался низкий смех <Джерома>.
<Думаю, он уже пришёл в себя>, – произнёс парень.
Неизвестный ответил ему:
<Протри ему лицо вот этим. Должно быть, в глаза попала грязь>.
<Ага. Давай сюда>.
Внезапно кто-то толкнул меня в плечо, и я упал спиной на траву. И тут же почувствовал тяжесть на себе – этот кто-то сел сверху. Крепкой хваткой руки неизвестный схватил меня за лицо и зафиксировал. А в следующий момент на меня хлынула холодная вода. Рука, державшая мой подбородок, параллельно вытирала лицо, пока стекала вода. Смывая грязь.
В ноздрях и во рту ещё застряли комки грязи, но это мало волновало. Я резко открыл глаза. Однако из-за влаги пришлось пару раз проморгаться, прежде чем зрение прояснилось.
Человеком, сидевшим у меня на талии, конечно, оказался <Джером>. В ярком лунном и звёздном свете удалось разглядеть очертания его лица. Открыв рот и делая глубокие вдохи и уставился на него. И только тогда вопросы, вперемешку со страхом, захлестнули мой разум.
"Откуда <Джером> узнал, что я поджидаю его в конюшне?"
"Откуда <Джером> узнал, что направляюсь к <Келли>…?"
"Действительно ли это было потому, что <Джером> – тот противник, который мне не по зубам?"
Нет. У <Джерома> был сообщник. Тот, кого я не знал, на кого не обращал внимания, и кто всё это время тайно наблюдал за мной. В памяти промелькнул разговор с Джорджем, который состоялся накануне вечером, тогда он сказал мне:
<Если планируешь сделать <Джерома> своим врагом, то знай, что в этой школе никто не встанет на твою сторону>.
Когда я растерянно моргнул, <Джером> нежно погладил меня по щеке. Я завороженно смотрел в его ярко-зелёные, такие же жуткие, как у рептилии, глаза. Волоски на затылке встали дыбом. По позвоночнику пробежал холодок, а тело сотрясла дрожь. <Джером> удобно устроился верхом на моей талии, внимательно изучая каждое моё движение, наблюдая за каждой сменяющейся эмоцией.
<Ты очнулся, Рэймонд? Узнаёшь меня?>
Я не ответил. Тогда <Джером> обеспокоенно посмотрел на меня.
<Ты же просто не в настроении, да? Не стал же дурачком. Иначе какой смысл был тебя спасать>.
От его слов меня охватил ужас. Снова… я не мог снова оказаться в том болоте. Поэтому пошевелил языком, до сих пор ощущая во рту грязь, и крикнул грубым срывающимся голосом:
<Сукин ты сын! Ты п-правда пытался меня у-убить!>
<Джером> радостно засмеялся.
<Как и думал, ты крепкий парень, Рэймонд>.
Потом оглянулся и произнёс:
<Разве я не прав?>
Последовав примеру <Джерома>, я перевёл взгляд в ту сторону, куда он смотрел. Однако человек, к которому обращались, стоял в нескольких шагах позади, поэтому не мог разглядеть его лица. Заметив мой взгляд, <Джером> ухмыльнулся и встал. Сделал шаг в сторону.
<Ах, наконец>, – сказал он, – <мой любимый момент>.
А затем обратился к человеку, скрывающемуся в тени:
<Рэймонд хочет видеть твоё лицо. Подойди и покажись ему>.
И неизвестный сделал шаг вперёд. И ещё один. Сначала в поле зрения возникла нижняя часть тела, затем верхняя – и когда он сделал ещё один шаг, я увидел его лицо. Мой разум словно опустел.
"Какого... почему..."
Я не мог поверить в это..... Дыхание вновь перехватило, казалось, будто снова тону в том болоте. Ощущение было такое, словно у меня в горле вновь застрял ком грязи.
Скривив лицо от чувства безысходности, я посмотрел на <Саймона> опустившегося на колени передо мной. После он произнёс:
<Неверно. Это наш любимый момент, а не только твой>.
Отчаяние вонзилось в моё сердце, как лезвие хорошо заточенного кинжала. В тот миг всё стало незначительным. Ощущение переполняющей эйфории оттого, что мне удалось выжить – рассеялось точно дым. И я совсем позабыл о жжении в глазах и боли в горле из-за сильного кашля.
Широко раскрытыми глазами смотрел на <Саймона>. Стоя на коленях передо мной, он гладил рукой мои волосы – той же тёплой, ласковой рукой, которой бережно ухаживал за моими ранами и обрабатывал их. Прикосновение его руки к моим грязным, мокрым волосам напомнило мне об одном моменте, произошедшим относительно недавно.
В дождливый день, когда я вернулся с конюшни после сокрушительного поражения от <Джерома>, мы стояли в ванной лицом к лицу и смотрели друг на друга. <Саймон> зачесал назад прядь моих грязных волос и сказал, что поможет мне. Я помнил это настолько ярко, будто это было вчера. Ведь именно с того дня я полностью доверился <Саймону>. И наивно полагал, что он на моей стороне. <Саймон>... С <Саймоном>….
Ровно в этот же момент он произнёс:
<Это именно то выражение лица, которое я ожидал увидеть, Рэймонд>.
Я даже ничего не мог сказать в ответ. И просто молча смотрел на него в смятении.
Подошедший ближе <Джером> опустил руку на плечо <Саймона>.
<Похоже, он действительно тебе доверял. Несчастный Рэймнод. Бедный Рэймонд. Очаровательный Рэймнод>.
<Саймон>, пристально наблюдавший за мной, поднялся на ноги. Оба парня угрожающе нависали надо мной, переговариваясь друг с другом:
<Надо забрать его с собой и привести в порядок>, – сказал <Саймон>.
<Верно. Я бросил его в болото, и теперь он воняет>, – ответил <Джером>.
<Только не в моей комнате. Там Джордж>.
<Джордж знает, что ты уехал?>
<Да. Он не должен меня видеть до воскресенья>.
<Тогда пойдём ко мне>.
В этот же момент оба одновременно опустили взгляд на меня. К тому времени я ещё не оправился от шока и лишь непонимающе смотрел на <Саймона>.
Поведение моего соседа по комнате ничем не отличалось от его обыденного. Неприветливое выражение лица, несколько грубоватый тон голоса, безупречная осанка, расправленные плечи, ни единой складочки на одежде – всё осталось прежним. Единственное отличие заключалось в том, что его предплечья были измазаны грязью, то же самое касалось его обуви и брюк в области бёдер. Вероятно, именно он вытащил меня из <Келли>.
"Как долго он наблюдал за мной? С каких…каких пор? Очевидно, глупый вопрос. Разумеется, с самого начала. С первого дня. С того самого дня, как я впервые прибыл в Блюбелл, дрожа от холода".
Ещё с того момента, как меня толкнули в болото и до сих пор – руки оставались связанными. И меня вновь погрузили поперёк седла лошади лицом вниз, точно какой-то груз. По неизвестной причине парни не пошли по беговой дорожке <Саймона>. Они свернули на грунтовую тропинку в лесу, будто там пролегал известный им короткий путь. <Саймон> шёл впереди с фонариком, а <Джером> следовал за ним, держа поводья.
Оба не разговаривали. <Саймон> просто шёл молча, а <Джером> всё, что делал – это напевал себе под нос или кидал пару фраз лошади. Желание сопротивляться полностью исчезло, когда меня погрузили поверх седла. Теперь не имело смысла продолжать бороться. Это привело бы только к тому, что я выпал бы из седла и был бы растоптан копытами разъярённого животного или получил бы ещё одно наказание от <Джерома> и <Саймона>. В данной ситуации я был слаб. А если планировал отомстить им, то для начала следовало признать ситуацию, в которой я оказался.
Я проиграл.
Один раз.
Ах, <Саймон>. Как я мог не обмануться его поступками? Ведь в его самоотверженности ни капли не сквозило дурными намерениями. Он не был эгоистичен и при этом не был робок в той мере, чтобы вызывать подозрения. И я свято верил, что он на моей стороне. Впервые со смерти отца почувствовал, что могу на кого-то положиться. И доверился тому, кому не следовало.
Предательство <Саймона> стало для меня шоком. Однако и череда событий этого вечера были не менее шокирующими. <Джером> без каких-либо колебаний попытался убить меня. В конце концов, он лишь запугивал, чтобы добиться моего подчинения, но и это не исключало того, что из-за него я оказался на грани жизни и смерти.
Это также показало мне, что при сильном желании <Джером> мог убить меня в любой момент. Хотя, именно благодаря столь экстремальному поступку <Джерома>, потрясение из-за предательства <Саймона> относительно быстро сошло на нет.
Всё обезумело. И я бы точно вцепился бы им в глотки, если бы стал размышлять о столь тривиальных вещах, как: каждый из них нормальный или нет или кому следует верить, а кому нет. Что же касается <Саймона>... мне пришлось выкинуть из головы сам факт его предательства. Теперь оставалось выяснить только одно.
Сейчас я мог соотнести некоторые моменты, связанные с <Джеромом>, которые до этого не понимал. Откуда <Джером> так много знал обо мне? Почему он всегда был подготовлен ко встрече со мной? Всё потому, что у него имелся помощник в лице <Саймона>. Нет, назвать его помощником – неуместно. Потому как они с самого начала были в сговоре. Чертовски милая парочка, которая идеально подходила друг другу.
Я был полностью побеждён ими, и теперь мне оставалось только терпеть, пока мне не развяжут руки или пока не представится подходящий момент. Месть – это про выжидание. И пять лет моего послушания и заточения в доме Джулии были предназначены исключительно ради мести. Терпеть и выжидать не составляло для меня труда. Я хорошо этого выдерживал. И даже нынешний позор был терпим. Как и предательство <Саймона>.... я мог выдержать это. Теперь этот парень считался всего лишь подлым врагом, таким же, как и <Джером>.
Однако к ним у меня имелся один вопрос. Я хотел знать всего один единственный ответ. Ведь сколько бы об этом ни думал об этом, никак не мог понять.
"Почему? Почему я? Почему из всех людей именно я? С появлением <Саймона> я осознал, что они следили за мной ещё с первого дня моего появления в этой школе. И теперь мне стало любопытно. Почему, ничего не зная обо мне, они с самого начала прилагали столько усилий, чтобы подчинить меня себе?"
Хотел услышать ответ.
Мы, наконец, выбрались из леса, полагаясь только на фонарик и лунный свет. И то место, куда мы вышли – за конюшни. <Джером> стащил меня с седла и уложил лицом в траву. <Саймон> подошёл, сел мне на спину и крепко сжал мою шею. Дыхание перехватило. Тем временем <Джером> увёл своего коня прочь.
Я не мог произнести ни слова, потому что <Саймон> крепко держал меня. Через некоторое время появился <Джером>, один. И когда он опустился передо мной на корточки, <Саймон> ослабила хватку на шее.
<Сейчас мы войдём в общежитие, если ты станешь шуметь или начнёшь сопротивляться, у тебя будут проблемы>, – мягко произнёс <Джером>.
Я поднял на него свирепый взгляд.
<И что? Заткнёшь мне рот кляпом?>
<Я не могу так рисковать. Знаю, тебе сегодня пришлось через многое пройти, и мне жаль, что приходится это делать…>.
<Джером> забрал фонарик у <Саймона>. Не понимая, что парень собирается сделать, я просто хмуро наблюдал за ним.
В этот момент <Саймон> внезапно засунул мне в рот свой носовой платок. А <Джером> схватившись не за ручку фонарика, а за его основание, пояснил:
<Боимся, что ты прикусишь язык>.
И только после этих слов понял, что <Джером> планировал. Он ударил меня по затылку рукояткой фонаря. Зрение помутилось, а затем я потерял сознание.
http://bllate.org/book/12384/1104538
