Дела уже явно пошли наперекосяк, но как Линь Банься ни крутил в голове, он так и не мог понять, в чем дело. Из-за молчания атмосфера между ним и Сун Цинло становилась все более странной. Изначально они стояли очень близко. Стоило лишь приподнять голову, и кончик его носа коснулся бы щеки Сун Цинло.
— Э-э… — тихо позвал Линь Банься.
— Что? — отозвался Сун Цинло.
— Кажется, мы стоим слишком близко… — проговорил Линь Банься и тут же поймал на себе темный, бездонный взгляд. Сун Цинло не выражал никаких эмоций, но почему-то он почувствовал себя неловко под этим взглядом. Его голос становился все тише, пока не превратился в едва слышный шепот. — Можно… чуть-чуть отодвинуться?
Самому ему этот тон казался неуверенным. Хотя агрессивным был именно Сун Цинло, из-за его подавляющей ауры Линь Банься невольно ощущал, будто это он сам в чем-то был виноват.
Сун Цинло не шелохнулся, а его лицо оставалось невозмутимым.
— Разве близко? Мне кажется, нормально.
Линь Банься округлил глаза, явно шокированный.
Эта его реакция, похоже, позабавила Сун Цинло, и он больше не стал донимать «ребенка», отступив на шаг. Он что-то тихо пробормотал, но Линь Банься не разобрал слов, лишь почувствовал, будто его поддразнили. Опустив голову и уставившись на кончики своих туфель, он не осмелился снова встретиться взглядом с Сун Цинло.
— Я пойду.
— Иди, — наконец отпустил его Сун Цинло.
Линь Банься тут же бросился вперед, но, добежав до лестницы, невольно оглянулся в сторону, где стоял парень. Сун Цинло по-прежнему не двигался, пристально наблюдая за ним. От неожиданности он споткнулся и чуть не упал, но успел ухватиться за стену.
Он сбежал вниз по лестнице и, запыхавшись, наконец добрался до класса, где рухнул на свое место.
Ли Су, который, оказывается, уже вернулся, тут же подсел к нему с ехидной ухмылкой:
— О-о-о, а чего это ты весь красный? Встретил какую-то красотку?
— Что за чушь ты несешь?! — испугался Линь Банься.
— А? — Ли Су приподнял бровь. — Значит, я угадал?
Его интерес мгновенно разгорелся, и он тут же принялся выпытывать правду с таким азартом, будто был готов вытянуть ее из Линь Банься силой.
В конце концов сосед по парте не выдержал и вздохнул:
— Ли Су, хватит уже издеваться. Это Сун Цинло вызвал его, какая уж тут красотка.
— Сун Цинло?! — воскликнул Ли Су. — Он тебя вызывал?!
Линь Банься подумал, что теперь Ли Су оставит его в покое, и кивнул. Однако тот, похоже, разгорелся еще сильнее.
— Это куда интереснее, чем какая-то красотка! Как ты с ним познакомился? О чем он с тобой говорил?
Линь Банься был в отчаянии:
— Он сказал, что если Ли Су не отстанет, то он ему врежет!
Он просто пошутил, но, к его удивлению, Ли Су тут же заткнулся, недовольно бурча что-то под нос.
Линь Банься не понимал, почему одноклассник так послушался, пока сосед по парте не рассмеялся:
— Ли Су уже однажды получил от Сун Цинло.
— А, вот как… — Линь Банься наконец понял.
— Ты разве не знал? — удивился сосед.
— Не слышал об этом, — признался Линь Банься.
— Наверное, слишком много учился. — Сосед пожал плечами, не найдя другого объяснения.
— А все об этом знают? Когда это было? — спросил Линь Банься.
— В первом классе старшей школы. Конечно, все знают. Не только в нашем классе, во всей школе!
— Понятно… — Линь Банься кивнул, но в его глазах читалось недоумение.
Он не помнил того, о чем говорил сосед. Точнее, у него вообще были смутные воспоминания о происходящем вокруг. Даже оглядев класс, он с удивлением осознал, что многие одноклассники казались ему незнакомыми. Он даже не мог вспомнить их имен. Единственный, кто хоть как-то отложился в памяти, был Ли Су, который постоянно к нему приставал.
Такое чувство у него возникало и раньше, но, возможно, из-за недавних событий оно обострилось.
К девяти вечера ученики, живущие вне школы, закончили с дополнительными занятиями и начали расходиться. Класс быстро опустел.
Линь Банься уткнулся в книгу, не обращая внимания на окружение, и лишь когда поднял голову, понял, что в классе почти никого не осталось. Ему захотелось в туалет, и он, отложив книгу, направился туда.
Выйдя в коридор, он заметил, что снова пошел дождь.
Дождь начался внезапно. Еще минуту назад на небе ярко светила луна, а теперь весь мир погрузился во тьму. Свет в коридоре был тусклым, и Линь Банься медленно дошел до уборной.
Там не горел свет, большинство кабинок были открыты, и лишь одна дверь оставалась закрытой. Все вокруг было погружено в темноту.
Линь Банься справил нужду и уже мыл руки, когда вдруг услышал голос:
— Есть тут кто?
Линь Банься подумал, что это кто-то из одноклассников, поэтому спросил:
— В чем дело?
Тот человек ответил:
— Можешь помочь мне?
Первой мыслью Линь Банься было, что у ученика не было туалетной бумаги. Он пошарил у себя в карманах и сказал:
— У меня тоже нет. Хочешь, принесу?
— Нет, дело не в бумаге, — сказал голос. — Я не могу слезть… Помоги мне.
Линь Банься не понимал:
— Не можешь слезть? Ты куда залез? Как так получилось?
— Пожалуйста, помоги. Я правда не могу слезть, — умолял голос.
Линь Банься совершенно не понимал, что парень имел в виду, но все же подошел к двери кабинки и постучал:
— Ты внутри? Что случилось? Открой дверь!
Ученик не отвечал, лишь повторял снова и снова: «Помоги мне». Его тон, сначала умоляющий, становился все более безумным, пока не превратился в исступленный крик, звучавший по-настоящему пугающе.
Линь Банься почувствовал, что что-то было не так, и решил, что человеку действительно нужна помощь. Он присел, чтобы заглянуть в щель под дверью, но, опустившись, замолчал.
Несмотря на слабый свет, он отчетливо видел, что кабинка была пуста. Внутри никого не было.
Однако пронзительные крики о помощи не прекращались, теперь к ним добавились душераздирающие рыдания. Линь Банься в замешательстве отступил на несколько шагов, взглянул на кабинку и решил пойти за подмогой.
Было уже поздно, учителя покинули школу, в классе осталось лишь несколько учеников. Линь Банься окинул взглядом помещение и заметил Ли Су, сидевшего в углу и занятого непонятно чем.
— Ли Су! — позвал он.
Парень поднял голову:
— Что такое?
— Выйди на минутку.
— О чем речь? — Ли Су спрыгнул со стула и подошел к нему. — Ты сам меня зовешь, вот неожиданность.
— Хватит болтать, — сказал Линь Банься. — Мне правда нужна твоя помощь.
— В чем дело?
— В туалете, кажется, кто-то зовет на помощь. У тебя телефон с фонариком? Сходи со мной, ладно?
— Зовет на помощь? — удивился Ли Су. — Как можно звать на помощь в туалете? Небось, в унитаз провалился?
Линь Банься не оценил его неуместного юмора, но, поскольку нуждался в помощи, он сдержался и лишь выразил легкое недовольство:
— У тебя телефон может светить? В туалете свет сломался, ничего не видно.
— Может, — усмехнулся Ли Су.
Они подошли к туалету. Крики уже стихли, а узкое помещение окутали тишина и мрак. Ли Су замер у входа и неуверенно спросил:
— Есть тут кто?
Никто не ответил.
— Кажется, никого нет, — повернулся он к Линь Банься.
— Не смотри на меня, заходи!
— Зачем? Все равно же никого.
Линь Банься указал на закрытую кабинку в углу:
— Там внутри.
Ли Су не двигался с места, и Линь Банься с подозрением спросил:
— Ты что, боишься?
Ли Су фыркнул и громко заявил:
— Боюсь? Да я, Ли Су, ничего на свете не боюсь!
— Тогда заходи.
Ли Су: «…»
Он говорил, что не боится, но продвигался вперед черепашьим шагом, и его нежелание было написано на лице.
Линь Банься попросил его включить фонарик, но тот копошился с телефоном целую вечность. В конце концов он не выдержал:
— Дай телефон мне, я сам посмотрю. Если боишься, жди у выхода.
Услышав это, Ли Су вспыхнул от злости:
— Линь Банься, не смей меня недооценивать! Ты знаешь, кто я такой! Боюсь? Да если бы тут сам призрак появился, я бы ему голову в унитаз засунул и воду на десять минут спустил!
С этими словами он присел, направил свет телефона в щель и, немного подумав, сказал:
— Кажется, там никого. Ты уверен, что слышал голос?
— Конечно.
Ли Су хитро прищурился:
— Тогда я открою дверь.
Линь Банься хотел спросить, как он собирается это сделать, но Ли Су уже занес ногу и со всей силы пнул хлипкую дверь.
С виду он был похож на девчонку, но вел себя как отчаянный сорвиголова. Не успел Линь Банься опомниться, как дверь прогнулась под ударами. Больше всего его поразило, что Ли Су, продолжая лягаться, еще и наставлял:
— Если учитель спросит, скажи, что это не я сломал, ладно?
Линь Банься: «…»
«Вот уж действительно заранее подстраховался».
Ли Су не жалел сил, и после нескольких ударов дверь с жалобным скрипом начала заваливаться. Он был абсолютно уверен, что кабинка пуста, и уже собирался сказать Линь Банься, что тот переволновался, но, увидев, что находится за дверью, остолбенел.
Как и говорил Линь Банься, там действительно был человек.
Но не живой.
Его шею обвивала веревка, привязанная к водопроводной трубе, язык безвольно свисал, а лицо было искажено до неузнаваемости. На нем была школьная форма, это определенно был их одноклассник*.
П.п.: Забыла упомянуть, что так могут обращаться не только к настоящим одноклассникам, но и в принципе к ученикам школы.
Ли Су моментально понял, почему они не видели ноги этого человека раньше... Его ступни висели в нескольких десятках сантиметров от пола. Как они могли их разглядеть, просто присев?
Эта жуткая сцена заставила Ли Су неконтролируемо отпрыгнуть назад. Он остановился, только когда спиной уперся в стену, его лицо побелело, а голос стал хриплым:
— Черт, черт возьми... Как... как такое могло…
Линь Банься стоял впереди, вспоминая услышанные ранее слова: «Я не могу слезть... помоги мне слезть». Только сейчас он осознал их истинный смысл, и по его спине пробежал холодок.
Ли Су позади непрерывно матерился, словно пытаясь руганью заглушить внутреннюю панику. Он дернул Линь Банься за рукав, криво ухмыляясь:
— Линь Банься, чего ты торчишь, как идиот? Бежим вызывать полицию!..
Только тогда Линь Банься очнулся:
— А, точно!
Ли Су был на грани. Он считал себя смелым, но при виде мертвого тела его волосы встали дыбом. А этот тощий, тщедушный Линь Банься, похожий на зверька, вообще не проявил никакой реакции, даже слова не сказал. Если бы не его абсолютно бесстрастное лицо, Ли Су подумал бы, что он в шоке.
Выйдя из туалета, Ли Су тут же набрал 110. Его ноги подкашивались, и он, присев у входа, не решался заглянуть внутрь снова.
Линь Банься стоял рядом. Ли Су взглянул на него и понял, что тот задумался.
— О чем думаешь? — с досадой спросил ону.
— Как он туда забрался? — ответил Линь Банься. — Мы же не видели под ним табуретки, верно?
Ли Су замер. Действительно, на полу не было ничего, на что можно было бы встать.
— Так как же он поднялся? — удивился Линь Банься.
— И у тебя еще есть настроение об этом размышлять? Браво, — процедил Ли Су.
— А о чем еще думать?
Ли Су: «...»
Он не нашелся, что ответить.
Полиция, услышав о смертельном случае, приехала быстро. Вместе с ними появился их классный руководитель. Увидев Ли Су, он сразу начал отчитывать его: так поздно, а еще не дома, вот и нарвался на неприятности. Затем он заметил тихо стоящего в стороне Линь Банься с невинным выражением лица, и его тон мгновенно смягчился в десять тысяч раз. Он спросил, не напугался ли тот, и долго его успокаивал.
Выйдя из учительской, Ли Су был возмущен:
— Совсем старый, глаза уже не видят! Да кто тут напугался, совсем не понимает?!
Линь Банься посмотрел на него:
— Разве ты не говорил, что не боишься?
Ли Су: «...»
Он глубоко вдохнул, скрипя зубами:
— Я имел в виду, что ему стоило утешать тебя подольше! Чтобы у тебя не осталось психологической травмы, которая повлияет на учебу!
Линь Банься, глядя на его попытки оправдаться, вдруг почувствовал, что Ли Су не так уж и противен, и невольно улыбнулся.
Ли Су разъярился:
— Ты еще улыбаешься, улыбаешься…
Линь Банься рассмеялся.
После всей этой суматохи уже совсем стемнело. Ли Су собрал рюкзак и собрался домой. Линь Банься хотел напомнить ему быть осторожнее, но вдруг увидел, что у входа стоит тот самый иностранный студент, который обычно ходил с Ли Су. Он был очень высоким, и, прислонившись к дверному косяку, выглядел совсем как взрослый.
Линь Банься тронул Ли Су:
— Твой друг пришел.
Парень взглянул на Ли Е с презрением:
— Он мне не друг.
— А? Но вы же часто вместе...
— Если вместе ходить, значит, сразу друзья? Тогда мы с тобой тоже друзья? — огрызнулся Ли Су.
Линь Банься запнулся.
— Ладно, скажу тебе, — Ли Су, похоже, был не в духе. — Ли Е привез из-за границы мой отец. Он сын моей мачехи. То есть мой сводный брат.
Он буквально выплюнул слово «брат», словно между ними существовала какая-то вражда.
Но это были семейные дела, и Линь Банься не стал расспрашивать. Ли Су помахал ему рукой, взвалил рюкзак и вышел. Ли Е последовал за ним, и они вместе скрылись в темноте.
Линь Банься тоже собрал вещи и отправился в общежитие. Было уже поздно, он быстро умылся и лег спать.
На следующее утро слух о смерти в мужском туалете распространился по всей школе. Ходили самые разные версии: от переутомления из-за учебы до отказа любимой девушки. Были и те, кто шептался о проклятии.
Из-за этого весь класс шумел. Линь Банься, как один из обнаруживших тело, оказался в центре внимания. Боясь приставать к Ли Су, одноклассники засыпали вопросами его. В конце концов он не выдержал и сбежал из класса во время обеда, чтобы перевести дух.
Линь Банься жил на очень скромные средства и обычно питался в школе самой дешевой едой, где за два юаня мог взять три блюда. Хоть и вегетарианских, но с порцией риса за один юань этого хватало, чтобы наесться.
Линь Банься уже собирался, как обычно, подойти к раздаче, как вдруг кто-то сзади схватил ворот его рубашки. Он удивился, обернулся и увидел Сун Цинло.
Сун Цинло смотрел на него сверху вниз:
— Куда?
Линь Банься показал свою карточку для столовой:
— Обедать…
— И что будешь есть? — спросил он.
Линь Банься указал на привычную стойку.
Сун Цинло взглянул туда и слегка поджал губы. Может, Линь Банься и показалось, но ему почудилось, что парень был недоволен.
— Пошли. — Сун Цинло потянул его за собой.
Линь Банься не смог сопротивляться его силе. Внешне Сун Цинло казался хрупким, но на деле был невероятно силен и тащил его, словно полиэтиленовый пакет.
Ученики вокруг начали оглядываться, и Линь Банься, боясь привлечь еще больше внимания, покорно позволил оттащить себя в учебный корпус.
В конце концов Сун Цинло завел его в учительскую, посадил на стул, бросил «сиди» и вышел, не забыв запереть дверь снаружи.
Линь Банься слегка запаниковал: «Неужели меня заперли? Что он задумал?»
В тревожном ожидании он увидел, как Сун Цинло вернулся с контейнером для еды в руке.
Парень швырнул перед ним контейнер:
— Ешь.
— Ч-что есть? — растерялся Линь Банься.
Сун Цинло стоял над ним, и в его голосе слышалась досада:
— Ну и вопрос.
Не дав опомниться, он ущипнул его за щеку, а затем неодобрительно цокнул.
Линь Банься сразу почувствовал себя отвергнутым и пробормотал:
— Это твой обед? Если я съем, тебе что останется?
— Поделим пополам, — ответил Сун Цинло.
Он открыл контейнер, обнажив обильные аппетитные блюда. Линь Банься лишь взглянул и незаметно сглотнул слюну, но тут же осознал неприличность жеста и собрался отказаться.
Но он не успел, так Сун Цинло уже поднес к его губам кусок колбасы. Язык Линь Банься распознал вкус прежде, чем он успел запротестовать.
Сочный, нежный, насыщенный аромат мгновенно распространился во рту. Все тело Линь Банься обмякло, а глаза округлились, будто он был шокирован этой незнакомой роскошью.
Сун Цинло нахмурился:
— Не нравится?
— Нравится…
— Тогда ешь. Тебе нужно нормально питаться. — Он сделал паузу. — Ты слишком худой.
Линь Банься хотел возразить, что он вовсе не маленький, но, сравнив свой рост с ростом Су Цинло, сник.
После первого куска процесс пошел естественнее. Полного контейнера вполне хватило на двоих.
Линь Банься редко ел такую изысканную пищу. В детстве он радовался, если просто наедался, а в средней школе питался в основном в столовой.
Казалось бы, он впервые пробовал что-то настолько вкусное, но почему-то еда показалась ему знакомой. Он ел, и в его глазах неожиданно выступили слезы.
Сун Цинло ел мало и вскоре отложил палочки, наблюдая за Линь Банься, который усердно уплетал и не замечал странного взгляда.
— Ты всегда питаешься в столовой? — спросил Сун Цинло.
— Ага, — ответил Линь Банься. — Там хорошо, дешево и чисто.
— Сколько тратишь в месяц?
Деньги были больной темой для Линь Банься. При этом вопросе он напрягся, наскоро прикинул и промямлил:
— Ну… сотню с небольшим.
Утром — булочка за пятьдесят фэней, в обед — еда за три юаня, вечером — либо булочка, либо лапша за юань. В день выходило четыре-пять юаней, а в месяц — не больше ста пятидесяти.
Такой экономии хватало на жизнь со стипендии, а на летних или зимних каникулах приходилось подрабатывать. Жизнь была тяжелой, но терпимой.
Выражение лица Сун Цинло стало мрачным.
Линь Банься не понимал причины и осторожно положил палочки:
— Почему ты так ко мне добр?
— Догадайся, — сказал Сун Цинло.
Как Линь Банься мог догадаться? Он был обычным учеником, еще несколько дней назад вообще не знавшим Сун Цинло. Такая внезапная забота смущала и даже заставляла подозревать скрытые мотивы… Но что можно было хотеть от нищего ученика?
— Не знаю, — честно признался он.
— Ну и ладно, — Сун Цинло махнул рукой. — Считай, что мне просто захотелось.
Линь Банься: «…»
— Продолжай есть, — сказал Сун Цинло. — Нечего переводить продукты.
Линь Банься кивнул — он терпеть не мог выбрасывать еду — и принялся уплетать с удвоенным рвением.
Пока он ел, Сун Цинло расспросил о вчерашнем происшествии. Линь Банься рассказал все подробно.
Выслушав, Сун Цинло помолчал и спросил:
— Линь Банься, тебе снятся сны?
— Конечно.
— А ты веришь, что во сне могут быть люди, которых ты не знаешь?
Автору есть что сказать:
Ли Су: Линь Банься, ты такой странный!
Линь Банься: Почему?
Ли Су: Ты не боишься призраков, но боишься Сун Цинло?
Сун Цинло: Верно. Призраки ведь не хотят на него залезть.
Линь Банься: «???»
Ли Су: «??????»
http://bllate.org/book/11830/1055423
