— Да ну их, куча невежественных дураков, — раздражённо бросила Тан Сымань, которой надоели пронзительные визги. Глядя на экран, где мелькали имена участников выступления, она презрительно усмехнулась и повернулась к стоявшему рядом Се Интяню: — У Лоу Цзяжоу танцы никуда не годятся, а она всё равно лезет на такое шоу. Неужели не боится опозориться?
Се Интянь лишь взглянул на неё и промолчал.
Это была одна из немногих сфер, где Тан Сымань чувствовала превосходство над Лоу Цзяжоу, и она крепко запомнила это преимущество, не упуская случая напомнить о нём при удобном случае.
Вспомнив слова Нин Цзямэй, сказанные ею ранее, Тан Сымань слегка приподняла уголки губ и позволила себе довольную улыбку.
Лоу Цзяжоу и Лин И вместе поднялись на сцену, и зрительный зал тут же взорвался новой волной ещё более громких криков.
Она нервничала — ладони всё время были влажными. Но тревога её исходила не от публики внизу, а от человека, стоявшего рядом.
— Не бойся, просто считай их деревянными чучелами, — мягко успокоил её Лин И, сам того не замечая, насколько нежным стало его выражение лица.
При тусклом свете софитов Лоу Цзяжоу не заметила этой перемены. Глубоко вдохнув, она кивнула.
Нечего бояться.
Они так много репетировали, что давно выработали между собой безупречную слаженность.
Зазвучала страстная, зажигательная музыка, и они начали танцевать в такт ритму.
Тан Сымань наблюдала за ними с насмешливым любопытством, но вскоре её усмешка начала таять.
И в этот самый момент Се Интянь, стоявший рядом, с лёгким одобрением произнёс:
— Неплохо.
Эти три слова ударили Тан Сымань словно пощёчина. Её улыбка застыла, она попыталась что-то сказать, но рот сам собой открылся и закрылся — слов не находилось.
— Думала, такие передачи никому не интересны, а тут такой аншлаг! — сказала одна из девушек из культурно-массового отдела, поправляя реквизит для следующего номера в кулисах.
Чжуо Цин покачал головой:
— Аншлаг не из-за передачи, а из-за тех, кто в ней выступает.
— Я знаю, знаю! Этот Лин И! Он ведь только недавно поступил, а уже такая слава! — девочка прижала ладони к щекам и мечтательно прошептала: — Да он и правда красавец… и богатый, и умный… Эх, завидую! Хотя, конечно, до меня ему далеко. А вот та девушка, с которой он сейчас танцует, кажется, ему очень подходит.
— Что там болтаете? Всё уже сделали? — раздался строгий оклик Нин Цзямэй из дальнего угла.
Разговор прекратился. Девушка показала Чжуо Цин язык и снова занялась своими делами. Тот взглянул на Нин Цзямэй и на секунду замер, заметив её раздражённое выражение лица.
Затем он перевёл взгляд на сцену, на Лоу Цзяжоу, и, казалось, кое-что понял.
Если бы на сцену вышел даже самый бездарный танцор по имени Лин И, зрители всё равно расхвалили бы его до небес.
А уж когда он танцует так великолепно… Аплодисменты хлынули лавиной со всех сторон, будто готовы были смыть со сцены самих исполнителей.
Лоу Цзяжоу сошла со сцену, слегка запыхавшись. Каблуки были высокими, а у края сцены — ступенька; она не обратила внимания и споткнулась.
Рядом тут же подхватил её Лин И.
— Осторожнее, — тихо сказал он.
— Спасибо, — также тихо ответила Лоу Цзяжоу.
Сцена показалась ей знакомой.
Она собралась сделать шаг дальше, но вдруг почувствовала что-то неладное. Взглянув вниз, обнаружила: каблук сломался.
Действительно, не везёт сегодня.
Лоу Цзяжоу уже решила потихоньку доковылять до кулис, но Лин И, заметив поломку, положил руку ей на плечо.
— Держись крепче, — сказал он.
Не успела она осознать, что происходит, как ноги оторвались от земли, и разум на мгновение опустел. Лишь через десять секунд она поняла, в какой ситуации оказалась.
Лин И… поднял её на руки!
— Поставь меня… — прошептала Лоу Цзяжоу, еле слышно, словно не приказывая, а скорее капризничая.
Сердце её колотилось сильнее, чем во время выступления. Быть поднятой на руки Лин И при всех — ей казалось, что на них устремились взгляды всего мира.
Любопытные, злобные, завистливые… Эти глаза почти давили её.
Лин И будто ничего не слышал. Шагал уверенно, легко, как будто просто гулял.
Только дойдя до гримёрной, он осторожно опустил её на пол.
Ноги снова коснулись земли, и сердце Лоу Цзяжоу, наконец, успокоилось. Подняв глаза, она, как и ожидала, встретилась с многозначительными взглядами старшекурсников.
— Вы что… — подмигнула ей одна из старших сестёр, в глазах её плясали насмешливые искорки.
Лоу Цзяжоу не стала объясняться — и так понятно, что любые оправдания будут бесполезны. Люди верят лишь тому, во что хотят верить.
«Пусть думают что хотят», — мысленно махнула она рукой и решила больше не обращать внимания.
Сняв грим и переодевшись в школьную форму, она взглянула в зеркало. Девушка в отражении снова стала простой ученицей — скромной и чистой.
Впереди, скорее всего, ждут новые трудности. Сегодня она заставила Нин Цзямэй потерпеть поражение, и та, зная её характер, обязательно отомстит.
Вот только каким коварным способом?
Лоу Цзяжоу вздохнула, сложила платье и сломанные туфли в пакет и отправилась в общежитие.
— Цзяжоу! Ты ужасно умеешь скрывать вещи! Даже на приветственный вечер не сказала! — едва она переступила порог комнаты, Вэй Бишшу бросилась к ней и ущипнула за щёчку. — Признавайся честно, пока не стало поздно! Всё расскажи великому мне!
— Великий, дай мне хотя бы отдышаться, тогда и буду признаваться, — с улыбкой ответила Лоу Цзяжоу, подыгрывая подруге.
Вэй Бишшу отпустила её и отошла в сторону, но её яркие глаза неотрывно следили за Лоу Цзяжоу, будто могли насквозь её просветить.
Под таким пристальным взглядом Лоу Цзяжоу невольно ускорила движения. Положив вещи, она сделала пару глотков воды, чтобы успокоиться, и села на кровать Вэй Бишшу.
К ней тут же подошли Ду Юйи и другая соседка по комнате. Все устроились полукругом, явно готовые внимательно выслушать каждое слово, и Лоу Цзяжоу даже показалось, что она читает лекцию детям.
— Я не хотела вас специально скрывать, просто сама не была уверена, получится ли у меня выступить на этом вечере. Поэтому и не говорила, — объяснила она.
Хотя она заранее продумала, как поступить, Нин Цзямэй — не из тех, кого можно недооценивать. Если бы она заранее рассказала подругам, а потом вдруг не попала бы на сцену, было бы крайне неловко.
Девушки кивнули — объяснение хоть и не идеальное, но сгодилось.
— А теперь рассказывай про тебя и Лин И! На этот раз не надейся отделаться! — снова наступила Вэй Бишшу.
Лоу Цзяжоу на секунду задумалась, а затем кратко поведала, что Лин И — её сосед, и что летом он учил её бальным танцам. Подруги выслушали и широко раскрыли глаза от удивления.
— Так вы соседи! — восхитилась Ду Юйи. — Теперь всё понятно!
В старших классах все уже хорошо различали социальные слои. То, что Лоу Цзяжоу живёт в одном районе с Лин И, означало, что её семья тоже далеко не бедная.
Просто семья Лоу не такая показная, как семья Лин, и не пользуется всеобщей известностью.
— Вот оно что! — Вэй Бишшу хлопнула себя по бедру. — Теперь ясно, почему у вас такие особенные отношения!
Лоу Цзяжоу лишь улыбнулась и промолчала.
Она никогда не вела себя, как Тан Сымань или Лин Янь, которые постоянно демонстрировали своё «аристократическое» происхождение. Так было в прошлой жизни, и так остаётся в этой. Только теперь она стала гораздо осмотрительнее.
Доброта — лишь внешняя оболочка. Внутри она давно обросла прочной бронёй.
— Кстати, будь осторожна с Руань Фэйфэй, — вдруг сказала Вэй Бишшу. — В последнее время она смотрит на тебя совсем недобро. Ты ведь не видела её выступление — когда ты с Лин И появились на сцене, у неё лицо перекосило! Прямо страшно стало!
Соседка по комнате Чэнь Ин подтвердила:
— Да-да! Говорят, она в Лин И влюблена и даже собирается за ним ухаживать. А теперь видит, как вы с ним дружите… Конечно, злится!
— Слушайте, Руань Фэйфэй — не подарок, — Вэй Бишшу помрачнела. — На днях я спросила у одного друга, который с ней в средней школе учился. Он рассказал, что у неё есть старший брат, который крутится в криминальных кругах, и он её очень балует. Благодаря такому брату она всегда делает, что хочет, и никого не считает за человека.
— В средней школе ей понравился парень, у которого уже была девушка. Так её брат с друзьями избил эту девушку и заставил их расстаться, чтобы парень начал встречаться с Руань Фэйфэй.
После ссоры с Руань Фэйфэй и Хо Си в первый день военных сборов Вэй Бишшу разозлилась и специально расспросила друзей о прошлом этих двух. Она и сама не ожидала, что Руань Фэйфэй способна на такое.
— Ого! Это же ужасно! — Ду Юйи, всегда примерная и тихая, не поверила своим ушам.
Лоу Цзяжоу же похолодело внутри.
Скорее всего, Вэй Бишшу говорит правду. По характеру Руань Фэйфэй вполне могла так поступить.
Похоже, проблема серьёзная. Пережив жизнь заново, Лоу Цзяжоу научилась читать людей. Она понимала: если Руань Фэйфэй действительно положила глаз на Лин И, то не отступит ни перед чем. Не ожидала, что участие в приветственном вечере принесёт столько хлопот.
Однако она не боялась. Уровень Руань Фэйфэй пока что слишком низок, чтобы причинить ей реальный вред. Главное — быть начеку, и всё будет в порядке.
Школьная программа в старших классах гораздо плотнее, чем в средних, и приветственный вечер для Лоу Цзяжоу остался лишь небольшим эпизодом. После военных сборов она полностью погрузилась в учёбу.
Классы «Б» и «В» располагались рядом, а за партой рядом с Лоу Цзяжоу сидела Вэй Бишшу — первая фанатка Лин И в школе. Любая мелочь, связанная с ним, становилась для неё поводом для получасовой беседы.
С поступлением в старшую школу Лин И сильно изменился. Он больше не прогуливал уроки, стал прилежно учиться и вести себя тихо и скромно — совсем не похож на прежнего себя. Но Лоу Цзяжоу знала: внутри он остался тем же Лин И, просто научился прятать свою истинную суть.
Сейчас он становился всё более загадочным, всё больше напоминая того самого Лин И, чьё имя в будущем будет греметь по всему городу Жун.
Школа Ши работала по системе полного интерната — домой можно было ездить только по выходным.
В первую неделю Лоу Цзяжоу осталась в школе и не поехала домой. Лишь на второй неделе она решила вернуться.
В пятницу днём её уже ждал дядя Чэнь, чтобы отвезти домой. Едва переступив порог, она была встречена Лоу Минь, которая радостно бросилась к ней с объятиями.
— Сестрёнка, ты наконец вернулась! — воскликнула Лоу Минь. — Ты две недели не была дома, я так по тебе соскучилась!
Лоу Цзяжоу погладила её по голове и улыбнулась:
— Я тоже скучала. Как дела в девятом классе? Тяжело?
Лоу Минь на год младше её. Раньше она училась в плохой школе, но после того как семья Лоу усыновила её, Фан Хуэймэй перевела девочку в школу Ийин.
Лоу Цзяжоу три года училась именно там и знала, что учебная программа в Ийин намного сложнее, чем в других школах, поэтому и спросила.
— Не тяжело! — энергично покачала головой Лоу Минь.
— Ну хватит вам болтать! — прервала их Фан Хуэймэй, сидевшая за обеденным столом. — Идите скорее есть, а то всё остынет. Сегодня специально приготовила твои любимые блюда, Цзяжоу, раз уж ты наконец дома!
В последнее время Фан Хуэймэй и Лоу Тяньжань часто задерживались на работе, Лоу Цзяжоу жила в общежитии, и дома почти всегда оставалась одна Лоу Минь. Сегодня же вся семья собралась за одним столом, и ужин прошёл в весёлой, тёплой атмосфере.
Фан Хуэймэй расспрашивала Лоу Цзяжоу обо всём: об учёбе, быте, общении с одноклассниками. Она переживала, сможет ли дочь привыкнуть к жизни в общежитии. Но, увидев, что Лоу Цзяжоу выглядит так же, как раньше, немного успокоилась.
— Кстати, как тебе проект семьи Нин? — вдруг спросил Лоу Тяньжань, продолжая есть.
Рука Лоу Цзяжоу, тянувшаяся к тарелке, слегка замерла, и уши невольно насторожились.
В городе Жун была только одна семья Нин — та самая, к которой принадлежала Нин Цзямэй.
— Рискованно, — покачала головой Фан Хуэймэй. — У сестры смелости не занимать — решается на такие проекты. Но я считаю, что направление перспективное. Если всё получится, прибыль будет огромной.
Лоу Тяньжань кивнул:
— Ты права, всё именно так.
— В общем, надо быть осторожнее. Инвестиции в пятьдесят миллиардов — сумма немалая, так что… — Фан Хуэймэй вдруг осеклась, вспомнив, что они не на работе, а дома, и проглотила остаток фразы. — Ладно, ладно, зачем об этом за ужином?
После ужина, гуляя по улице, Лоу Цзяжоу всё ещё думала о разговоре родителей.
В прошлой жизни она никогда не обращала внимания на подобные вещи. Была слишком мягкой и совершенно не интересовалась бизнесом — не подходила для управления семейным делом. Фан Хуэймэй и Лоу Тяньжань никогда не настаивали, говоря лишь, что главное — чтобы она была счастлива.
http://bllate.org/book/11790/1051898
Готово:
