Благодарю ангелочков, приславших мне «багуань» или «питательную жидкость» в период с 24 июля 2020 года, 12:16, по 25 июля 2020 года, 23:17!
Особая благодарность за «питательную жидкость»:
Жемчужина — 10 бутылочек;
В режиме самоизоляции — 1 бутылочка.
Огромное спасибо всем за поддержку! Обязательно продолжу стараться!
Во сне Цзи Инчжи мелькали обрывки сценария, и она знала: в будущем ей предстоит целых шестьсот глав напряжённых перипетий с наследным принцем из столицы.
Правда, поскольку ей пока не хватало возраста, многие эпизоды оказались засекречены — на страницах красовались лишь бесконечные «………».
Но даже одни эти «…» уже многое значили.
В самом сценарии кратко описывался характер наследного принца:
«Наследный принц — ростом восемь чи, суров и жесток. Любит скакунов, обожает крепкое вино и прекрасных женщин».
И уж точно фраза «обожает прекрасных женщин» идеально совпадала с теми самыми «………».
А вот описание из письма Вэйского принца — «вежливый, учёный, среднего роста, предпочитающий изящную музыку» — совершенно не соответствовало образу из сценария.
Возможны были только два варианта: либо всё описание наследного принца в сценарии ошибочно, либо Вэйский принц ошибся в своём письме.
Маленькая Цзи Инчжи несколько дней мучительно размышляла, а потом всё же собралась с духом и побежала спрашивать у отца.
Она сама, конечно, никогда не видела наследного принца из столицы, но её отец столько лет водил войска по стране — наверняка встречал его!
Князь Лунси действительно встречал.
Цзи Инчжи дождалась подходящего момента — когда отец основательно напился — и наконец вытянула из него хоть что-то.
— Наследный принц, говоришь?.. — Князь Лунси прищурился, налил себе ещё вина и задумчиво оглядел остатки пира. — Помню, как государь впервые привёл его к старым боевым товарищам... Тогда он едва доставал до конской гривы... А теперь вырос. Эх, времена меняются...
— А какой он стал ростом? Действительно восемь чи? — Цзи Инчжи поднесла отцу бокал, нетерпеливо допытываясь.
Князь долго щурился, вспоминая:
— Выше конской шеи.
Цзи Инчжи: «...» С каких пор рост меряют по лошадям?
Она упрямо продолжила:
— А характер? Он вежливый и любит изящную музыку? Или предпочитает крепкое вино и красивых женщин?
Пьяный князь вдруг вспылил, громко хлопнул ладонью по столу:
— Замолчи немедленно, девчонка! Почему ты всё время расспрашиваешь о пристрастиях наследного принца? Продолжишь — не успеешь и глазом моргнуть, как окажешься мертва! Вспомни судьбу Луского принца! Он ведь собственного брата не пощадил! Как ты думаешь, станет ли он церемониться с тобой, жалкой дочерью провинциального князя?
Цзи Инчжи: «...»
Отец выдал правду в пьяном угаре, но ей-то совсем не хотелось слышать этих придворных тайн...
Наутро князь Лунси был вне себя от досады и строго-настрого запретил дочери болтать об этом.
Цзи Инчжи, конечно, послушно пообещала молчать.
Но, вспомнив о том, что Вэйский принц живёт в одной столице с этим страшным наследником, она ещё больше сочувствовала ему.
Как бы ни был противен его стиль общения, он всё же всего лишь подросток, которому едва исполнилось пятнадцать. Лишиться жизни в таком возрасте, да ещё от руки собственного старшего брата... Как же это жестоко.
Воспользовавшись редким случаем отцовского оплошения, она выпросила у него разрешение отправить экстренное письмо.
Из резиденции князя Лунси выехал специальный гонец. Он мчался без остановок, меняя коней на станциях, избегая чужих глаз, и лично доставил письмо Цзи Инчжи в тысячи ли отсюда — прямо во дворец Вэйского принца в столице.
Чтобы подчеркнуть срочность, она даже приклеила к конверту яркое пёстрое петушиное перо.
На тонком листке бумаги было всего две строки, исписанные корявым детским почерком:
«Остерегайся этого пса-наследника.
Он плохой человек».
Отправив это письмо, полное тревоги и надежды, Цзи Инчжи стала считать дни в ожидании ответа.
На этот раз ответ пришёл ещё быстрее — меньше чем через месяц.
Гонец из столицы, не сменяя всадника, проскакал три тысячи ли без отдыха и, весь в дорожной пыли, вручил письмо лично Цзи Инчжи в резиденции князя Лунси.
— Его высочество приказал: расстояние между столицей и Лунси слишком велико, обычные почтовые станции кишмя кишат шпионами. Поэтому отныне Вэйский дворец будет регулярно направлять собственных гонцов для доставки писем Его высочества и получения ваших ответов.
Цзи Инчжи была потрясена такой роскошью.
Её отец, хоть и был могущественным князем, управлявшим огромными землями, отправлял единичное письмо лишь с огромным трудом — как рассказывал сам, приходилось преодолевать множество препятствий.
А Вэйский принц одним словом обеспечил постоянную связь на три тысячи ли...
Такая внезапная организация «экспресс-доставки» превзошла все ожидания. Даже князь Лунси не нашёлся, что сказать.
Он лишь махнул рукой, велев дочери остаться в кабинете и немедленно написать ответ, чтобы не заставлять уставшего гонца ждать.
Сам же князь вышел из кабинета, чтобы не нарушать приличий.
— Положение в столице запутанное, — с тревогой сказал он дочери после ухода гонца. — Вэйский принц пока слаб, не имеет прочной опоры. Сегодня он проявляет к тебе особое доверие, но кто знает, принесёт ли это нашему дому благо или беду?
Цзи Инчжи, однако, была куда увереннее отца.
— С нами ничего не случится, — сказала она, гордо подняв голову. — Вот только бы у Вэйского принца всё обошлось.
Князь вздохнул и сменил тему:
— Кстати, что написал Вэйский принц в ответ? Дай-ка посмотреть.
Но Цзи Инчжи спрятала тонкий листок в рукав.
— Лучше не читайте, отец, — честно сказала она. — Боюсь, у вас инфаркт случится.
Ведь Вэйский принц, потратив столько сил и средств на организацию этой сверхбыстрой связи, прислал всего шестнадцать изящных иероглифов:
«Корявый почерк, не для глаз. Обязательно тренируйся, чтобы скорее смыть позор».
Она изо всех сил старалась тайком передать ему важнейшее предупреждение, а он вместо благодарности принялся издеваться над её почерком! Да чтоб тебя...
Эти шестнадцать слов вызвали столько эмоций, что Цзи Инчжи не находила себе места. Она села и написала целых две-три тысячи иероглифов — всё, что приходило в голову: новости из Пинляна, повседневные дела, городские сплетни... Заполнила десятки листов.
А в самом конце добавила решающую фразу:
«Почерк — дело наживное, привыкнешь — и нормально будет. Ваше высочество уже привыкло? Ха-ха-ха!»
Так, несмотря на опасения взрослых, между двумя сторонами началась оживлённая переписка.
Тринадцатилетний юноша в столице и восьмилетняя девочка в далёкой провинции обменивались письмами — хаотичными, беспорядочными, но искренними.
И так продолжалось целых пять лет.
Когда Цзи Инчжи самой исполнилось тринадцать, и окружающие уже считали её почти взрослой, она, как обычно, отправила своё очередное пространное письмо гонцу из Вэйского дворца.
Но на этот раз ответ из столицы не приходил целый месяц.
Не выдержав, она спросила об этом отца.
Князь Лунси серьёзно ответил:
— Нашли останки пропавшего пять лет назад Луского принца. Есть зацепки по делу об убийстве... Подробностей не спрашивай. В столице сейчас неспокойно. Если Вэйский принц перестанет отвечать, тебе тоже не стоит больше писать ему.
— А... — Цзи Инчжи кивнула, ничего не понимая, и вышла из кабинета.
Прошло ещё полмесяца, и вдруг пришло письмо из столицы. Она обрадовалась: значит, он жив!
Вэйскому принцу было на пять лет больше, и хотя ему ещё не исполнилось двадцати, по обычаю императорских сыновей он уже носил взрослую шапку. В письмах давно не рисовал смешных человечков с солёными утиными яйцами вместо голов.
Его почерк из аккуратного детского каракульного превратился в изящный, стремительный курсив, будто танцующий дракон.
После нескольких строк о повседневной жизни в столице он спокойно упомянул в конце:
«Бывший наследный принц, уличённый в убийстве родного брата, был низложен и тайно заточён в загородном дворце».
Похоже, сначала он написал основное письмо, а потом, спустя несколько дней, дописал ещё несколько строк — чернила в конце были другого оттенка, а почерк стал ещё более размашистым, с эффектом «летящей белизны»:
«Ты тогда не ошиблась — это и впрямь был пёс-наследник!»
Цзи Инчжи: «...»
Она застыла на месте, словно поражённая громом. Из её пальцев выскользнул изящный пергамент с цветочным узором и медленно опустился на пол.
Наследный принц в столице был низложен!
А ей сейчас всего тринадцать!
Значит... когда она вырастет, кто же будет тем самым наследным принцем, с которым ей предстоит шестьсот глав противостояния?!
Очнувшись, она обнаружила, что вокруг никого нет.
Обычно за дверью терпеливо ждал гонец из Вэйского дворца, но сейчас его не было.
Цзи Инчжи взволнованно выбежала из комнаты и спросила у дворцовых слуг:
— Куда делся гость из столицы?
Слуги почтительно склонили головы:
— Господин гонец ждал у дверей, но его вызвал к себе князь в кабинет.
Цзи Инчжи в тревоге помчалась к отцовскому кабинету, чтобы узнать последние новости из столицы и выяснить, кто же может стать новым наследником.
У входа во дворик с внешним кабинетом, как всегда, стояли два мастера меча высочайшего уровня.
Увидев Цзи Инчжи, они поклонились и молча расступились, пропуская наследницу внутрь.
Пройдя по каменной дорожке, она поравнялась с окном кабинета — и оттуда донёсся разговор:
— ...Хотя прежний наследник и был низложен, трон наследника долго не оставался вакантным. Перед моим отъездом из столицы уже был издан указ: Его высочество Вэйский принц назначен новым наследником и вступил во Дворец Востока.
В кабинете наступила пауза, потом раздался сдержанный, но взволнованный голос князя Лунси:
— Так это правда Вэйский принц стал наследником? Новость достоверна? За последние годы это лучшее, что я слышал!
Голос гонца тоже звучал радостно:
— Совершенно верно.
Он помолчал и добавил:
— Его высочество и ваша наследница дружили с детства. Теперь, когда он стал наследником, светлое будущее вашей дочери гарантировано.
— Ха-ха-ха! Благодарю за добрые слова! — рассмеялся князь Лунси.
Гонец продолжил:
— Перед отъездом Его высочество прямо не сказал, но намекнул на некие планы. Не собираетесь ли вы, князь, отправить наследницу в столицу на несколько лет для обучения и закалки? Хорошо подготовленная, она сможет занять важный пост в будущем.
Улыбка князя Лунси постепенно померкла:
— Пока что... она ещё слишком молода. Мы ничего не планируем...
В этот момент раздался глухой стук — чей-то локоть задел резное оконное раму.
Князь Лунси мельком взглянул в окно и увидел застывшую у стены хрупкую фигуру. Его лицо смягчилось, и он поманил её рукой:
— Хуайань, заходи.
Он назвал её по мужскому имени, которым она пользовалась при дворе, и пригласил войти.
Цзи Инчжи вошла в кабинет, как во сне. Её лицо было бледным, движения скованными, и она даже не заметила, как рассыпала бусы на занавеске.
Она проигнорировала поклон гонца и спросила дрожащим голосом:
— Нового наследника... уже назначили?
Гонец, привыкший видеть её весёлой и беззаботной, решил, что она просто переполнена радостью, и повторил с улыбкой:
— Дело с низложением и назначением нового наследника готовилось втайне уже давно. Как только началось, всё решилось стремительно — за несколько дней. Указ уже объявлен всей империи, и официальные вести скоро дойдут и до Лунси.
Губы Цзи Инчжи побелели ещё больше. Она прошептала:
— Нового наследника... назначили Вэйским принцем?
— Именно того самого Вэйского принца, с которым вы дружите с детства! — ответил гонец.
Только теперь он заметил её состояние:
— Вам нездоровится, госпожа наследница? Вы так побледнели!
Губы Цзи Инчжи задрожали, и на лице появилось выражение отчаяния:
— Так это... он?!
Она стояла в кабинете, охваченная смятением, и дрожащим голосом выдохнула:
— Значит... это ваш Вэйский принц... и есть тот самый пёс-наследник?!
Автор примечает:
Не могу больше! Переписывала главы до тошноты! Первые главы переписала заново, считаю их окончательной версией. Если ещё раз решу их править — съем клавиатуру на глазах у всех!
Малышка Инчжи скоро повзрослеет...
http://bllate.org/book/11935/1066919
Готово:
