— Говорят, на этот раз привезли больше ста сортов хризантем — потратили немало. Теперь я верю, — Цуй Юань перебирала пальцами тёмные хризантемы у себя под рукой и вздохнула. — Похоже, свадьба того человека совсем близко.
Су Иань бегло окинула взглядом вьющиеся хризантемы, искусно подстриженные в разные формы, и без особого интереса кивнула:
— Наверное.
Цуй Юань, заметив сквозь цветочное море смутные очертания чьей-то фигуры, прищурилась, после чего взяла Су Иань за руку и повела дальше внутрь сада. Они то сворачивали направо, то налево, пока Су Иань не почувствовала, что что-то не так: они уже сбились с пути. Вокруг исчезли и пышные цветущие заросли, и люди. Остались лишь журчание ручья да крутые, изрезанные скалы искусственного горного массива.
Оглядевшись — бамбуковая тропинка позади, водопад и камни впереди — Су Иань ощутила полную тишину и пустоту. Она осторожно вынула свою руку из ладони Цуй Юань.
— Твой брат? — спросила она спокойно, не выказывая гнева, но Цуй Юань всё равно не осмелилась поднять глаза.
— Сестра… только в этот раз, — тихо прошептала девушка, будто сама стыдилась своего поступка. — Поговори с ним как следует. Даже если ничего не выйдет, я больше никогда не стану действовать по собственной воле.
Цуй Юань, хоть и казалась своенравной, на самом деле всегда держалась в рамках приличий — родители и старший брат воспитали её в строгом соответствии с нормами благородного поведения. Если бы не его серьёзная просьба, она никогда бы не пошла на такое. Конечно, в её действиях была и личная заинтересованность: ей искренне хотелось, чтобы сестра стала её невесткой и они стали одной семьёй.
Су Иань на сей раз не стала успокаивать встревоженную девушку. Она стояла на месте, лицо её оставалось бесстрастным, голос — лишённым всяких эмоций:
— Только в этот раз.
Цуй Юань робко взглянула на неё, глаза её покраснели:
— Обещаю, больше никогда.
Когда из бамбуковой рощи донеслись шаги, Цуй Юань, кусая губу, быстро побежала прочь. Цуй Сюнь получил от сестры такой сердитый взгляд, что лишь мягко усмехнулся и неторопливо двинулся вперёд по мягкому опавшему листву. Немного позади него стоял Су Ин, обеспечивая безопасность всех присутствующих.
Су Иань нашла чистый камень у подножия скалы и спокойно села, сохраняя полное самообладание.
Когда Цуй Сюнь остановился перед ней, его тень полностью окутала её, создавая странное давление.
— Давно не виделись, — первой заговорила Су Иань.
Даже несмотря на то, что Цуй Сюнь когда-то признавался ей в чувствах, сейчас она не выглядела неловкой — её осанка и манеры были уверены и достойны, даже более зрелы, чем у самого юноши.
— Тяньтянь, — нежно окликнул он её, голос звучал сладко, будто пропитанный мёдом, и взгляд его был таким же открытым и дерзким, как и в прошлый раз.
Су Иань нахмурилась. От этого голоса у неё зачесались уши, и настроение испортилось.
— Мы не настолько близки. Не называй меня так.
Не желая давать ему надежду, она лишила себя прежней мягкости и говорила теперь холодно и резко.
Раньше, получив такое обращение, Цуй Сюнь наверняка обиделся бы и разозлился. Но, возможно, из-за недавних странных снов, в которых он видел её во множестве образов, сейчас он оставался удивительно спокойным.
Во сне Су Иань всегда была к нему нежна — послушная, заботливая, мягкая, как весенняя вода, сладкая, как сахар, позволявшая ему делать с ней всё, что он захочет.
Он уже видел её в самом прекрасном и сладостном обличье и больше не собирался верить в эту нынешнюю маску, за которой она пыталась спрятаться.
Более того, в этот момент Цуй Сюнь даже улыбался про себя: «Что ты можешь сделать? Разве что сказать пару колких слов и отказать мне в любви. Больше тебе нечего предложить».
— Су Иань, — сменил он обращение, и в голосе его звучала глубокая насмешливая нежность. — Я очень тебя люблю. Очень. Поэтому хочу забрать тебя домой в жёны.
— Через несколько дней я попрошу отца и мать официально прийти свататься.
Едва он договорил, как Су Иань резко ответила:
— Я тебя не люблю и замуж не выйду!
Цуй Сюнь сделал шаг вперёд. Су Иань подняла на него глаза, нахмурившись. Она находилась в его тени, словно в том сне, где он держал её в плену. В её чёрно-белых глазах пылал гнев, делая её ещё прекраснее и ярче.
Она снова отвергла его — точно так же, как и в прошлый раз. Цуй Сюнь должен был бы ревновать, злиться, чувствовать обиду и раздражение. Но вместо этого он с наслаждением наблюдал за её живыми эмоциями, наслаждаясь даже той досадой и гневом, что скрывались за её отказом. От этого ему стало чертовски хорошо.
Он прекрасно понимал, что сны — всего лишь плод воображения, особенно эти повторяющиеся, страстные и откровенные видения. Скорее всего, это просто следствие его дневных мыслей. Но нельзя отрицать: сны оказали на него влияние.
Во сне он видел Су Иань во всевозможных обличьях — соблазнительную, беззащитную, страдающую, доверчивую… Слишком много всего, что невозможно выразить словами. И день за днём, с каждым новым сном его душевное состояние менялось.
Сначала он считал это лишь фантазиями. Но чем больше становилось сновидений, тем сильнее укреплялась мысль: а вдруг это не просто сны, а воспоминания из прошлой жизни? Как будто между ними и правда было «до».
В их государстве всегда относились с благоговением к потусторонним явлениям. Цуй Сюнь раньше не верил в это, но всё же хранил некоторое уважение — ведь мир велик, и в нём бывает всякое. Лучше иметь страх, чем быть безрассудным.
Поскольку реальный разум не мог объяснить его странные сны, он не возражал против объяснения через потустороннее.
Перед ним стояла ещё не повзрослевшая девушка из его снов, и на лице её было выражение досады и раздражения, которого он никогда не видел в её глазах.
— Цуй Сюнь, даже если твои родители придут свататься, мои отец и мать не дадут согласия. Так что не трать зря силы и не порти отношения между семьями, — наконец сказала Су Иань, подбирая самые тяжёлые слова.
Она не хотела причинять ему боль, но в вопросах чувств не собиралась давать ему ни малейшей надежды. Поэтому говорила прямо и чётко, надеясь, что Цуй Сюнь наконец откажется от своих романтических иллюзий.
Её будущий муж — не Цуй Сюнь. И она сама не захочет выйти замуж ни за кого другого.
Если бы она заранее знала, что близость с Домом Маркиза Минъюаня принесёт столько хлопот, Су Иань наверняка держалась бы подальше.
Раз их пути расходятся, лучше жить врозь и не мешать друг другу.
— Су Иань, — внезапно мягко рассмеялся Цуй Сюнь и снова окликнул её.
— Су Иань.
— Су Иань.
Он произносил её имя медленно, нежно, каждый раз с разной интонацией, и в его голосе всё глубже звучало веселье. Ему было всё равно, ответит она или нет — он просто получал удовольствие от самого звука её имени.
Голос его становился всё тише, почти шёпотом. Су Иань смотрела на Цуй Сюня, который опустился на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и вдруг почувствовала, как тело её напряглось.
Цуй Сюнь изменился по сравнению с тем, кого она знала раньше. Сейчас он пристально смотрел на неё, и в его тёмных глазах мерцали звёзды, отражая её застывшую фигуру.
Его взгляд, глубокий, как бездонное озеро, заставил Су Иань потерять связь с реальностью.
В этом юноше она вдруг увидела того самого Цуй Сюня из прошлого.
Су Иань не помнила, как всё произошло.
В юном Цуй Сюне она увидела того самого Цуй Сюня, которого глубоко спрятала в своём сердце много лет назад. Это было похоже на сон.
Его взгляд удерживал её, запирал, как и много лет подряд прежде, одновременно давя и даря чувство безопасности и покоя.
Цуй Сюнь был для Су Иань важнейшей опорой в жизни. Именно он дал ей силы открыть глаза перед лицом мира, перевернувшегося с ног на голову, и храбрость противостоять злу и унижениям.
Без Цуй Сюня Су Иань, возможно, выжила бы, а может, и погибла бы рано, использованная до дна другими. В любом случае, её жизнь была бы полна тернистых дорог и страданий.
Но Цуй Сюнь спас её.
Он вытащил её из грязи и дал выбор — второй путь. Путь, на котором тоже были трудности и испытания, но рядом с ней был Цуй Сюнь, дававший ей поддержку и мужество. Он был её домом, семьёй, местом, куда можно вернуться, и её любовью.
Его взгляд никогда не был простым — в нём всегда смешивались сложные чувства и эмоции. Су Иань, возможно, не всегда их понимала, но прекрасно узнавала.
Именно такой взгляд она увидела сейчас в глазах этого юноши.
Поэтому она растерялась, погрузилась в забытьё, будто во сне — не веря своим глазам, но тайно надеясьсь.
Поцелуй от такого Цуй Сюня казался ей чем-то совершенно обыденным. Даже спустя годы она всё ещё смягчалась перед ним, её черты лица становились нежными.
«Это ты?» — пронеслось в её сердце слабым шёпотом. — «Тот самый Цуй Сюнь, что принадлежит мне?»
Но эта слабая надежда быстро разбилась. Поцеловавший её человек — не Цуй Сюнь.
Даже если перед ней тот же человек, то же тело, тот, кто на миг заставил её сердце дрогнуть, всё равно не был настоящим Цуй Сюнем.
Су Иань почти с яростью оттолкнула юношу. Её глаза покраснели от гнева и боли, дыхание стало прерывистым от подавленной обиды и унижения.
— Убирайся!
На мгновение Цуй Сюнь подумал, что Су Иань всё-таки испытывает к нему чувства. В её взгляде была мягкость и трогательность, будто она сама ждала и просила его приблизиться.
Поэтому он послушно последовал её немому зову и внутреннему желанию.
Юношеский, чистый поцелуй — не такой страстный и опытный, как в его снах, — был полон робости и осторожности. Он смотрел на неё, как на драгоценность, и любил её теперь ещё сильнее, ещё больше желая обладать ею.
Он думал, что она смягчилась, но тут же услышал крик, полный гнева и ненависти:
— Убирайся!
Этот крик оглушительно ударил в уши и пронзил сердце.
На её лице читалось возмущение и боль, глаза покраснели, будто вот-вот потекут слёзы.
У Цуй Сюня сжалось сердце. Значит, она действительно, как и говорила, любит другого? Но тогда что значили её колебания и немой призыв?
Между ними повисла тягостная тишина. Су Иань, оттолкнув его, сразу поняла, что вина лежит на ней.
Она прекрасно знала о его чувствах, но позволила себе быть обманутой этим ощущением дежавю, выказав неподходящие эмоции. Ответственность за случившееся лежала на ней.
Хотя и Цуй Сюнь не был безгрешен — он вёл себя слишком вольно. Даже если он говорит о любви, его поведение было чересчур легкомысленным.
Су Иань резко поднялась и отошла подальше от него, стараясь вернуть лицу и голосу спокойствие:
— Цуй Сюнь, сегодня я не стану с тобой спорить, но пусть это будет в последний раз!
— Из уважения к нашим семьям прошу тебя больше не беспокоить меня. Нам не стоит больше встречаться. Дом Герцога Сюаня не примет сватов, и я надеюсь, что ты скоро найдёшь себе подходящую невесту.
С трудом закончив эти слова, Су Иань развернулась и побежала прочь. Она больше не могла здесь оставаться — сердце болезненно колотилось, лицо побледнело, ноги подкашивались.
Ей было всё равно, как Цуй Сюнь воспримет её слова. Сейчас ей нужно было лишь найти тихое, безлюдное место, чтобы отдышаться и успокоить боль в груди.
В бамбуковой роще Цуй Юань, томившаяся в ожидании, увидела бегущую к ней Су Иань и хотела было подойти, но та отстранилась. Глядя на быстро удаляющуюся спину, Цуй Юань опечалилась.
Неужели сестра рассердилась на неё и больше не хочет ни видеть, ни разговаривать?
Пока Цуй Юань стояла с красными глазами, полными слёз, Су Иань бежала, пока не добралась до уединённого уголка. Лицо её было бледным, она прислонилась к стене и бездумно уставилась вдаль.
Ей не следовало больше встречаться с Цуй Сюнем. Чем старше он будет становиться, тем больше будет походить на того, кого она хранила в сердце. Воспоминания, колебания — всё это принесёт лишь новые проблемы. Ради них обоих ей нужно полностью дистанцироваться от Цуй Сюня.
***
Оправившись, Су Иань вернулась в сад и издалека увидела принцессу Цзинъань, неторопливо идущую в сопровождении группы служанок.
За последние годы принцесса стала намного красивее, её осанка и манеры излучали спокойную грацию. Она ничуть не напоминала ту злобную принцессу из слухов. Но Су Иань прекрасно знала: даже если ядовитая змея прячется, она никогда не теряет своих клыков.
Хотя Су Иань хотела избежать встречи, чтобы не накликать беду, принцесса опередила её и окликнула первой. При всех, да ещё и с таким доброжелательным тоном, Су Иань не могла просто уйти. Она собралась и подошла, чтобы почтительно поклониться.
— Уже давно тебя не видела. Каждый раз, когда я хочу пригласить тебя, обстоятельства складываются неудачно, — улыбнулась принцесса Цзинъань, как весенний ветерок. — Раз уж сегодня так удачно встретились, почему бы не выпить чаю и не полюбоваться цветами?
Хотя это звучало как вопрос, в словах принцессы чувствовалась лёгкая укоризна и твёрдость. Су Иань не могла отказаться и согласилась. Они устроились в павильоне у воды, где их обслуживали служанки.
http://bllate.org/book/11652/1038212
Готово:
