Постельное бельё было слегка взъерошено — Ваньчжэн уже третий раз перевернулась с боку на бок. Прижав к себе одеяло, она уставилась в потолок и начала неуверенно размышлять:
— Он ведь всё ещё испытывает ко мне какие-то чувства? Иначе зачем лично сварил танъюани, подарил грелку и сам предложил сотрудничество?
Она перевернулась на другой бок, придавив под собой одеяло. Щёчки, белые и нежные, слегка сплющились, образуя мягкие дугообразные складки. Чёрные глаза, прозрачные, как родниковая вода, метались в смятении:
— Но если он действительно всё ещё… тогда почему вообще захотел расстаться в прошлый раз?
Ваньчжэн растянулась на кровати с оранжевым котом, безвольно раскинув руки, и заговорила вслух, будто разговаривая сама с собой:
— Прямо спросить тоже нельзя… А вдруг он вообще ни о чём таком не думает…
...
Стрелка настенных часов размеренно двигалась по кругу, отсчитывая секунды.
Шёпот в спальне постепенно стих, растворившись в тишине.
Сонливость накатила волной, веки стали тяжёлыми, и Ваньчжэн наконец провалилась в глубокий сон.
Прошло десять минут.
Резкий системный звук входящего вызова разорвал ночную тишину, мгновенно рассеяв тонкую пелену сна.
Ваньчжэн резко распахнула глаза и потянулась в сторону источника звука.
Только что пробуждённая ото сна, она чувствовала тяжесть в глазах и лёгкую боль в висках — будто мелкие иголочки кололи изнутри.
Она долго шарила в темноте, но так и не могла найти телефон. Звонок продолжал надрываться, и раздражение начало подниматься в груди. Наконец она села, резко сбросила одеяло и обнаружила, что аппарат оказался под ней.
— Что случилось? — спросила она вяло, голос был лишён эмоций.
Сюй Байцяо, полная заботы и удивления, выпалила без паузы:
— Тебя преследовал хейтер? Да ещё и дошло до полиции?! Ты не пострадала? Почему ты мне ничего не сказала?
Её вопросы обрушились на Ваньчжэн, словно шквал, и та на мгновение потеряла способность соображать.
Немного помолчав, Ваньчжэн глухо ответила:
— Уже всё уладили. Не хотела вас волновать.
Сделав паузу, она приподняла веки:
— А откуда ты узнала?
Сюй Байцяо на несколько секунд замолчала от изумления:
— Один блогер, твой фанат, где-то раздобыл информацию, что тебя преследует хейтер, и выложил это в вэйбо.
Иногда Ваньчжэн искренне недоумевала: откуда у этих интернет-пользователей берутся сведения о личной жизни артистов? Казалось, никакая тайна не остаётся в секрете — всё рано или поздно становится достоянием публики.
Ей всё ещё хотелось спать, и она равнодушно произнесла:
— У этого блогера, наверное, не такая уж высокая популярность. Просто уберите новость из трендов, иначе опять начнут обвинять в пиаре.
Сюй Байцяо замолчала на пару секунд:
— ...Уже в трендах.
— Что?
— Сейчас это третий тренд.
— ..
— Подожди, теперь второй!
— ...
...
— Ты тоже хочешь за ней ухаживать?
Окно автомобиля было чуть приоткрыто, и холодный ветерок пробрался внутрь. Цзи Яньхэн сидел за рулём, расслабленно откинувшись на сиденье. Его вопрос прозвучал спокойно, почти как обычная светская беседа.
Однако из-за густой ночи, полумрака в салоне или, может быть, из-за ледяного холода Линь Шэньбу показалось, что взгляд Цзи Яньхэна полон зловещей тени.
«Наверное, показалось», — подумал он.
Линь Шэньбу не стал доканчивать свою мысль и прямо ответил:
— Я за ней не гонюсь.
Цзи Яньхэн пристально посмотрел на него.
— Честно, не гонюсь! — подчеркнул Линь Шэньбу. — Даже если бы пытался, всё равно не добился бы ничего. Хотя... — он запнулся, поняв, что звучит слишком самоуверенно, — правда, не добился бы. Моя сестрёнка говорила, что в старших классах за Ваньчжэн ухаживало много парней, но никто не смог её завоевать.
Внезапно он вспомнил кое-что и поправился:
— Хотя один парень, кажется, был близок к успеху.
Цзи Яньхэн снова поднял глаза.
Линь Шэньбу продолжил болтать:
— Кажется, это был кто-то из её класса. — Он задумался. — Моя сестра рассказывала, что этот парень два года ухаживал за Ваньчжэн, но она так и не согласилась. Потом кто-то увидел, как Ваньчжэн пишет любовное письмо в классе, и все решили, что оно предназначено её парню. Хотя, насколько я помню, у неё тогда был парень за пределами школы, но Ваньчжэн сказала моей сестре, что это просто слухи. Подробностей она не раскрывала — видимо, неудобно было. Во всяком случае, она никогда официально не подтверждала, что у неё есть парень.
Цзи Яньхэн молча опустил голову и начал тереть большим пальцем край корпуса телефона.
— Так вот! — Линь Шэньбу сел прямо, чувствуя, что подходит к кульминации. — В тот же день после обеда все увидели, как тот самый парень держит в руках именно то письмо!
Движение пальца Цзи Яньхэна замерло. Он поднял глаза.
— После этого все решили, что Ваньчжэн изменяет сразу двоим, — продолжал Линь Шэньбу, улыбаясь. — Но до самого выпуска между ними так и не было ничего близкого.
Цзи Яньхэн снова опустил взгляд.
— Хотя, возможно, то письмо и не было любовным, — предположил Линь Шэньбу. — Может, это была жалоба с просьбой прекратить преследование. В любом случае, Ваньчжэн — очень трудная цель.
Он добавил с лёгким вздохом:
— Слухи в школе — страшная вещь. Кто знает, что правда, а что выдумка? Мы же не участники тех событий. Так что воспринимай это просто как сплетню, не принимай всерьёз.
Цзи Яньхэн сидел, опустив брови, лицо его оставалось непроницаемым. Он молчал, и даже движения пальца по корпусу телефона давно прекратились. Разговор Линь Шэньбу перестал его интересовать.
Тот парень, о котором говорил Линь Шэньбу...
Он его видел.
Это случилось на третий день после того, как Ваньчжэн поведала ему свой маленький секрет.
Цзи Яньхэна заметил скаут ещё в десятом классе, и с тех пор его жизнь разделилась между тренировками и учёбой. Свободного времени почти не осталось, и связь с Ваньчжэн постепенно сошла на нет.
К счастью, он помогал ей с домашними заданиями, так что хоть какой-то контакт сохранялся.
Но всё изменилось, когда Ваньчжэн пошла в одиннадцатый класс.
С этого момента её ответы на сообщения стали приходить всё позже и позже.
Сначала Цзи Яньхэн списывал это на загруженность учёбой, пока однажды ночью Ваньчжэн не опубликовала запись о тайной симпатии...
В ту ночь он не спал.
Голову заполнила только эта запись, полная намёков на влюблённость.
На следующее утро в семь часов он написал ей: [Ты кому-то нравишься?]
Ответа долго не было.
Только вечером, около восьми, пришло одно короткое слово: [Да.]
Получив ответ, Цзи Яньхэн несколько раз набирал «Это я?», стирая и снова вводя эти три слова. В конце концов он решил действовать осторожнее: [Собираешься признаваться?]
Ваньчжэн ответила почти сразу: [Нет.]
Прежде чем он успел что-то написать, пришло второе сообщение: [Я не уверена, что он обо мне думает, поэтому пока не решаюсь.]
Слово «он» будто укололо его.
Цзи Яньхэн не стал отвечать на её сомнения и просто спросил: [Ты его очень любишь?]
Ответ пришёл мгновенно: [Очень.]
На следующий день Цзи Яньхэн сел на первый утренний поезд. Когда он сошёл с него, прошло уже три дня с их последнего разговора.
Он никуда не пошёл — сразу направился в школу Ваньчжэн.
И там увидел, как она выходит из ворот вместе с юношей.
Солнце слепило глаза, небо было чистым и безоблачным. Парень был в летней школьной форме — сине-белой, такой чистой, будто с неё только что сошёл пар. Вся его фигура излучала ту самую юношескую свежесть и энергию.
Рядом с Ваньчжэн они смотрелись идеально.
В тот момент Цзи Яньхэн вдруг всё понял.
Он подумал, что Ваньчжэн действительно достойна такого чистого юноши.
А не человека вроде него.
Без денег, с тёмным характером, от которого, как говорил его отец, «становится хуже настроение».
Такие, как он, должны держаться подальше.
И Ваньчжэн будет счастливее без него.
В итоге Цзи Яньхэн не стал встречаться с ней и не сказал, что приезжал.
Этот день навсегда остался в прошлом, никому не известный и никем не упомянутый.
...
Линь Шэньбу отвлёкся на сообщение от Чжан Жу Жань.
Чжан Жу Жань: [Дурак, поставь лайк и коммент под моим первым постом, спасибо.]
Линь Шэньбу зашёл в её вэйбо и под фотографией написал: [Губы надула, как свинья.]
Перед тем как выйти из приложения, он заметил под её постом фото фейерверков и вдруг вспомнил:
— Эй, а где твои фотографии салютов? Пришли парочку.
Он тоже хотел выложить в вэйбо.
Цзи Яньхэн поднял глаза, его голос был равнодушен:
— Какие фотографии?
— Ты что, забыл? — Линь Шэньбу рассмеялся. — Моя сестрёнка сказала, что Ваньчжэн с подругами пошли на Центральную площадь смотреть фейерверк. Я тоже хотел пойти, но ты заставил меня работать. Ты же обещал прислать мне пару фото, чтобы я мог насладиться зрелищем!
Он протянул руку и поднял бровь: [Ну где фото? Где моё зрелище?]
Цзи Яньхэн отвёл взгляд:
— Нет.
— Что?!
— Забыл.
— ...
Линь Шэньбу чуть не лопнул от возмущения:
— Ты забыл и ещё гордишься этим?!
Цзи Яньхэн не ответил и завёл машину.
Линь Шэньбу, скучающий в пассажирском кресле, открыл вэйбо и вдруг резко выпрямился:
— Ваньчжэн в трендах! Пишут, что хейтер пришёл к ней домой, хотел причинить вред и даже прислал ужасный посылок! В итоге вызвали полицию! Подожди... Это имя блогера мне знакомо...
— Да это же моя сестра?! — чуть не выронил он телефон. — Она подглядывала за нашим чатом с сестрёнкой и выложила всё в сеть?!
— Так можно поступать?!
Цзи Яньхэн не отреагировал — ему явно было не до этого.
Линь Шэньбу пролистал другие тренды и выругался:
— Ваньчжэн расторгла контракт с «Шэн Юэ»! Уже официально объявили!
Цзи Яньхэн продолжал молчать.
Линь Шэньбу открыл автоматически всплывшее окно её вэйбо и увидел, что кроме объявления о расторжении контракта там ещё кое-что:
— Она запустила прямой эфир!
В ту же секунду автомобиль резко затормозил.
Цзи Яньхэн поднял голову, лицо его было непроницаемо:
— Кто?
— А? — Линь Шэньбу на миг растерялся, потом понял: — Ваньчжэн! Что случилось?
Цзи Яньхэн молча вышел из машины, обошёл её и открыл дверь пассажира. Стоя на улице, он опустил глаза:
— Меняйся местами. Ты за руль.
Линь Шэньбу усмехнулся:
— Я за руль? А ты чем займёшься?
— Посмотрю эфир.
— ...
19:36. За окном царила густая тьма, стёкла покрылись инеем. В кабинете благодаря тёплому полу не ощущалось зимней стужи.
На столе стоял профессиональный штатив для телефона, рядом поднимался лёгкий пар из белой кружки с растворимым кофе. Аромат напитка медленно распространялся по комнате.
Звучала лёгкая фоновая музыка.
Обстановка была спокойной и уютной.
Ваньчжэн сидела прямо перед камерой, спина её не касалась спинки кресла. Закончив просматривать альбом, присланный Цяо, она перевела взгляд с компьютера на экран прямого эфира.
Возможно, из-за недавнего роспуска группы ROSE, а может, из-за нескольких трендов в вэйбо, количество зрителей в эфире побило все предыдущие рекорды.
Прошло десять минут с начала трансляции.
Зрителей — 1 350 000.
Число и комментарии в чате росли с каждой секундой.
[Аааааааааа наконец-то эфир!!!]
[Ждали так долго, наконец-то!]
[Увидела тренд и сразу зашла, слава богу, не опоздала! Скажи, с тобой всё в порядке? Этот урод не причинил тебе вреда?!]
[Правда ли, что псих прислал тебе ужасный посылок? В реальной жизни такое вообще бывает?]
[Говорят, это фанат Вань Сюй, раньше он тайно следил за ней. Просто мерзость.]
http://bllate.org/book/11937/1067116
Готово:
