Она прекрасно понимала, что сказанные сегодня слова вскоре разлетятся по всем СМИ и станут поводом для всеобщих обсуждений — но её это нисколько не пугало.
Перед такой сильной, уверенной и ослепительно яркой Хуо Сяоци журналисты могли лишь вздыхать: возразить ей было нечего.
Ведь всё, что она говорила, было чистой правдой.
На юридическом факультете Нанкинского университета, где учатся одни таланты, она год за годом неизменно занимает первое место по всем дисциплинам. С восемнадцати лет она сопровождает Линь Цяо в мире шоу-бизнеса, не имея ни малейшей поддержки со стороны семьи, но при этом и сама, и Линь Цяо постоянно прогрессируют и избегают скандальных историй.
Учёба на высочайшем уровне, интеллект и эмоциональный интеллект в полном порядке, внешность, достойная карьеры в киноиндустрии, выдающиеся профессиональные навыки, способность выпить без последствий любое количество алкоголя и физическая сила, позволяющая в одиночку справиться с десятком противников.
Разве не такая девушка имеет право открыто бросить вызов всей стране и ответить на нападки недоброжелателей?
Чем именно она хуже Нин Сяочуаня, если не считать того, что ей не повезло с семьёй и происхождением? На каком основании её считают недостойной быть рядом с ним?
— Если однажды мы с Нин Сяочуанем окажемся вместе, это будет потому, что мы любим друг друга. Если же этого не случится, значит, мы просто не подходим друг другу. Все остальные факторы никогда не станут для нас преградой — ни моя семья, ни его родословная.
Так она решительно ответила на все сомнения, и за всё время её эмоции не дрогнули ни на миг.
Её холодный взгляд остановился на журналисте, задавшем вопрос:
— Вас устраивает этот ответ?
— Устраивает, — кивнул тот. В этот момент любые дальнейшие слова были бы бессмысленны.
Её сердце твёрдо, как камень. Её самоосознание и уверенность в себе достигли такого уровня, что никто не мог её поколебать.
С лёгкой улыбкой она кивнула и перевела взгляд на стоявшего рядом Нин Хуайхэ, который до этого был словно прозрачным. В её глазах явно читалась насмешка.
— А вас, господин Нин, мой ответ устраивает?
Автор оставляет примечание: книга перешла на платную подписку. Большое спасибо всем, кто поддерживал меня всё это время! Сегодня за каждую подписку будут раздаваться красные конверты.
История Сяочуаня и Сяоци — последняя в этой серии. Мне очень нравятся все эти персонажи...
Надеюсь, три их истории принесли вам радость... И особая благодарность тем, кто был со мной с самого первого тома...
Люблю вас...
Завтрашнее обновление выйдет в восемь утра... Красные конверты за подписку тоже будут... Муа...
— А вас, господин Нин, мой ответ устраивает? — спросила она тем же звонким, ровным голосом, в котором не слышалось ни капли волнения.
Но в её глазах было что-то такое, что выводило его из себя.
От её прозрачного взгляда казалось, будто все его тёмные замыслы и стыдливые потаённые мысли становились на виду всем.
«Устраивает ли меня?» Как он мог быть доволен?
Он предусмотрел всё, но упустил одно: женщина, в которую влюбился Нин Сяочуань, была чересчур умна, чересчур хитра и чересчур сильна духом.
То, что для обычной девушки стало бы непреодолимым испытанием, для неё не представляло и малейшей сложности.
Окружённая агрессивными журналистами, она сохраняла полное спокойствие. Стоя в центре толпы, она легко и непринуждённо улыбалась, и всего несколькими фразами полностью нейтрализовала угрозу для себя и Нин Сяочуаня.
Ситуация резко изменилась в её пользу.
Но и этого ей показалось мало — она нарочно бросила вызов ему прямо перед лицом прессы.
Нин Хуайхэ слегка приподнял уголки губ в улыбке.
— Госпожа Хо, вы действительно поставили меня в тупик. Думаю, главное — чтобы вас одобрил старший брат Сяочуань. Мнение остальных не так уж важно.
— Именно так я и думаю, — Сяоци сохранила лёгкую улыбку на лице, хотя про себя уже десятки тысяч раз прокляла Нин Сяочуаня.
«Вот ведь устроил! Из-за него я лишилась покоя и теперь ещё и улаживаю за него последствия».
Поняв, что осада журналистов больше не имеет смысла, Нин Хуайхэ повёз Сяоци в особняк клана Нин.
Старый особняк находился на окраине Южного города. Как один из старейших аристократических родов Южного города, клан Нин владел там огромными земельными угодьями.
Старики предпочитали тишину и привычную обстановку, поэтому продолжали жить именно там.
Когда Нин Хуайхэ привёз Сяоци в особняк, старейшина Нин уже ожидал её у панорамного окна, заваривая чай по канонам гунфу.
— Дедушка, госпожа Хо прибыла, — почтительно доложил Нин Хуайхэ, подведя Сяоци к нему.
— Хуайхэ, останься сегодня на ужин. А сейчас я хотел бы поговорить с госпожой Хо наедине, — сказал старейшина, не отрываясь от заваривания чая, и налил Сяоци чашку.
— Присаживайтесь, — мягко предложил он. — В вашем родном краю гунфу-чай тоже очень популярен, верно?
Сяоци вежливо улыбнулась и с изящной грацией села напротив старейшины.
— Благодарю вас, господин Нин.
— Знаете ли вы, зачем я вас сегодня пригласил? — спросил старейшина, глядя на неё с доброжелательной улыбкой.
— Не уверена, но, думаю, дело не только в чаепитии, — ответила Сяоци, поднеся к носу изящную чашку и наслаждаясь ароматом чая.
Она оставалась совершенно спокойной и собранной, будто и вправду приехала просто попить чая.
Старейшина внимательно смотрел на девушку, которая свела с ума его внука, и в его глазах мелькнуло одобрение.
Из-за шумихи вокруг ухаживаний Нин Сяочуаня за Хуо Сяоци он специально изучил её досье.
Хорошая девушка, во всём превосходная. По своим способностям она вполне могла бы поддерживать Сяочуаня в будущем. Но вот происхождение… Это было настоящей проблемой.
Даже если бы он лично смог принять её, как бы тогда общество смотрело на клан Нин? Как бы судачили о самом Нин Сяочуане?
Если бы Сяочуань не был старшим сыном и главным наследником, он, возможно, и согласился бы на её вступление в семью. Но Сяочуань — именно тот, кто должен вести клан вперёд. От него ждут многого все члены семьи.
Как бы ни был просвещён клан Нин, он не мог допустить, чтобы его наследник женился на девушке с таким сомнительным прошлым, даже если она сама ни в чём не виновата.
— Для клана Нин Сяочуань — не просто очередной внук. Ещё в детстве он проявил выдающиеся способности в бизнесе и управлении капиталом. С двенадцати лет он больше не просил у родителей ни единой копейки. Он не только старший сын и главный наследник, но и самый талантливый из всех в своём поколении. Пусть я и ругаю его «проклятым отродьем», но даже я не могу отрицать его способностей. Он может казаться своевольным и дерзким, но у него всегда есть чёткие внутренние границы. Поэтому, несмотря на все сплетни вокруг него, я всё эти годы закрывал на них глаза, — старейшина, казалось, погрузился в воспоминания, и черты его лица смягчились.
— До того как я изучил ваше досье и увидел вас лично, я думал, что вы обычная интригантка, которая, немного приукрасив себя, метит в аристократический дом. Но, похоже, на этот раз я ошибся.
Сяоци всё это время молчала, внимательно слушая старейшину.
Она чувствовала, что у этого человека нет к ней злобы — просто их позиции слишком различны.
— Господин Нин, не стоит так говорить. На самом деле мои отношения с Нин Сяочуанем не такие, как вы думаете. По крайней мере, пока что не такие, — Сяоци поставила чашку на стол и прямо взглянула в глаза старейшине, не проявляя ни страха, ни желания уклониться.
— Ах да? Но если однажды они всё же станут такими, как вы справитесь с давлением общественного мнения? — старейшина назвал её «Сяоци», а не «госпожа Хо», что внешне выглядело весьма дружелюбно.
— Если это случится, значит, я полюблю его. А раз полюбив, я не стану идти на компромиссы ни с кем и ни с чем. Ничто не сможет нас разлучить, кроме одного — если мы перестанем любить друг друга, — впервые эта упрямая и сильная девушка открыто призналась перед почти незнакомым стариком в своих взглядах на любовь.
Молодая женщина впервые почувствовала, что любовь совсем рядом. Она ясно осознала, что относится к Нин Сяочуаню иначе, чем ко всем остальным, и позволяет ему то, чего не позволила бы никому. Хотя она ещё не была уверена, можно ли это назвать любовью, она точно знала: он уже начал входить в её сердце.
Даже если каждый раз при встрече с ним она злилась и выходила из себя.
— Даже если из-за этого он лишится права наследования и станет объектом пересудов? — рука старейшины замерла над чайником. Он задумался и добавил:
— Если это будет его окончательный выбор, я уважаю его, — после короткой паузы тихо ответила Сяоци.
Она и Нин Сяочуань — взрослые люди. Если однажды они действительно примут такое решение, оно будет продуманным и осознанным.
За свои решения нужно отвечать самим.
— Жаль… Вы всё же не подходите нашему клану, — вздохнул старейшина. Такая умная, красивая и стойкая девушка… Неудивительно, что Сяочуань в неё влюбился.
…
Пока Сяоци пила чай со старейшиной Нин в особняке, Нин Сяочуань, быстро закончив деловую встречу с Ли Цзи, уже спешил в «Синьгуан», чтобы забрать свою «жену» на ужин.
Хотя она ещё не согласилась стать его девушкой, даже возможность встретиться и поужинать вдвоём казалась ему огромным прорывом.
Он был счастлив.
Но, поднявшись в офис «Синьгуан», он с изумлением обнаружил, что его «жена» уже уехала с другим господином Нин.
— Господин Нин, госпожа Хо уехала с неким господином Нин. При выходе их окружила целая толпа журналистов, — сказала Сяо У, явно более расположенная к этому Нину. Она чувствовала, что он искренне заботится о госпоже Хо, в отличие от того другого, от которого у неё мурашки по коже.
— Как его зовут? — спросил Нин Сяочуань.
— Перед уходом госпожа Хо сказала мне: если вы придёте, сообщите, что её увез господин Нин Хуайхэ в старый особняк клана Нин. Вы можете поехать туда и забрать её, — передала Сяо У поручение Сяоци.
— Понял. Займись своими делами, дальше я сам разберусь, — Нин Сяочуань развернулся и вышел.
На его суровом лице не дрогнул ни один мускул, но внутри бушевало бешенство, готовое вот-вот вырваться наружу.
Он знал, что этот день рано или поздно наступит, но не ожидал, что так скоро.
Он столько усилий приложил, использовал все возможные средства, и вот, когда наконец наметился проблеск надежды, всё может снова рухнуть?
Покинув «Синьгуан», Нин Сяочуань сразу направился в особняк клана Нин.
Подъехав к воротам, он бросил ключи управляющему Гу, который, казалось, заранее знал о его приезде и ждал у входа.
— Они действительно просто пьют чай. Прежде чем принимать важное решение, постарайся сохранить хладнокровие, — серьёзно сказал управляющий Гу. Хотя он и был всего лишь управляющим дома Нин, он знал Сяочуаня с детства и очень к нему привязался.
Шаги Нин Сяочуаня замедлились. Он повернулся к управляющему, которого всегда считал добрым и заботливым, и в его узких глазах мелькнуло что-то невыразимое.
— Чего боишься? Что я в ярости разнесу весь дом Нин? — с притворной беспечностью усмехнулся он.
— Нет. Я хочу, чтобы вы получили всё, что вам положено по праву, включая право наследования клана Нин, — ответил управляющий Гу.
Нин Сяочуань удивлённо посмотрел на него. За все эти годы управляющий впервые прямо высказал своё мнение по вопросу, выходящему за рамки его обязанностей, — мнение, которое могло поставить его самого в опасное положение.
— Старина Гу, повтори-ка, что ты сейчас сказал? Я, кажется, не расслышал. Оставайся здесь и жди меня, — Нин Сяочуань похлопал управляющего по плечу и направился к главному залу.
Он решительно вошёл в зал и увидел, как старик и молодая девушка спокойно пьют гунфу-чай у панорамного окна.
Он услышал, как дедушка говорит, что девушка, которую он любит, не подходит клану Нин.
— Подходит ли она клану Нин — решать вам. Но подхожу ли я ей — решать мне, — после короткой паузы произнёс Нин Сяочуань.
Его неожиданный голос заставил обоих обернуться.
http://bllate.org/book/12177/1087736
Готово:
