Естественная сладость не приторна. Любителям сладкого она может показаться слишком нежной, но чем дольше ешь — тем насыщеннее раскрывается вкус. А тем, кто сладкое не жалует, от неё становится по-домашнему уютно и тепло.
Тревога и беспокойство в душе бабушки Хуан постепенно улеглись, словно растворившись в одной лишь чашке каши. Её лицо смягчилось: тревога осталась, но уже не давила с прежней силой и отчаянием.
Е Цюань бросила взгляд на бабушку Хуан, отвела Цинцзин в сторону и прямо спросила:
— Гадание дало плохой результат?
Цинцзин кивнула, а потом покачала головой.
— Сначала я погадала и увидела: если бабушка Хуан будет искать так, как сейчас, то Мандаринка умрёт ещё до того, как её найдут. Но котёнок пока жив — где-то на другом берегу реки.
Маленькая даосская монахиня Цинцзин всегда была отзывчивой: от поисков духов и предотвращения кровавых бед до розыска пропавших кошек и расстановки фэн-шуй — всё делала с радостью.
Вероятно, она была единственной, кто искренне верил словам бабушки Хуан, что Мандаринка сама не сбежала. Цинцзин предсказала смертельную беду для рыжего котёнка и приблизительное место его нахождения. Вероятность того, что ещё не повзрослевший котёнок самостоятельно перебрался через реку, была ничтожно мала. Более того, гадание показало: причиной надвигающейся беды стал кто-то другой.
Но об этом нельзя было говорить бабушке Хуан. Та очень переживала, и Цинцзин чувствовала себя в затруднении.
Она вспомнила, как во время поисков Бисянь её гадание лишь помешало делу, и стало ещё тяжелее на душе.
— На том берегу слишком обширная территория… Моих способностей недостаточно, чтобы точно определить место. Наверное, придётся просить дядюшку-наставника или других старших. Но они сейчас все заняты — помогают Управлению по надзору за сверхъестественным ловить отступников из мистического сообщества… — Цинцзин посмотрела на Е Цюань с надеждой. — Вы умеете гадать?
Дацзинь и Аньань прижались друг к другу головами, а маленькая монахиня смотрела на Е Цюань с такой явной надеждой, что даже животные замерли в ожидании.
Пять искусств мистического пути — горы, медицина, судьба, внешность и гадание — каждая школа специализировалась на чём-то своём. Хотя Цинцзин знала, что Е Цюань вообще не использует духовную энергию, а полагается на Золотой Свет Заслуг, и никогда не демонстрировала способностей к гаданию, всё равно в глубине души надеялась.
— Я не гадаю, — ответила Е Цюань прямо и без обиняков.
С того самого дня, как она вошла в круг перерождений, гадание для неё стало невозможным: любой, кто пытался предсказать её судьбу, неминуемо подвергался обратному удару, а сама она не могла гадать на других. Впрочем, в обычной жизни это почти не мешало — ведь она и так видела связи между энергией инь и духовной силой.
Глаза Цинцзин потускнели.
— Но можно попросить кого-то другого погадать, — сказала Е Цюань и достала телефон.
Цинцзин удивилась:
— Это какой-то отшельник-даос?
Появление Е Цюань само по себе было загадкой; возможно, за ней стоял некий неизвестный клан?
Е Цюань медленно ответила:
— Это ваш дядюшка-праотец.
Цинцзин: ? Какой праотец?
Е Цюань написала в чат:
[Достаточно только фотографии хозяина и времени рождения котёнка, чтобы определить, где он сейчас?]
Попросить семью бабушки Хуан принести вещи Мандаринки — это был лишь запасной план. Если бы гадание не дало результата, тогда использовали бы предмет, тесно связанный с котом, для отслеживания.
Лу: [Можно.]
На вершине горы закат угасал. Последние лучи заката окутали беловолосого духа клинка, и каждый волосок будто вобрал в себя остатки света, мягко мерцая.
Лу Шаочжан взял меч, сделал печать пальцами, и невидимое сияние духовной энергии разлилось вокруг него.
Сияние быстро погасло, и даже его обычно полупрозрачные, слегка светящиеся волосы стали тусклыми.
Лу Шаочжан вынул из рукава телефон, рассчитал точное местоположение по результатам гадания и нажал кнопку вызова, чтобы показать своё лицо.
В первый раз, открывая видеосвязь, он не имел опыта — камера сразу же зафиксировала «смертельный ракурс». Лу Шаочжан быстро сменил позу.
Цинцзин всё ещё сомневалась в том, что услышала, как вдруг на телефоне Е Цюань зазвонил входящий видеовызов.
На экране появился беловолосый даос. Его лицо было спокойным и бесстрастным, но голос звучал куда мягче, чем обычно слышала Цинцзин:
— Возле воды много живности. На другом берегу реки, в пригороде города Цзянъян, район Люань, проспект №3, дом 177. Через сутки наступит смертельная беда. Окружающие, скорее всего, работают в мясоперерабатывающей отрасли.
Он не стал, как обычные даосы, давать расплывчатые указания или завуалированные термины — вместо этого назвал координаты с пугающей точностью.
Цинцзин остолбенела: ???
В её голове началась настоящая борьба: с одной стороны, дядюшка-наставник никогда не был таким мягким; с другой — кто ещё, кроме него, мог так точно гадать и выдерживать такой огромный расход духовной энергии?
Пока она не пришла ни к какому выводу, взгляд случайно упал на знакомое красноватое пятнышко.
У дядюшки-праотца покраснели уши.
Цинцзин: …Кажется, я узнала нечто ужасающе важное. Небеса! Лаоцзы! Трое Небесных Владык! Когда это вообще произошло?!
Е Цюань нахмурилась, услышав слово «мясопереработка».
Бабушка Хуан, узнав, что место найдено, вскочила с места:
— Как он мог туда попасть?!
Дедушка Хуан как раз вернулся с любимой подушки Мандаринки и, услышав, что котёнок на другом берегу, засомневался — не нашли ли они другого кота, похожего на их Мандаринку.
— Я поеду туда, — сказала Е Цюань и взяла подушку.
Она временно передала управление лавкой Юй Сусу — та не умела готовить, но хотя бы могла разливать кашу.
Дацзинь жалобно завыл и начал царапать ногу Е Цюань, торопясь последовать за ней. Е Цюань не стала его останавливать: Дацзинь умнее детского призрака и сможет поговорить с другими духами животных, если понадобится.
Джип молниеносно выехал из города Цинцзян, пересёк мост и остановился прямо у указанного адреса.
Это было складское помещение.
На воротах висела табличка: «Приют для животных „Спасённые сердца“».
* * *
Час назад, в кофейне для кошек «Аромат Мандаринки», город Цзянъян.
Интерьер в нежных макаронных тонах, кошачьи дорожки и колёса, достигающие самого потолка, повсюду — настоящий рай для кошек. Некоторые прятались, другие виляли хвостами и терлись о посетителей.
Камера онлайн-трансляции ловила эти моменты, и зрители, наблюдающие за «облачным кошколюбовством», невольно улыбались.
Хотя кофейня была небольшой, в интернете она пользовалась популярностью. У каждой кошки были свои фанаты, и многие специально приезжали, чтобы погладить любимцев.
При входе гостей заранее предупреждали, что в некоторых зонах ведётся съёмка. Те, кому это не нравилось, могли не попадать в кадр, а некоторые специально подходили к камере, чтобы поприветствовать зрителей и похвастаться, что смогли лично погладить знаменитую кошку.
Трансляция шла постоянно, и большинство комментариев было спокойными — до тех пор, пока не появился целый поток сообщений:
[Вау! Сегодня «Сотня Вкусов» приедет к Синсин, чтобы угостить кошек? У пушистиков сегодня праздник! У «Сотни Вкусов» руки золотые — его блюда для людей и для кошек одинаково великолепны! Он даже привёз с собой кучу ингредиентов — настоящий джентльмен!]
[Конечно, он подготовился! Разве вы не помните, как он говорил, что у него есть свой приют для животных? Он отлично знает, чем кормить кошек и собак!]
[Ого, оказывается, у «Сотни Вкусов» такое большое сердце?]
[Я обожаю кошек из «Аромата Мандаринки»! Даже если не могу приехать, онлайн-кошколюбование — уже счастье~]
[Ууу, они же из одного города! Так быстро встретились и даже трансляцию устроили! Где они? Где? Я тоже хочу научиться готовить кошачьи обеды! В трансляции «Аромата Мандаринки» их нет, а «Сотня Вкусов» ещё не начал стрим. Я опоздала?]
Фанаты блогеров по уходу за животными «Аромат Мандаринки» и кулинарного блогера «Сотня Вкусов» заранее узнали о совместной трансляции и пришли в эфир, но никого не увидели — отсюда недоумение и разочарование.
Вскоре кто-то пояснил:
[Я только что видел! Синсин вышла встречать гостей у входа!]
Перед кофейней остановился неприметный фургон. Из водительской кабины вышел высокий, мускулистый мужчина с грубым лицом и тёмной кожей.
Блогерша «Аромат Мандаринки», также известная как Дин Синь, подошла к двери кофейни и, увидев мужчину, вздрогнула от неожиданности.
Мужчина обернулся и помахал ей:
— Синсин? Вау, в прямом эфире ты фильтры не включаешь? Ты и правда красавица! Я — «Сотня Вкусов», меня зовут Бай, Бай Чуаньшао. Зови меня просто Бай-гэ или «Сотня Вкусов». У меня кожа не очень, поэтому в эфире фильтр включаю. Неужели вживую выгляжу так зловеще?
Он улыбнулся, и зловещее выражение лица сразу смягчилось — теперь он казался немного наивным и вполне соответствовал образу кулинарного блогера.
Дин Синь подавила странное чувство дискомфорта и сделала шаг вперёд:
— Я — «Аромат Мандаринки», Дин Синь. Кухню мы уже подготовили. Сегодня будем смотреть, как «Сотня Вкусов» покажет своё мастерство! У нас есть куриная грудка, говядина и мидии. А что привезли вы?
Ей показалось… будто она почувствовала запах крови. Слабый, но вызывающий тошноту.
«Сотня Вкусов» открыл багажник — оттуда повалил холодный пар двух больших ящиков с охлаждёнными продуктами.
— Раз уж я приехал, надо накормить малышей досыта! Смотри, что у меня есть!
Его мускулистые руки легко подняли оба ящика и поставили на тележку, которую выкатили сотрудники кофейни. Они вместе вошли внутрь.
«Сотня Вкусов» катил тележку, переобулся в бахилы, вымыл руки и начал осматривать кофейню.
— У тебя тут действительно красиво. Кошки такие упитанные и красивые… Этот кошачий комплекс ты сама делала? Какая мастерица! Материалы дорогие? Если нет, то в моём приюте тоже сделаю такой.
Он говорил небрежно, но глаза следили за каждым движением кошек. В них на мгновение мелькнул жадный и странный блеск.
Тёплый свет делал кошачью шерсть мягкой и пушистой — казалось, их всех очень любят и заботливо ухаживают за ними. В кофейне работали только молодые люди, кроме одного высокого и худощавого парня.
— Нормально, — ответила Дин Синь. Ей не понравилось, как он смотрел на кошек, но она тут же подумала, что, возможно, просто предвзято судит по внешности.
Разве не нормально называть кошек упитанными? Гость ведь улыбался и хвалил всех. Как она может так думать? Да и скоро начнётся эфир — если зрители заметят её недовольство, её точно обвинят в грубости.
Услышав про приют, Дин Синь немного успокоилась и перевела разговор:
— Могу нарисовать тебе чертёж или в следующий раз вместе съездить в приют и помочь собрать комплекс. У нас в кофейне всегда рады здоровым котятам, которые хотят «поработать».
Звуки их шагов попали в микрофон трансляции, и фанаты, ждавшие совместного эфира, обрадовались.
[Ура! Значит, будет и следующее сотрудничество! «Сотня Вкусов», выкладывай фото приюта и данные — выберем счастливчика для работы!]
Дин Синь наклонилась к камере:
— Привет всем! Сегодня Синсин и «Сотня Вкусов» вместе приготовят обед для наших пушистых! Что же приготовит для нас «Сотня Вкусов»? Ждём с нетерпением!
Только она закончила приветствие, как за спиной что-то пролетело. В чате трансляции взорвался поток сообщений:
[!!! За спиной!]
[Беги!]
— Мяу-у-у!
— А-а-а-а!
Пронзительные кошачьи вопли нарушили уютную тишину кофейни. Кошки выскакивали изо всех укрытий, как охотники или маленькие снаряды, превратившись в пушистый поток ярости, устремившийся прямо на «Сотню Вкусов».
Это была не любовь — это была чистая злоба.
Кошки из кофейни, у которых когти обычно аккуратно подстрижены, теперь выпускали острые когти из розовых подушечек и с зубами бросались на мужчину. Одна царапнула ему штанину, другая вцепилась в обувь, третья пыталась запрыгнуть на него.
— Чёрт! Отстаньте! С ума сошли?! — «Сотня Вкусов» инстинктивно поднял руку, брови сошлись, и на мгновение дружелюбное выражение сменилось жестокостью, но тут же исчезло.
Он схватил тележку, развернулся и выбежал, перепрыгнув через ограждение, и захлопнул дверь, заперев всех кошек внутри:
— Не гонитесь! Хватит!
Дин Синь, опомнившись, вместе с сотрудниками быстро накинула сетки на разъярённых кошек, снимая тех, кто цеплялся за ограждение, и пыталась успокоить:
— Тише, тише.
Оказалось, что напали все — и обычно миролюбивые, и те, кто всегда был капризным.
Даже рядом со своими хозяевами кошки не успокаивались: уши стояли торчком, и они яростно шипели в сторону «Сотни Вкусов».
http://bllate.org/book/12027/1076066
Готово:
