— Не от солнечного удара, просто голова немного закружилась, — ответила Чжи Цзяюй на вопрос Ци Чжуэ, но взгляд невольно устремился к Ся Хэгуаню.
От трибуны до спортивной площадки было довольно далеко, и разглядеть его как следует она не могла. Знала лишь одно: Хэгуань ещё не начал играть — стоял под баскетбольным кольцом. В такую жару даже со светлой кожей нельзя же просто стоять под палящим солнцем!
Как преданная фанатка, она переживала за своего кумира до изнеможения.
— Тебе нравится Ся Хэгуань? — спросила Ци Чжуэ, заметив, как Чжи Цзяюй задумчиво смотрит на него.
Почему все так говорят? — подумала Чжи Цзяюй, вспомнив своё поведение с тех пор, как вернулась. Действительно, легко было вызвать недоразумение. Но она покачала головой:
— Мои чувства к Ся Хэгуаню — это любовь фанатки к своему кумиру. Понимаешь?
Ци Чжуэ никогда не увлекалась звёздами, но поняла. Кивнула: главное, что это не романтическая привязанность. А если бы была… тогда осталась бы лишь безответная любовь.
После пробежки началось свободное время, и многие мальчишки собрались вместе.
Ци Чжуэ похлопала Чжи Цзяюй по плечу:
— Они собираются играть в баскетбол.
Уже начали? Чжи Цзяюй тут же вскочила:
— Пойдём посмотрим!
Ци Чжуэ усадила её обратно:
— Да ты что! На таком солнцепёке? Посмотришь отсюда.
Хотя Цзяюй и сказала, что не от солнечного удара, она ещё не отдохнула как следует. Нельзя же сразу снова лезть под палящие лучи.
Она указала на тень над их головами:
— Здесь прохладно, и всё равно видно.
Чжи Цзяюй вынужденно уселась, нахмурившись. Отсюда видно только, как кто-то бегает туда-сюда — лица Хэгуаня не разглядеть!
Ци Чжуэ неправильно истолковала её хмурость, решив, что ей жарко:
— Отдохни здесь, я схожу за водой.
И, уже уходя, добавила:
— Только не подходи близко! А то ещё мячом попадёт — будет плохо.
С этими словами она отряхнула пыль с штанов и обошла площадку, направляясь к противоположной стороне.
Чжи Цзяюй послушно осталась на месте, оперев ладони на колени и подперев ими подбородок, наблюдая, как мальчишки гоняют мяч.
Хэгуань играет в баскетбол… Она чуть подалась вперёд. Даже в прошлой жизни ей редко доводилось видеть, как он играет.
Подумав, она решила: такой шанс нельзя упускать.
Чжи Цзяюй встала и побежала к баскетбольной площадке.
Ци Чжуэ вернулась с двумя бутылками воды как раз в тот момент, когда с площадки вылетел баскетбольный мяч и полетел прямо в одну точку.
К счастью, она только что запретила Цзяюй идти смотреть матч! Вот и результат — мяч вылетел прямо в толпу!
Наверное, какой-то несчастный… Ци Чжуэ, будучи близорукой, не стала вглядываться вдаль и перевела взгляд на площадку. Но Ся Хэгуаня там не было.
Она мысленно похвалила себя за дальновидность: хорошо, что не пустила её туда!
Ци Чжуэ и не подозревала, что этот самый мяч летел именно в Чжи Цзяюй.
Та как раз бежала, когда вдруг над головой потемнело — мяч стремительно приближался прямо к её лбу! Инстинктивно она отпрянула назад, потеряла равновесие и рухнула на землю. Мяч просвистел мимо уха и улетел дальше.
«Да кто же этот придурок?! — мысленно выругалась она. — Как можно так бросать мяч прямо в человека?!»
Автор примечает:
Цзяюй: «Да кто же этот придурок?!»
Хэгуань: «Прости, это я».
Цзяюй: «А… ну тогда ничего страшного! Мой кумир метко бросает!»
Чжи Цзяюй облилась холодным потом: удар пришёлся прямо на копчик, и от боли она стиснула губы, мысленно сыпля ругательствами.
Захотелось дать кому-нибудь по лицу! Гневно подняв голову, чтобы отчитать безалаберного игрока, она услышала:
— Ты в порядке?
Перед ней протянулась рука.
Этот особенный тембр голоса… Эти суставы на пальцах… Чжи Цзяюй узнала бы их даже мизинцем!
Хорошо, что не подняла голову раньше… — подумала она и, взглянув вверх, уже улыбалась:
— Всё нормально…
Она всё ещё опиралась руками на землю. Ся Хэгуань слегка нахмурился и, взяв её за предплечье, помог подняться.
Боже! Такое близкое прикосновение с кумиром! Чжи Цзяюй, встав на ноги, тут же притворилась, будто поправляет волосы, и аккуратно выдернула руку из его ладони.
Руку она освободила, но он всё ещё стоял слишком близко.
Сердце колотилось, как барабан. «Если сейчас сделать шаг назад, не будет ли это слишком явным избеганием?» — думала она, но всё равно не могла не отклониться назад — так близко к Хэгуаню было невыносимо!
Ся Хэгуань, конечно, это заметил. В последнее время она перестала приносить ему сладости. Каждый день он наблюдал, как она весело делится угощениями с подругами.
Неужели она злилась на него за то, что он не узнал её с самого начала?
Он наклонился ниже:
— Злишься?
Чжи Цзяюй: «???» Боже! Не надо так говорить таким голосом и с таким выражением! Будто я для него что-то значу!
Хотя зеркала рядом не было, она чувствовала: лицо наверняка покраснело от шеи до самых ушей — вся кожа горела, будто из неё пар выходит.
«Чёрт! — думала она. — В прошлой жизни я никогда не была так близка к нему!»
Мысленно она даже позавидовала своей будущей невестке.
Прокашлявшись, она повторила его вопрос, стараясь звучать непринуждённо:
— Злюсь?
На что она может злиться? И вообще… как она может сердиться на Хэгуаня? Никогда в жизни!
Она растерялась:
— Нет, конечно.
— Тогда почему в эти дни ты не...
— Ся Хэгуань! Мяч!
Мальчишки с площадки видели, как Хэгуань отвлёкся, как мяч вылетел в никуда, а теперь, кажется, начал флиртовать с девушкой?
Не слишком ли много для школьного красавца?
Со спины казалось, что он всё ближе наклоняется к той девушке — почти целуется! Один из парней не выдержал и крикнул.
Чжи Цзяюй заметила, как глаза Хэгуаня, ещё мгновение назад мягкие и тёплые, в долю секунды стали ледяными.
Она замерла. Впервые видела у него такой взгляд.
Ся Хэгуань отступил на два шага, поднял мяч с земли, несколько раз отбил его и, будто между делом, сказал:
— Подожди меня после уроков.
Затем он вернулся на площадку, оставив Чжи Цзяюй стоять на месте, ошеломлённую его взглядом.
...
Ци Чжуэ вернулась с двумя бутылками воды и увидела, что лицо Чжи Цзяюй пылает.
— Цзяюй, с тобой всё в порядке? Почему так покраснела? — спросила она, протягивая руку ко лбу подруги.
Глупая фанатка, только что общавшаяся с кумиром, радостно замотала головой:
— Не от солнечного удара.
Убедившись, что с ней всё в порядке, Ци Чжуэ передала ей воду и села рядом:
— Хорошо, что мы не пошли смотреть баскетбол. Я только что видела, как один из парней выстрелил мячом прямо в толпу! Надеюсь, никого не задело!
— Не задело, — хихикнула Чжи Цзяюй. — Хэгуань был так близко! У него идеальная кожа — даже пор не видно!
...
На последнем уроке прозвенел звонок на перемену. Чжи Цзяюй помнила, что Ся Хэгуань просил её остаться после занятий, и написала Шу Хань в WeChat: «У меня дела, идите домой без меня», а сама осталась делать домашку.
После звонка класс быстро опустел — через пять минут там осталась лишь горстка учеников.
Сначала Чжи Цзяюй не могла сосредоточиться — писала пару слов и тут же оборачивалась, проверяя, не обращает ли он внимания. Убедившись, что он занят, она наконец погрузилась в задания.
Когда работа была закончена, она потянулась. К счастью, школьные знания ещё не совсем забылись — постепенно она начала успевать за программой.
Хэгуань всё ещё не звал её. Она убрала тетради в портфель и обернулась к нему.
Ся Хэгуань, судя по всему, уже закончил свои задания и читал учебник.
Их парта стояла у окна. Закатное солнце будто пролило по небу апельсиновый сок, и мягкий свет, прошедший сквозь воздушный фильтр, окутывал его сзади. Даже кончики волос на затылке отливали тёплым коричневым, нежно колыхаясь на лёгком ветерке.
Чжи Цзяюй пришлось признать: и Хэгуань-кумир, и Хэгуань-одноклассник одинаково заставляли её сердце биться чаще.
Он дочитал страницу и, переворачивая лист, заметил, что она с портфелем в руках смотрит на него.
Она хотела спросить, зачем он попросил её остаться, но в этот момент слова застряли в горле. Ей хотелось, чтобы время остановилось — чтобы прекрасный Хэгуань остался здесь навсегда.
Однако заговорил он первым:
— Домашку сделала?
Такой привычный тон заставил её на миг растеряться — будто того, кто когда-то жёстко отверг её, и вовсе не существовало.
Она кивнула:
— Да.
— Пошли, — сказал он, собирая портфель.
Чжи Цзяюй: «?» Он попросил её остаться… чтобы вместе идти домой?
Пока она недоумевала, Ся Хэгуань уже встал и вышел из-за парты. Чжи Цзяюй поспешно схватила свой портфель и последовала за ним.
В половине седьмого вечера школьный двор окутывало мягкое оранжевое сияние заката. Они шли молча.
Вокруг ещё были ученики, убиравшие территорию. Все удивлённо смотрели на Ся Хэгуаня — обычно такого одинокого — идущего рядом с девушкой.
Чжи Цзяюй заметила краем глаза, что кто-то фотографирует.
«Пусть фотографируют», — подумала она. В прошлой жизни она бы переживала до бессонницы, боясь, как это повлияет на неё. Но теперь, прожив жизнь заново, чужое мнение для неё — пустой звук.
В этой жизни она живёт только для себя и делает только то, что хочет.
Ся Хэгуань шёл впереди, на полшага. Фотограф, видимо, забыл отключить звук — раздался щелчок затвора.
Чжи Цзяюй не волновалась за себя, но ей было интересно, как отреагирует он. Она взглянула на него: звук был явный, но Хэгуань будто не услышал.
Она ускорила шаг и поравнялась с ним.
— Ся Хэгуань! — поздоровалась она, чувствуя, что слишком поздно для приветствия, но желая завязать разговор. — Сегодня прекрасная погода!
«Прекрасная погода?» — подумал он. Такая погода держится уже неделю. Он слегка приподнял уголки губ, и его и без того приподнятые губы изогнулись в красивой улыбке.
Облака уже не занимали центр неба — они громоздились у горизонта, словно акварельные слои, переходящие один в другой.
Да, погода действительно прекрасна.
Он улыбнулся! Лицо Чжи Цзяюй расплылось в ещё более широкой улыбке:
— А зачем ты попросил меня остаться после уроков? Что-то случилось?
Пока они говорили, уже дошли до школьных ворот.
— Где ты живёшь? — спросил он.
— А? — не поняла она.
Ся Хэгуань остановился у ворот и повторил:
— Где твой дом?
— Там, — указала она в нужном направлении, — Жилой комплекс «Шулинь».
Хэгуань слегка нахмурился — не слышал о таком месте, но ничего не сказал, лишь кивнул:
— Пойдём.
Чжи Цзяюй не двинулась с места.
Он сделал шаг, но, не услышав шагов за спиной, остановился и обернулся. На его лице появилось редкое для него выражение — почти детское недоумение.
— Ты что… хочешь проводить меня домой? — спросила она, не веря своим ушам. — Мой кумир провожает меня?! Этого не может быть!
— Почему нет? — спросил он в ответ.
В школе она всегда окружена друзьями: то болтает с соседкой по парте, то бегает к маленькой девочке сзади, то заглядывает в соседний класс.
Именно поэтому он и попросил её остаться после уроков.
Чжи Цзяюй: «...» Придумать возражение было не так-то просто.
Она вспомнила: стоит Хэгуаню просто появиться рядом с обычной девочкой — и одноклассники уже считают это сенсацией, фотографируют и обсуждают. Теперь же фото, где они идут вместе, наверняка уже разлетелись по всем школьным чатам.
Неужели простое общение с другом вызывает такой ажиотаж?
— Ладно! — моргнула она и пошла вперёд. — За мной!
На этот раз она шла впереди на полшага.
— Кстати, ты так и не сказал, зачем попросил меня остаться после уроков?
Ся Хэгуань испытывал сейчас сложные чувства. Сегодня он наконец нашёл ту самую Цзяюй, которую искал с начальной школы. Для него в этом мире существовала только одна Цзяюй — его единственный друг.
Но сегодня, найдя её, он понял: в её жизни он — далеко не единственный друг.
http://bllate.org/book/11593/1033293
Готово:
