Цзян Шуе глубоко вздохнул. Сюй Цянь налил ему воды и спросил:
— Господин, раз молодой господин всё раскрыл, почему бы не устроить им встречу прямо сейчас? Если он уже заподозрил неладное, сколько бы вы ни тянули — правда всё равно вскоре выйдет наружу.
Цзян Шуе был человеком расчётливым и дальновидным. Он давно знал, что Цзян Юйнань посылал за ним слежку, и заранее предвидел, что тот рано или поздно докопается до Цзинтяня. Поэтому ещё раньше он велел Сюй Цзе увезти Цзян Кэ и строго наказал соседям придерживаться единой версии. Иначе сегодня Цзян Юйнань уже встретился бы с сыном.
Цзян Шуе приподнял бровь:
— Пока ещё не время их знакомить. Я до сих пор не понимаю, какие у Юйнаня истинные намерения и что он задумал, раз так рвётся найти Цзян Кэ. Потому нельзя допускать, чтобы он легко и быстро увиделся с ним. Когда придёт нужный момент — тогда и встретятся. Сюй Цянь, передай Сюй Цзе: пусть присматривает за Цзян Кэ хорошенько. Заберём их сами, когда придет время.
— Хорошо, господин. Вы так много сил и заботы вкладываете ради молодого господина… Надеюсь, однажды он это поймёт.
Цзян Шуе тихо вздохнул:
— Даже если не поймёт — ничего не поделаешь. Всё равно я должен так поступить. Кстати, этот мальчишка Цзян Кэ… Он создал чат, добавил туда всех троих — отца, мать и себя — и они теперь болтают вместе! Сюй Цянь, ты видел? Нынешние дети чересчур сообразительны. Эти высокие технологии нам, старикам, никогда не понять. Пусть пока побольше общаются втроём. Придёт время — сами встретятся, и правда откроется сама собой.
Сюй Цянь почтительно кивнул в ответ.
Когда Су Ся после работы ехала домой, дорогу перекрыла пробка. На огромном экране рядом с шоссе безостановочно крутили репортажи о похищениях детей. От каждого кадра у неё сжималось сердце. О Цзян Кэ до сих пор не было никаких вестей. Хотя она снова и снова твердила себе, что с ним всё в порядке, в глубине души Су Ся прекрасно понимала: это лишь попытка успокоить себя.
Чем больше она смотрела эти новости, тем сильнее росло беспокойство. Су Ся решила: ждать больше нельзя. Нужно как можно скорее найти Цзян Кэ.
Дома она застала Су Цюй как раз спускающейся по лестнице.
— Сестра, ты вернулась! — Су Цюй выглядела отдохнувшей, её лицо заметно порозовело.
Увидев сестру, Су Ся постаралась скрыть свои тревоги и спросила:
— Ты куда собралась?
— Просто проголодалась… — надула губы Су Цюй.
— Разве ты не ела то, что я тебе оставила? В холодильнике же всё есть.
Су Ся подошла к холодильнику и открыла его. Действительно — еда нетронута.
— Я всё ещё не проснулась как следует… Только сейчас окончательно очнулась, — смущённо призналась Су Цюй, почесав затылок.
— Ложись на диван, — сказала Су Ся, вынимая еду из холодильника. — Я разогрею и позову тебя.
— Сестра, да ладно, я ведь целый день валялась! — ещё больше смутилась Су Цюй.
Су Ся обернулась:
— Делай, как я говорю. Сейчас для тебя важнее всего отдых. Хотя ты и не чувствуешь особой слабости, но восстановление после выкидыша требует даже большего внимания, чем обычная послеродовая неделя. Ты ещё совсем юная, Цюйцюй, впереди у тебя замужество, дети… Береги своё здоровье. Поняла?
Су Цюй, слушая терпеливые слова сестры, почувствовала, как нос защипало от слёз. Она подошла и обняла Су Ся за талию, прижавшись лицом к её спине.
— Сестра, как же здорово, что ты есть у меня! Если бы не ты, я бы точно не дожила до сегодняшнего дня… Прости меня, что использовала твоё имя для аборта…
На этих словах Су Ся замерла. Ей вспомнилось отношение Цзян Юйнаня. Хотя она до конца не понимала, почему он так разозлился, объяснять ничего не стала. Когда он её допрашивал, она посчитала, что объяснения излишни.
Она повернулась к Су Цюй, положила руки ей на плечи и мягко сказала:
— Цюйцюй, заботиться о тебе — мой долг. Не кори себя. Просто слушайся меня и хорошо восстанавливайся. То, что было — прошло. Больше ни о чём не думай. Хорошо?
— Но если сестрин муж узнает… Что, если он тебя заподозрит? — всё ещё волновалась Су Цюй.
— Не твои это заботы, Цюйцюй. Поняла? — Су Ся, конечно, не собиралась рассказывать, что Цзян Юйнань уже знает и уже ошибочно истолковал ситуацию.
— Для тебя замужество — дело будущего, а ты ещё ребёнок. Такие записи в истории могут помешать тебе выйти замуж… — терпеливо объясняла Су Ся.
Су Цюй опустила голову, и слёзы покатились по щекам. Раньше именно она говорила сестре такие слова, но теперь, услышав их от Су Ся, почувствовала, насколько они горьки. Тогда она думала только о себе и совершенно не задумывалась о том, через что пришлось пройти Су Ся.
— Не плачь, — Су Ся вытерла ей слёзы. — Я же сказала: сейчас для тебя важнее обычного послеродового периода. Быстро ложись на диван. Как только еда будет готова, я позову.
Она уложила Су Цюй на диван и укрыла одеялом.
Су Цюй смотрела на сестру широко раскрытыми глазами. В этот момент её переполняло чувство благодарности, и она мысленно поклялась: обязательно отблагодарит Су Ся за всё.
Су Ся ушла на кухню готовить. Су Цюй лежала, хотя теперь уже не могла уснуть — просто слишком долго спала из-за усталости и, возможно, из-за седативного действия уколов.
Она достала из кармана телефон и крепко стиснула губы. Ранее она отправила Су Чэну сообщение с просьбой ответить, когда будет возможность, но он так и не отозвался.
Когда случилась беда, Су Цюй никому ничего не сказала. Такие вещи стыдно признавать, особенно тому, кого хочется скрыть больше всего — Су Чэну. Но для неё Су Чэн был не просто старшим братом — он был её кумиром. Хоть она и не хотела, чтобы он узнал правду, всё равно очень хотелось услышать его голос или хотя бы дать ему понять что-то между строк.
Су Цюй перевела взгляд на Су Ся, которая возилась на кухне. Иногда ей очень хотелось быть такой же, как сестра, ведь именно такой человек нравился Су Чэну.
Между ними словно существовала невидимая, запутанная связь.
Иногда Су Цюй мечтала: «Если бы Су Чэн был моим родным братом, я бы смело призналась ему в чувствах, даже зная, что его сердце занято».
Но в нынешней ситуации она не могла позволить себе преследовать собственную любовь. Она понимала чувства Су Чэна — он любил Су Ся, но подавлял эту любовь в себе.
Су Чэн до сих пор не женился именно из-за Су Ся.
Однако Су Цюй знала: Су Ся ненавидит Су Чэна и Кан Синьлань. Сама же она не винила Су Чэна — в этой сложной истории он тоже был жертвой. Единственным человеком, которого она по-настоящему ненавидела, была Кан Синьлань.
До шести лет Су Цюй жила с матерью Ся Цин. Хотя тогда она была совсем маленькой, но отлично помнила: именно из-за женщины по имени Кан Синьлань их жизнь сложилась так, как сложилась.
Кан Синьлань приходила к Ся Цин и оскорбляла её. Су Цюй до сих пор помнила каждое презрительное слово. Перед тем как вернуться в семью Су, мать предупредила дочь: «Будь послушной, иначе будут бить». Су Цюй запомнила это накрепко, поэтому всегда испытывала перед Кан Синьлань страх, за которым скрывалась глубокая ненависть.
Единственным светом в доме Су для неё были Су Ся и Су Чэн. Позже Су Ся редко бывала дома, зато Су Чэн часто защищал Су Цюй. Возможно, именно поэтому она и влюбилась в него.
«Брат, я сейчас у сестры… Мне нехорошо…» — Су Цюй вновь отправила Су Чэну сообщение, не теряя надежды.
Прошла меньше минуты — зазвонил телефон. Увидев имя, Су Цюй обрадовалась. Она бросила взгляд на Су Ся — та была полностью погружена в готовку — и, накрывшись одеялом с головой, свернулась клубочком на диване, чтобы ответить:
— Брат…
— Ты у сестры? Су Ся плохо себя чувствует? Что случилось? Серьёзно? — едва Су Цюй произнесла «брат», как на неё обрушился шквал вопросов.
Су Цюй обиженно надула губы. Она крепко сжала телефон в руке. Не дождавшись ответа, Су Чэн продолжил сам:
— Приняла лекарство? Нужно ли мне приехать?
Хотя разочарование было сильным, Су Цюй давно привыкла к таким моментам. Даже если он думает только о Су Ся, всё равно приятно услышать его голос.
Глубоко вдохнув, она ответила:
— Не сестра больна. С ней всё в порядке. Это я…
— А, тогда отдыхай как следует. Тебе уже не ребёнок — пора научиться заботиться о себе, — тон Су Чэна сразу стал спокойнее, тревога исчезла.
Су Цюй снова почувствовала разочарование. Она крепко прикусила губу, в душе нарастало чувство обиды:
— Пусть я и взрослая, но всё равно младше вас с сестрой… Я ведь самая младшая…
На другом конце провода воцарилось молчание. Тело Су Цюй начало дрожать, слёзы хлынули рекой, голос дрогнул:
— Брат… Ты помнишь ту ночь, когда я приходила к тебе в прошлом месяце…
Не успела она договорить, как одеяло резко сдернули. Перед ней стояла Су Ся и смотрела сверху вниз.
Су Цюй в ужасе распахнула глаза. Су Ся вырвала у неё телефон. В этот момент Су Чэн как раз говорил:
— Помню. Что случилось?
— Что случилось?! — вспыхнула Су Ся. — Почему ты проигнорировал Цюйцюй, когда она пришла к тебе? Она ведь…
Она чуть не выдала правду, но Су Цюй резко вскочила с дивана, выхватила телефон и оборвала звонок.
Обе тяжело дышали. Сёстры смотрели друг на друга. Эмоции Су Цюй били через край, и она закричала:
— Если бы я не повесила трубку, ты бы прямо ему сказала про мою беременность?! Сестра, мы же договорились — никому! Особенно ему!
Она рухнула обратно на диван.
Су Ся была вне себя от злости, но, учитывая состояние сестры, сдержалась. Однако ей не нравилось, как Су Цюй одержима Су Чэном. Она села рядом, положила руки на плечи сестры и терпеливо заговорила:
— Прости, я сейчас сорвалась. Я действительно хотела спросить его не для того, чтобы выдать тебя, а чтобы узнать: помнит ли он, кто был с тобой той ночью?
Су Цюй подняла на неё заплаканные глаза и отчаянно замотала головой:
— Нельзя спрашивать! Нельзя узнавать, кто это был! Если начнёшь копать, мне станет ещё хуже… Сестра, ради меня — забудь об этом. Всё равно сейчас уже ничего не изменишь. Да, я была беременна, но ребёнка больше нет. Просто сделаем вид, что ничего не происходило. Обещаю: больше никогда не буду ему звонить.
Су Ся смотрела на неё с болью в сердце. Слова сестры были правдой.
Лучше оставить всё как есть. Если настаивать на поисках обидчика, Цюйцюй придётся пережить весь ужас заново.
Она обняла сестру и погладила по спине:
— Хорошо, хорошо… Не будем его расспрашивать. Успокойся, Цюйцюй…
— Сестра, я правда больше не буду ему звонить… — прошептала Су Цюй, хотя внутри её разрывало от боли. С самого начала ей было больно — особенно когда Су Чэн так встревожился, услышав, что «она» плохо себя чувствует.
Но она знала: Су Ся уже не испытывает к Су Чэну добрых чувств. Говорить сестре о его реакции — значит лишь усугубить её неприязнь.
Су Ся тяжело вздохнула. Раз сестра так просит, возражать было бессмысленно. Она осторожно отстранила Су Цюй и вытерла ей слёзы:
— Пошли есть. После еды отдохнёшь.
Су Цюй всё ещё плакала. Су Ся понимала: ей нужно время, и сейчас не стоило давить.
Только они сели за стол, как раздался стук в дверь. Су Ся удивилась — к ним никто не должен был приходить.
Открыв дверь, она увидела Цзян Юйнаня, весь пропахший алкоголем. Он тут же рухнул ей на плечо.
Су Ся инстинктивно подхватила его. Цзян Юйнань, увидев её, криво усмехнулся:
— Су Ся… Попалась! Ты ведь избавилась от моего ребёнка… Как будем рассчитываться за это?
Сюй Тяньхуа, поддерживавший его сзади, извиняющимся тоном сказал:
— Молодая госпожа, сегодня у господина Цзяна очень плохое настроение, и он сильно перебрал. Пусть он сегодня переночует у вас…
— Вы можете отвезти его в старую резиденцию или к Тянь Эньхуэй… — Су Ся колебалась.
Сюй Тяньхуа пристально посмотрел на неё и, дождавшись, пока она закончит, спокойно произнёс:
— Вы — законная супруга господина Цзяна.
Су Ся не нашлось что ответить. Он был прав.
http://bllate.org/book/12086/1080608
Готово:
