Готовый перевод Salty lust / Солëная похоть: Глава 1.

Какой-то старик, я забыл, как его звали, сказал: «Жизнь — это трагедия, когда видишь её крупным планом, и комедия, когда смотришь на неё издали.» И как он сказал, Земля, так и не сумевшая стряхнуть с себя трагическую жизнь в форме комедии, была одновременно ужасающей и прекрасной.

Нукс Эйт Дистрикт поправил защитные очки. Дешёвые, низкого качества, но у них всё же было преимущество - можно настроить четыре увеличительных стекла, три барьера и один лазерный фильтр. Они позволяли ему разглядывать голограмму перед собой, засунув руки в карманы.

Он находился в Зале истории Земли при кампусе. Хоть людей и было мало, тихим это место назвать было нельзя.

У него раскалывалась голова, и очень хотелось найти место, где можно было посидеть и отдохнуть.

Внутри павильона непрерывно транслировалась история человечества: от исхода с Земли до освоения космоса.

От запуска первого спутника — до современных орбитальных колоний и успешных межзвёздных перелётов.

Среди всего этого Нукс сидел перед экспозицией, посвящённой истории строительства орбитальных колоний. Перед ним, как поясняла табличка, мерцала голограмма полуразрушенного обитаемого спутника.

Столько раз он это слышал, что мог бы повторить с закрытыми глазами.

«Первый обитаемый спутник человечества оказался неудачным проектом. Он был разрушен на середине строительства, по причине, неизвестной для людей того времени. Точную причину не удалось установить даже при строительстве второго, третьего и четвертого спутников. За это время конструкцию так часто трясло и перекашивало, что она утратила первоначальную форму. А ведь на постройку спутников уходили колоссальные деньги и ресурсы...

Но Земля не жалела поддержки для орбитальных проектов, ведь спасти планету было уже невозможно. Поверхность уже потеряла большую часть условий, пригодных для жизни. Температура росла, воды не хватало, ископаемое топливо иссякало. Альтернативная энергетика развивалась, но экологически чистые источники не давали достаточного количества энергии, а экономичные альтернативы разрушали окружающую среду.

А затем, будто решив избавиться от человечества, отравлявшего планету, мантийные течения внезапно активизировались, породив по всему миру землетрясения и цунами. Атомные электростанции были разрушены, радиация вырвалась наружу. За оставшиеся ресурсы начались войны. Дрались, отнимали, теряли, снова отнимали. Раз начавшись, борьба не прекращалась. Ходили слухи, что эти войны — заговор элит, чтобы построить орбитальные станции, но даже спустя сто пятьдесят лет ничего определенного выяснено не было.

Череда перемирий и новых войн, череда провалов — и наконец станции были построены. Выжившие богачи покинули Землю и улетели в космос.»

Богачи, которым удалось выжить.

Выжившие победители.

Пока побеждённые, оставшиеся на Земле, теряли плоть и кости, лишались способности к размножению и едва дышали в глубинах бункеров, победители писали новую историю в новом месте. То, что видел Нукс, было историей победителей. Поэтому услышанные им слухи о заговорах и человечестве, оставшемся таять на Земле, в ней не фигурировали.

Я собирался прийти сюда остыть, а не смотреть на то, как погибало человечество.

Богачи начали активное освоение и колонизацию Марса и Луны. Бесчисленные станции и колонии появились по всей Солнечной системе.

Эпоха космоса.

Эпоха потрясений.

И когда человечество, преодолев хаос, готовилось к новой эволюции, выходящей за пределы пространства, перед ним предстали инопланетные формы жизни.

Прибывшие из Галактического союза по защите окружающей среды инопланетяне призвали человечество защищать межзвёздную среду Солнечной системы. Чтобы предотвратить искажение космического пространства — одну из указанных причин прежних неудач. Оказалось, что люди использовали некие особые синтетические материалы для строительства колоний и спутников, и инопланетяне заявили, что эти материалы оказывали пагубное влияние на остальной космос.

Снова встал выбор: повторить путь Земли, надеясь, что развитые технологии в этот раз спасут их будущее? Или принять передовые технологии пришельцев? Самостоятельное выживание, обречённое на гибель, или относительно комфортное существование ценой свободы?

Человечество выбрало последнее.

Солнечная система была поглощена галактическим конгломератом, а человечество обрело технологию гиперпространственных перемещений. Инопланетяне начали проникать в земную среду под предлогом программы улучшения межзвёздной экологии. Под видом очистки от радиоактивных материалов проводили на земле несанкционированные эксперименты по изменению материи и преобразованию жизни, запрещённые в их галактике.

Парадоксально, но экология Земли вернулась к первозданному состоянию. Растения покрыли бесплодные земли и руины бетонных зданий. Инопланетяне надеялись, что модифицированные ими формы жизни заселят Землю, но те не смогли адаптироваться. Тогда внеземная жизнь заинтересовалась остатками человечества.

Причина была в том, что те демонстрировали качества, отличающиеся от мигрировавших в космос.

Особи, приспособившиеся для выживания на Земле, оказались слабее других рас, но стремительно адаптировались к окружающей среде и быстро размножались. Хотя это и не соответствовало человеческому определению «остатков цивилизации», инопланетные формы жизни всё равно изменили направление исследований. Они объединили генетическую информацию уцелевших людей со своей, создав «новое человечество».

Точнее, так называли особей с определённым уровнем интеллекта и репродуктивной способностью. Однако у способных к размножению экземпляров генетика пришельцев не проявлялась, даже через несколько поколений естественного воспроизводства. Изредка возникали мутации, где черты инопланетян становились явными, но такие особи не жили долго и были бесплодны.

Как будто Земля не давала на это разрешения.

Поскольку эксперименты проводились рядом с убежищами, где оставались последние люди, исследовательские комплексы называли по первой цифре серийного номера убежища. Эти номера — пережиток цифровых кодов государств, которых уже давно нет. Теперь это просто обозначение районов. Ведь слово «раса» больше не употреблялось.

Нукс Эйт Дистрикт, как следует из его фамилии, родился в Восьмом районе. Когда мать носила его под сердцем, ей приснилось, как она раскалывает маленький орех. Оттуда появилась Дюймовочка, слишком крупная для такого орешка, и лучезарно улыбнулась. Поэтому ребёнка назвали Нуксом.

Сам Нукс думал иначе. Он считал, что мать, находясь под действием психотропных веществ, перепутала сон с рекламой косметики. Ведь он слышал, как она бормотала, глядя передачу про старые рекламные ролики: «Похоже на тот сон...»

Да и в косметике это слово часто встречается.

Так какая разница — Люкс или Нукс? Главная проблема, из-за которой он пялился на историю Земли в полупустом зале, всё равно оставалась неразрешенной.

Нукс снова покрутил механизм очков. Снял жёлтый фильтр и убрал увеличительное стекло. В потолочной панели отразилось его глупое лицо.

Он медленно откинул голову назад, к стене.

Сегодня были объявлены оценки.

Нукс Эйт Дистрикт учился в «Марсианском университете космических технологий». Хотя университет назывался марсианским, находился он между Луной и Землёй, на временной орбитальной станции, построенной когда-то для переселенцев на Марс. Теперь там располагались учебные корпуса, лаборатории и станция по обслуживанию кораблей.

Жизнь была беспорядочной, поэтому и Земля находилась в хаосе. У него было не так много способов покинуть планету: стать солдатом, инженером или поступить в университет, чтобы им стать. По счастью или несчастью, Нукс оказался одним из самых умных в своём районе. Так в нём взыграла гордыня.

Мать спрашивала, неужели он всерьёз думает, что в космосе будет лучше, но Нукс не слушал. Он верил, что сможет добиться успеха. Поэтому без её ведома подал заявку в университет, устроился на работу и купил билет в один конец. Даже если бы он не поступил, он планировал готовиться к экзаменам прямо на станции, работая там. Но, к счастью, сдал он с первого раза.

Учёба была тяжелой, работа давалась нелегко, но Нукс, всё ещё чувствуя в себе этот «привкус исключительности», считал, что жить можно.

Здесь «жить можно» означало «живёшь, потому что умереть не можешь». После первых промежуточных экзаменов он получил объективные данные и подумал, не стоит ли ему самому перестать дышать. Он даже засовывал нос в кружку и пытался задерживать дыхание, но жизнь штука простая и цепкая, так что он всё ещё был жив.

Промучившись так три года и став третьекурсником, Нукс, тоскуя по тому самому «привкусу исключительности», что был у него на Земле, теперь после каждого экзамена шёл в зал истории Земли. Хотя сегодня у него было ещё одно дело.

Ах, родная Земля-матушка, как же я по тебе скучаю...

— Блядь. Чертовски сложно жить.

Почему бы не бросить всё и не пойти в армию? Нукс ощупал себя. Не такая уж плохая идея. По крайней мере, в армии не придётся платить за общежитие. Он засмеялся, как сумасшедший. Оценки были не совсем ужасны. Но и стипендию на них не получить.

Недостаточно хорошие оценки. Да, это была главная проблема. Вокруг слишком много тех, кто умнее, талантливее, успешнее.

Я просто тупой булыжник.

Но стоило ему смириться с этим, как он вспомнил тех, кто был ниже его в рейтинге успеваемости. Многим из них жилось лучше, чем ему.

И всё же, учитывая, сколько времени я тратил на учёбу, я справился ещё неплохо.

Нукс глубоко вздохнул, пытаясь утешить себя.

Он постоянно подрабатывал в ремонтной мастерской космических кораблей рядом с университетом, потому что стипендии не хватало. Работать по студенческой визе было запрещено, но механики, которым не хватало рабочих рук, нелегально нанимали таких, как Нукс: студентов и даже тех, у кого не было визы. Поскольку работа была нелегальной, они не были застрахованы, никаких записей не велось, и даже в случае несправедливости компенсации им не полагалось.

Почасовая оплата была мизерной, а работа каторжной. Но даже на такие места была очередь. Если бы Нукс не был студентом Марсианского космического инженерного университета, ему пришлось бы стоять в той очереди.

Он не мог бросить работу, потому что нужны были деньги. Но из-за работы не хватало времени на учёбу. Из-за недостатка времени страдали оценки. Без хороших оценок не было стипендии, а без денег приходилось работать. Замкнутый круг.

Честно говоря, в этот раз я получил неплохие баллы.

Нукс решил смириться.

Хоть его оценки и были хуже, чем на прошлом годовом экзамене, в этой промежуточной сессии он действительно выжал из себя последние силы. Даже те, которых не было. Он сдал работу, использовав всю свою фантазию. Будто написал и сдал научно-фантастический роман.

За безумный научно-фантастический роман ещё и такие баллы?

Нукс истерично расхохотался. Самому стало смешно от того, что он считал это "хорошим результатом".

Да я совсем ебнулся. Псих!

Насколько же хуже будет к концу семестра? Деньги улетали, даже когда он просто дышал. Почему инженерный факультет вообще такой дорогой? Возмутительно.

Из-за недосыпа слипались глаза.

Как раз в этот момент прозвучало объявление о закрытии.

С долгим вздохом Нукс собрал вещи и поднялся.

С работой покончено. Хорошо бы профессор разрешил пересдать. Тогда уж я бы показал, на что способен.

Но это был самообман. Он и не думал, что сможет «показать», просто попросив о пересдаче.

Ничего.

Сегодня был не только день объявления результатов, но и день, когда Нукса уволили из ремонтной мастерской, где он нелегально проработал больше года. Он вытащил из носа засохшую вату и швырнул в урну. Воздух хлынул в заложенные ноздри, усиливая запах крови.

Даже мысли об этом бесят.

Он сжал покалывающий нос и болезненно простонал.

Может, поджечь всё это?

Нукс представил то, чего никогда не сделает.

...Ладно, пойду домой, помоюсь и спать.

Казалось, это единственное разумное, что он мог сделать сейчас.

Когда он вышел из исторического зала и посмотрел на небо, конечно же, он увидел звёзды. Глядя на бесчисленные мерцающие звёзды, Нукс вздохнул.

Нелегальная подработка не защищалась законом. Помимо переработок, бывали случаи, когда он работал на опасных объектах, где нарушались правила безопасности. Легко было и уволить, и нанять, а бывало, что зарплату урезали, потому что работу не засчитывали. И даже так находилось множество людей, готовых впрячься за гроши.

Мастерская, где работал Нукс, не была исключением. Просто все места были заняты, а он попался на глаза злобному и жадному механику второго класса. Нукс никогда не давал ему взяток, дружил с тем, кого тот ненавидел, и был родом из нежелательного региона. Механик, решив, что подвернулся удобный случай, свалил на Нукса свою ошибку. Завязалась перепалка, потом драка. Поскольку денег на лечение у Нукса не было, ему досталось сильнее. Но компания потребовала уйти именно его, потому что травмированный штатный механик подал заявление на страховку, и это обошлось дороже.

Сам споткнулся, а виноват я?..

Вспомнилось, как тот механик охал, потирая синяк на заднице. Может, Нукс и переборщил.

Но всё равно хорошо, что он ушёл.

Всё равно выгнали бы.

Учёба и так отнимала время. Нукс пытался мыслить позитивно. По сравнению с кошмаром, который он уже видел, это действительно было пустяком. Но чем больше думал, тем сильнее злился.

Хотелось закричать. Но вместо этого он глубоко вдохнул и зашагал, думая о насущном. Когда он сложил зарплату за этот месяц и компенсацию травмы, получилось чуть больше 600 PUC (Планетарных единых кредитов). Это было больше, чем сумма больничного счёта.

Если я сразу найду работу, то смогу прожить на эти деньги до следующей зарплаты.

Но получится ли? Нукс остановился.

В этом месяце будет туго. Хотя когда было иначе? Но как-то же выкручивался раньше. Выкручусь и сейчас.

Получится ли на этот раз? Во рту пересохло от внезапной мысли. Ему так не хватало того самого "привкуса превосходства", что был у него на Земле. Нукс развернулся, глядя на музей. Свет уже потушили, готовясь к закрытию.

Экзамен провалил, работу потерял. Жизнь не удалась. Совсем. Я даже дышать не заслуживаю. Не дыши. Не дыши.

Он зажал ладонями нос и рот. Ненадолго задержал дыхание, но вскоре сдался и опустил руки.

Дорога до общежития казалась бесконечно длинной. Нукс плелся, шаркая ногами.

Что делать дальше?

Дальше. Это слово было слишком тяжёлым.

Неужели я правда хочу умереть? Ведь смерть – это конец.

Жить было трудно. Ничто не подчинялось его воле. Однако, несмотря на все мысли о смерти, умирать он не хотел.

Справлюсь. Как-нибудь.

Он еле переставлял уставшие ноги. Когда он наконец добрался до общежития, там уже вовсю шла вечеринка. Похоже, предстоящие экзамены никого не волновали. Звучала музыка непонятного жанра. Кто-то играл на незнакомом инструменте. Некоторые танцевали под эти звуки. Возможно, это выглядело нелепо, но они были слишком заняты развлечениями.

Это не имело к нему никакого отношения.

Да, таким, наверное, есть ради чего жить.

Разве я не могу жить иначе?

Нукс почувствовал себя жалким. Казалось, он находился в совершенно другом мире.

Разница настолько велика, что даже завидовать не хочется.

Он коротко вздохнул и продолжил идти. Некогда было раскисать из-за бесполезных эмоций. Ему хотелось вернуться в свою комнату и умыться. Может, тогда и настроение немного улучшится.

Он сделал ещё несколько шагов, как вдруг откуда-то раздались радостные возгласы. Он машинально повернул голову на звук.

Толпа, что до этого смелась и весело болтала, разом притихла, увидев знакомое лицо.

Лорд Асперио.

Лицо, мягко светящееся в темноте, волосы, меняющие цвет в зависимости от угла зрения. Его высокую, статную фигуру нельзя было спутать с другими, даже несмотря на одинаковую форму учащихся.

Нукс отряхнул свой комбинезон. Он даже не был одет в ту же форму.

Ну, она мне не очень идёт.

Лорд Асперио был асангаином. Солнечная система оказывала особое благоволение пришельцам с планеты Асанга, ведь именно они открыли для неё эру космоса, подарив технологии гиперпространственных перемещений через временные складки.

Таким образом, лорд Асперио, будучи асангаином, был знаменитостью не только в университете, но и на спутнике Воллис, и во всей Солнечной системе. Как и большинство асангаинов, лорд Асперио обладал статусом, непостижимым для обыденного понимания Нукса. Фактически, это даже нельзя было назвать просто «богатством» — количество планет, официально принадлежащих ему, превышало десяток, а спутников и вовсе было не счесть. Ходили слухи, что некоторые планеты даже резонировали с его психической энергией.

Может, его стоит называть не богачом, а правителем?

Хотя на правителя он не очень похож.

Он был слишком сдержан, чтобы называться правителем. Хотя сдержан это тоже ещё мягко сказано.

Нукс продолжал мысленно принижать Лорда Асперио.

Интересно, может он андроид?

Никакой шум не мог нарушить безмолвие лорда Асперио. Даже под градом восторженных возгласов его выражение лица оставалось неизменным.

Все асангаины такие?

Их богатство было нажито благодаря раннему завоеванию космоса с помощью гиперпространственных технологий. Ходили слухи, что из-за чрезвычайного развития и превосходных технологий они даже перестали испытывать базовые жизненные потребности.

Как импотенты?

Говорили, что они настолько возвысились в своём познании, что вышли за рамки человеческого понимания и утратили стремление к размножению.

Ну да, типа они импотенты.

Были и другие слухи, но Нукс не мог их сейчас вспомнить.

В любом случае, лорд Асперио был слишком важной персоной, чтобы находиться здесь. Официально он заявлял, что прибыл для культурного обмена в рамках проекта исследований по восстановлению Земли, но разве есть что-то, чем можно обмениваться в этой шараге на отшибе Солнечной системы?

У него наверняка были другие причины.

Нукса это особо не интересовало. Это был совершенно другой мир, и ему было не до чужих дел, он едва справлялся с собственной жизнью. Единственная причина, по которой Нукс вообще что-то знал о лорде Асперио, заключалась в том, что тот был невероятно знаменит, даже без учёта его личных качеств. И ещё кое-что...

А, мы снова встретились взглядами.

Они часто встречались взглядами. Настолько часто, что однажды Нукс даже машинально начал поднимать руку для приветствия, хотя они даже не были знакомы. К счастью, он вовремя спохватился и ретировался, избежав неловкости. Вспомнив свою находчивость, Нукс впервые за долгое время мысленно похвалил себя и пошел дальше.

Он не заметил чьего-то пристального взгляда, буквально впившегося в него.

Он был слишком измотан.

__

Примечание:

„Жизнь — это трагедия, когда видишь её крупным планом, и комедия, когда смотришь на неё издали." — Чарльз Спенсер Чаплин

Из некролога в «The Guardian», 28 декабря 1977 года

Life is a tragedy when seen in close-up, but a comedy in long-shot.

Имя и фамилия записаны корейской транслитерацией английского. Закорючки 눅스 читаются как Nuk-seu, что очевидно подтверждает, что он то ли Люкс, то ли Нукс из-за особенностей корейского языка. Нукс - орех, кстати, с латыни.

http://bllate.org/book/11947/1100908