С того дня я стал чаще смотреться в зеркало. Я то и дело проверял свою внешность. Заглядываться на своё отражение в витринах магазинов было пустяком. Теперь в моей сумке всегда лежало зеркало.
Конечно, сколько бы я ни смотрел, моё лицо оставалось таким же заурядным. Я понимал, что у Ча Джэ У не было причин лгать, но всё равно казалось, что он меня обманул.
Будто кто-то вылил яд на цветущий сад в моей голове — за несколько дней все цветы завяли. Чтобы убедиться, что слова Ча Джэ У были ложью, я снова и снова всматривался в своё отражение.
Это было крайне бессмысленно. К тому же, со стороны окружающих выглядело довольно странно.
— Эм, Хэюль-оппа, ты, случайно, не встречаешься с кем-то?
— А?
— Ну… Просто похоже на то.
Лишь когда со мной заговорила первокурсница, с которой я едва ли когда-либо общался, я понял, что снова разглядывал себя в отражении телефона.
Будто что-то изменится, если я буду смотреть. Даже слышалось несуществующее замечание: «Что ты там высматриваешь?» Хотя, конечно, девушка ничего подобного не говорила.
— А, ха-ха. Нет, мне показалось, что что-то прилипло.
Я неловко оправдался и убрал телефон в карман.
— Правда? Хм… Но у вас ничего нет.
— Ах, спасибо.
Доброжелательная первокурсница внимательно посмотрела на моё лицо и улыбнулась. Я в ответ кивнул и тоже улыбнулся.
Кстати, как же её зовут?..
Я пытался вспомнить, но имя не приходило в голову.
Мы пару раз пересекались, перебрасывались парой фраз — в основном, когда рядом был Ким Гону, который знал всех и вся в нашей кафедре. Но чтобы я сам запомнил её имя? Вряд ли.
Вообще, у меня неважная память на имена. Да и, если честно, я всегда общался в одной компании, поэтому не считал нужным запоминать других.
— Эм… Я Ын А. Вдруг вы не помните…
К счастью, девушка сама представилась, прежде чем я начал ломать голову. И тут же всплыли воспоминания: да, она уже говорила мне своё имя, когда здоровалась в первый раз. Тогда рядом был Ким Гону, и он почему-то покраснел. Я ещё подумал: и на что только рассчитывает?..
— Точно. Помню.
— Правда?
— Эм… Хотя на секунду забыл.
Можно было просто сказать «да», но мой чересчур честный язык решил выдать правду. Атмосфера тут же стала неловкой. Я натянуто улыбнулся. Ын А тоже.
— Ты тоже этот курс слушаешь?
— Да, я всегда здесь сижу.
— А, понятно.
Атмосфера снова стала странной.
Ещё бы — она сидела прямо передо мной. Ах, точно! Теперь я вспоминал, как она всегда занимала место рядом с Ким Гону. Да, память у меня работает с опозданием.
— Прости. У меня плохая память.
— Да ничего! Мы же ни разу не разговаривали один на один. Можно понять, что вы меня не запомнили. Тем более у вас, наверное, много таких, как я.
— Эм… Ну, да.
Хотя я был на втором курсе, после армии я оказался старше большинства девушек. Да и в нашем факультете каждый год было много первокурсников, так что встречать новых людей приходилось постоянно.
Ким Гону, который всех помнил и со всеми здоровался, вообще казался мне невероятным человеком. Так что я был ей благодарен за понимание.
А то Гону вечно меня упрекал за то, что я не запоминаю имена, и меня это немного раздражало.
— Кстати, Гону-оппа что-то задерживается.
— Ага. В его стиле.
— А, кажется, он вчера говорил, что собирался пить.
— Понятно.
Вчера я снова был слишком занят, водя новичков, а потом просто заперся в комнате и рухнул спать. А Ким Гону, значит, спокойно пошёл пить.
Услышав об этом не от него самого, я только усмехнулся.
Хотя, конечно, у Гону не было ни единой причины рассказывать мне такие вещи. Да и даже если бы сказал — я бы всё равно не пошёл.
В целом, меня устраивала моя жизнь. Просто в последнее время меня немного раздражало видеть лицо Ча Джэ У.
Как он и говорил, председатель Чан не появился, приведя доводы о том, что оправдания Ча Джэ У не имеют смысла. Я тогда подумал: ну, конечно, это же бред…, но всё равно чувствовал себя глупо, что хоть на секунду поверил.
И не только я.
"Вот как. А я-то думаю, почему он так за тебя впрягается."
Даже Ким Соль, который позвонил мне уже на следующий день после этого случая, отреагировал так же.
Похоже, слова Ча Джэ У разлетелись повсюду, ведь
Ким Соль, хотя я ему ничего не говорил, уже всё знал.
Более того, он, кажется, поверил в это.
Я не мог рассказать ему правду, поэтому просто посмеялся и сменил тему.
Но было странно, что он так легко это принял.
Именно поэтому я снова и снова смотрел в зеркало.
Вдруг в какой-то момент я тоже соглашусь. Хотя, конечно, сколько ни смотри, лицо не изменится.
— Ын А.
— Да?
— Как я выгляжу?
— …Что?
Вообще, если все уже согласились с этим, то и вопрос был закрыт. Мне незачем было цепляться за это и продолжать думать.
Но человеческие эмоции не всегда идут в ногу с логикой.
Я хотел услышать, что он просто всех обманул, что это не правда, а просто удачное совпадение.
Если бы не это, мне было бы слишком трудно игнорировать зарождающиеся внутри ожидания.
Потому что если я признаю, что Ча Джэ У действительно так меня видит, то снова утону в иллюзиях.
А этого нельзя допустить. Надо же иметь хоть каплю совести.
Это ведь абсурд — уже решив, что мои чувства ненастоящие, всё равно хотеть, чтобы Ча Джэ У заинтересовался мной. Уже глупо, что мне так важно, как я выгляжу в его глазах. И хочется, чтобы выглядел лучше.
— А, ну…
— Забудь. Всё нормально.
Я быстро замахал рукой. Глупо спрашивать такое у младшей, тем более с которой даже не особо знаком.
Она всё равно скажет только приятные вещи.
— Вы… красивый…
Ну вот, по сути, я просто заставил её сказать то, что сам хотел услышать.
Я усмехнулся, глядя на Ын А, у которой уже проявлялись задатки мастера светской беседы.
— Да ладно. Я знаю, что не красавец. Просто спросил.
— Нет, правда так думаю.
— Спасибо. В любом случае, впервые слышу такое — приятно.
Впервые в жизни я услышал такое.
Если подумать, я вообще никогда не слышал, чтобы кто-то говорил что-то о моей внешности.
— Простите.
Я хотел просто подумать, что моя внешность настолько обычная, что о ней даже не стоит упоминать. Но Ын А почему-то посчитала нужным извиниться, как будто окончательно поставив точку в этом вопросе.
Ну зачем, могла бы просто остановиться на комплименте…
Я уже собирался просто кивнуть, но вдруг…
— На самом деле, как бы сказать… У вас очень красивое лицо.
— …Что?
— Ах, точно! Гону-оппа говорил, что вы не любите, когда вас называют красивым, и попросил нас не говорить так…
— Что?
— Среди одногруппников мы часто обсуждали это.
Говорили, что вы слишком красивый, и рядом с вами чувствуешь себя блекло.
Что за бред?
— У вас черты лица очень изящные, лицо маленькое, кожа просто идеальная, да ещё и такая светлая… Кстати, мне давно хотелось спросить, какие средства по уходу...
— …
— Ой, нет, нет, простите! Обещала не говорить об этом, а в итоге слишком разболталась. Просто вы сами спросили про внешность, и я… не удержалась.
— …
— Но вы и правда красивый! Хотя при этом есть и что-то мужественное… В общем, да…
Горящая от смущения, Ын А замялась и осеклась.
Кажется, она уже сказала всё, что могла. Но мне было трудно поверить, что это действительно обо мне.
Никогда в жизни я не слышал ничего подобного.
Даже не задумывался об этом.
— Ын А, что случилось? Этот гад что-то сделал?
Тут в аудиторию наконец вошёл Ким Гону и сразу же обратился к нам.
Видимо, его насторожило, что Ын А стояла вся красная и не знала, куда себя деть.
А я, честно говоря, вообще не заметил, когда он вошёл. Был слишком погружён в свои мысли, переваривая сказанное.
— А? Н-нет!
— Тогда почему у тебя лицо как помидор?
— Просто… Мне кажется, я что-то не то сказала. Хэюль-оппа, правда, простите.
— Эм? Нет, нет, всё нормально, не за что извиняться.
Я с запозданием замахал руками. Почему она вообще так часто извиняется?
Комплименты — это одно, но почему столько сожаления?
Хотя, погоди… Я когда-нибудь говорил, что мне не нравится, когда меня называют красивым?
Вспомнив слова Ын А о том, что Гону просил всех не говорить так, я машинально перевёл взгляд на него.
Тот смотрел то на меня, то на неё, требуя объяснений.
— Ким Гону.
— Что?
— Я тебе когда-нибудь…
Я хотел прямо спросить, говорил ли я ему, что ненавижу, когда меня называют красивым.
Но тут же прикусил язык.
Потому что Ын А всё ещё стояла с пунцовым лицом, явно смущённая до предела.
Если я скажу, что это она так сказала, ей будет неловко.
— …Нет.
— Ты чего, начал фразу и не закончил?
— Потом поговорим.
— Чего это "потом"? Что такое? О чём вообще разговор был?
Я специально промолчал, чтобы не раздувать тему, но Ким Гону, как назло, не отличался тактичностью и продолжал лезть с расспросами. Я цокнул языком и покачал головой. Ладно, думаю, в этом нет ничего страшного.
— Я спросил, как я выгляжу с объективной точки зрения.
— Это ещё что за чушь?
— Ну, вот тебе и вопрос: как по-твоему?
Я переадресовал ему тот же вопрос, который задавал Ын А. Гону тут же поморщился. Вполне ожидаемо.
— Ты красавчик, да?
— …Эй, у тебя что, с головой не в порядке?
— Значит, невзрачный?
Гону закрыл рот. Я почувствовал, как Ын А с тревогой переводит взгляд с меня на него. Мы что, дерёмся?
Хотя вроде ничего такого. Я задумчиво почесал подбородок, и тут Гону, наконец, ответил:
— С объективной точки зрения или субъективной?
Скорее был задан встречный вопрос, чем дан ответ.
Это ещё что за фигня?
Я прищурился и оглядел его с головы до ног. В ответ Гону самодовольно пожал плечами.
— Мы же друзья. Если я тебя спрошу, красавчик ли я, ты что ответишь?
— Что ты урод.
— Видишь? Это чистейшая субъективщина. Правда ведь, Ын А?
— Ч-что? А, да, наверное…
Втянутая в какой-то странный разговор Ын А замешкалась, но поспешно закивала.
Только тут я понял, к чему он клонит. Ну, вообще да… Ким Гону был, может, и не писаным красавцем, но вполне симпатичным. Я кивнул.
— Тогда объективно. Совершенно беспристрастно.
Представь, что видишь впервые.
— Миловидный.
Гону ответил сразу же, будто заранее знал, что скажет.
— …Уф…
Меня вдруг замутило.
— Сам попросил ответить, а теперь что за эти припадки?
Гону скривился в раздражении. Но у меня по рукам уже шла дрожь.
Но если даже Гону так считает, то почему я никогда этого не слышал?
Может, все просто думали, что мне это не понравится, и предпочитали не говорить?
Хотя, скорее всего, мне и правда было бы всё равно. Я всполошился только потому, что так сказал Ча Джэ У.
Если бы Ким Гону вдруг начал заявлять, что я красивый, я бы, наверное, просто врезал ему.
Вот почему он не говорил?
И… неужели я когда-то так бурно реагировал на подобные слова?
— Слушай… Уф. Ну ладно. Я тебе когда-нибудь говорил, что мне не нравится, когда меня называют красивым?
Я совсем забыл, что Ын А может смутиться, и спросил напрямик.
К счастью, Гону, даже не стал разбираться, откуда вообще взялся этот вопрос.
— Да, когда-то давно.
Короткий ответ.
— Когда именно?
— Не помнишь?
— Так я потому и спрашиваю.
— Почему ты… Ладно, забудь. Чего я вообще надеюсь…
— Эй, это что за тон?
Гону вздохнул и покачал головой, как будто ему даже объяснять было лень.
Теперь мне стало ещё интереснее. Я был готов трясти его за плечи, чтобы выбить хоть какой-то ответ.
— …
Но мой вопрос тут же вылетел из головы.
Здание, в котором мы находились, ощутимо дрогнуло.
Люди замерли в испуге, и в воздухе повисла тяжёлая тишина.
— …Что это было? Землетрясение?
Гону нарушил молчание, и вслед за ним послышались встревоженные голоса. Все суетились, не зная, как реагировать.
И тут нас снова тряхнуло.
На этот раз ощутимо сильнее, и кто-то в аудитории даже вскрикнул.
— Кажется, это землетрясение.
— Нужно срочно выходить.
Если это и вправду землетрясение, оставаться в здании опасно.
Оцепеневшее от неожиданности тело наконец пришло в движение.
Люди вокруг, осознав угрозу, бросились к выходу.
Интервалы между подземными толчками становились всё короче.
— Хёнсу! Приди в себя!
— Здание трясёт! Вставай! Нам надо уходить!
— Чон Хёнсу! Хёнсу-аа…!
— Давай хотя бы поднимем его, быстро. Он, похоже, не в состоянии двигаться.
— Хёнсу…
Паника нарастала, страх сковывал всех вокруг.
Я направился к выходу, ведя за собой Ын А и Гону, но внезапно замер.
В дальнем конце аудитории.
Там, где группа студентов столпилась вокруг девушки, лежащей без движения. Они беспомощно переминались с ноги на ногу, не зная, что делать.
Я не мог заставить себя отвернуться.
И тут здание, семиэтажный корпус, затрясло с новой силой.
— Им Хэ Юль! Ты чего стоишь?! Беги!
Гону надрывался, пытаясь меня достучаться.
— …Подожди. Подожди немного.
Но я не мог просто выйти.
Я, будто загипнотизированный, направился к ней — к девушке, потерявшей сознание.
http://bllate.org/book/12383/1104406
Готово:
