Телефон то и дело подавал звуковые сигналы.
Мама Цзян взяла его в руки и увидела сплошные уведомления «Добавить в друзья». Догадалась: наверное, это те самые люди, о которых говорила Юньлань — те, кто хочет заказать пошив одежды.
Она поочерёдно приняла все заявки и начала обсуждать с ними детали индивидуального пошива.
...
— Динь!
[Прогресс карьеры мамы хозяина +2.]
[Текущий прогресс карьеры мамы: 3/100.]
[Пожалуйста, продолжайте стараться, чтобы как можно скорее завершить основное задание.]
В голове Жунжун внезапно прозвучал голос Системы, и она тут же выпрямилась:
— Система?
— Великий пиши, пожалуйста, продолжайте в том же духе, — ободрила Система.
Жунжун немного подумала и ответила:
— Система, Жунжун будет стараться.
Она коротко переговорила со Системой про себя, а потом снова устроилась перед мультиками.
...
Прошла неделя.
Ранним утром Лу Шиси застал на кухне сестру и Аньаня. Видя, что дети скучают в ожидании завтрака, он спросил:
— Жунжун, второй брат загадает тебе загадку. Проверим, какая ты умница.
— Быстрее спрашивай! — широко распахнув глаза, нетерпеливо воскликнула Жунжун.
Лу Шиси медленно произнёс:
— Допустим, в левой руке у второго брата дыня, а в правой — арбуз. Какой из них, по-твоему, больнее ударит по голове?
— Эм...
Жунжун серьёзно задумалась. Ей показалось, что вопрос очень сложный.
Лу Шиси наблюдал, как сестра напрягается, решая, какой плод больнее, и уголки его губ невольно приподнялись.
— Ды... дыня больнее, — осторожно предположила Жунжун.
Едва она произнесла эти слова, как заметила улыбку на лице второго брата и тут же переменила ответ:
— Нет... не так! Арбуз больнее!
Лу Шиси с трудом сдерживал смех:
— Жунжун, ты уверена, что это арбуз?
— Уверена! — гордо хлопнула себя по маленькой грудке девочка.
Лу Шиси громко рассмеялся и слегка стукнул сестру по голове.
— Жунжун, к сожалению, ответ неправильный.
— Значит, дыня? — продолжила пробовать девочка.
— Тоже нет, — покачал головой Лу Шиси.
— Тогда... тогда... — мозги Жунжун будто зависли, и она никак не могла понять, в чём же правда.
Увидев, как сестра мучается, Лу Шиси всё же раскрыл ответ:
— Конечно, самой больной будет голова у Жунжун — у этой маленькой глупышки!
Жунжун: «!!!»
Она уставилась на ухмыляющегося второго брата, который назвал её глупышкой. В её больших глазах тут же собрались слёзы.
— Ууу... Второй брат говорит, что Жунжун глупышка! Но Жунжун не глупышка, совсем нет...
Она повернулась к Аньаню, и её уже покрасневшие глаза наполнились слезами:
— Аньань, Жунжун ведь не глупышка, правда?
— Нет, не глупышка, — успокоил он.
Лу Шиси понял, что сейчас начнётся настоящий потоп. Если об этом узнают старший брат или отец, ему достанется двойная порка. Он поспешно стал утешать:
— Жунжун — не глупышка, она умничка!
— Но Жунжун уже не яичко, она вылупилась! — возразила девочка, явно не чувствуя себя утешённой.
Лу Шиси видел, что слёзы вот-вот хлынут рекой, и понимал: если не успеет уладить ситуацию до определённого времени, ему не поздоровится. Он лихорадочно искал выход и вдруг заметил на столе готовые сэндвичи. Подхватив один, он протянул его сестре:
— Жунжун, посмотри, что это?
— А, сэндвич! Жунжун любит сэндвичи! — её глаза тут же распахнулись ещё шире, и она с жадностью схватила еду, начав уплетать. Вкус был знакомый и восхитительный.
Лу Шиси перевёл дух, увидев, что сестра полностью поглощена едой. Он протянул второй сэндвич Аньаню:
— Аньань, держи свой сэндвич.
Аньань взял его, но не стал есть сразу — он бережно держал в руках, собираясь отдать Жунжун.
— Ну же, дети, найдите себе тихое и удобное местечко и наслаждайтесь радостью от вкусной еды, — сказал Лу Шиси, мягко подталкивая их выйти из кухни.
Аньань последовал за Жунжун, и они уселись на стулья.
— Аньань, ешь, сэндвичи такие вкусные! — щёчки Жунжун надулись, словно у милого хомячка.
— Хорошо, пусть Жунжун ест, — ответил Аньань.
Когда Жунжун доела свой сэндвич, Аньань протянул ей свой.
Девочка посмотрела на него и попыталась отдать обратно. Они несколько раз передавали бутерброд друг другу, но Аньань настойчиво держал его перед ней.
— Аньань, почему ты сам не ешь? — спросила Жунжун.
На лице мальчика появилась мягкая улыбка:
— Потому что Жунжуну нравится.
Жунжун взяла сэндвич, разломила его пополам и большую часть протянула Аньаню:
— Теперь мы оба можем есть. Аньань, быстрее ешь!
— Хорошо, — кивнул он.
Глядя на сэндвич с маленьким угломком, Аньань понял: Жунжун отдала себе слишком мало. Он собрался снова разделить его поровну, но на его руку легла маленькая пухлая ладошка с ямочками.
— Аньань, доедай! — сказала Жунжун. — Видишь, я уже всё съела. Ты тоже должен быть послушным и доедать. Иначе Жунжун не будет с тобой играть и пойдёт к другим детям.
Услышав это, Аньань тут же сунул сэндвич в рот и начал усердно жевать.
— Вот и умница! Жунжун всегда будет рядом с тобой, — сказала она, положив ручку на пушистую головку Аньаня и ласково похлопав. — Если захочешь ещё, Жунжун принесёт тебе ещё один.
— Хорошо, — кивнул Аньань и продолжил есть.
...
После завтрака Жунжун повела Аньаня в комнату, где мама шила одежду. Всё вокруг вызывало у неё живой интерес.
Мама Цзян, увидев входящих малышей, нежно спросила:
— Жунжун, Аньань, что вам нужно?
— Мама, Жунжун привела Аньаня посмотреть, как ты шьёшь одежду, — пропищала девочка.
— Хорошо, — улыбнулась мама. — Жунжун, мама только что завершила ещё один заказ.
Едва мама закончила фразу, в голове Жунжун раздался голос Системы:
— Динь!
[Прогресс карьеры мамы хозяина +2.]
[Текущий прогресс карьеры мамы: 18/100.]
[Пожалуйста, продолжайте стараться, чтобы как можно скорее завершить основное задание.]
Жунжун слышала эти уведомления последние дни — все они были связаны с мамой. Сейчас же её внимание было приковано к предметам на столе, и она почти не обращала внимания на Систему.
Подойдя ближе, она заметила настольные эскизы — те самые человечки, что видела раньше, но теперь на них были другие наряды.
— Мама молодец! А это что такое? — с любопытством спросила она.
— Это эскизы, — терпеливо объяснила мама. — По ним и шьют одежду.
— Тётя, а это что? — Аньань указал пальчиком на изогнутый, волнообразный инструмент.
— Это лекало, — ответила мама Цзян. — Оно помогает вычерчивать изгибы для горловины, пройм и других закруглённых участков. Очень удобная вещь.
Аньань кивнул:
— Понятно.
Мама усадила детей на маленькие стульчики и начала кроить ткань.
Жунжун послушно кивнула и устроилась рядом с Аньанем, наблюдая, как мама водит большими ножницами по ткани.
— Мама, а эта вырезанная форма такая странная! — удивилась она.
— Это рукав, дорогая, — пояснила мама, не прекращая работу. — Потом мама сошьёт все детали вместе, и ты увидишь готовое изделие.
Аньань внимательно следил за процессом и уже представлял, как будет выглядеть одежда.
Внезапно он почувствовал лёгкое давление на плечо — рядом с ним опустилась пушистая головка. Жунжун, прислонившись к нему, уже тихо посапывала во сне.
Заметив, что её головка начинает соскальзывать, Аньань осторожно поднял ручку и аккуратно вернул её на место, чтобы девочке было удобнее.
Жунжун во сне видела, как вокруг неё кружатся вкуснейшие угощения. Она тянулась к ним и, поймав, тут же отправляла в рот, наслаждаясь каждым кусочком.
Аньань наблюдал, как она несколько раз хватает воздух и потом засовывает кулачок себе в рот.
— Жунжун, нельзя есть руки, — тихо сказал он.
Он аккуратно вытащил её кулачок и крепко сжал в своей ладони, не позволяя снова отправить в рот.
Жунжун чмокнула губками, почувствовав пустоту во рту, и постепенно проснулась:
— Куда подевались все мои вкусняшки?
Аньань, увидев, что она очнулась, ласково погладил её по голове:
— Жунжун, хорошая девочка, не ешь ручки.
Поняв, что заснула и ела собственный кулачок, Жунжун смущённо почесала затылок:
— Аньань, Жунжун больше так не будет.
Мама Цзян услышала их трогательный разговор и чуть не рассмеялась, но тут же осознала, что дочери стало скучно.
— Жунжун, Аньань, идите играть, — сказала она.
— Хорошо, мама! Я поведу Аньаня смотреть мультики! — оживилась Жунжун.
— Идите, — разрешила мама.
Жунжун кивнула и потянула Аньаня вниз, в гостиную.
...
После обеда Жунжун немного отдохнула, затем надела маленький рюкзачок и, взяв за руку Аньаня, отправилась вместе с двумя братьями «на прогулку» в парк.
В рюкзаке у неё лежали самодельные помпоны с яркими лентами — она собиралась поддерживать старшего брата в качестве главного болельщика.
Через несколько минут Лу Шичжоу и компания добрались до ближайшего парка. В это время там почти никого не было.
Лу Шиси провёл старшего брата на ровную, свободную площадку:
— Здесь и начнём.
Все эти дни он сопровождал брата, шаг за шагом наблюдая, как тот становится всё крепче: время, которое Лу Шичжоу мог стоять, становилось всё дольше.
Жунжун вытащила из рюкзачка помпоны и протянула один Аньаню:
— Держи, Аньань! Будем махать и кричать: «Ура! Ура! Старший брат, вперёд!»
Аньань взял помпон с лентами и, повторяя за Жунжун, начал энергично им размахивать:
— Ура! Ура!
Под звонкие возгласы болельщиков Лу Шичжоу медленно поднялся на ноги.
На этот раз всё прошло гладко. Он сделал паузу, собрался и осторожно попытался сделать шаг.
Лу Шиси понял: старший брат пытается ходить. Хотя нога поднималась невысоко и движения были медленными, первый шаг удался.
— Брат, молодец! Попробуй ещё немного пройти? — подбодрил он.
Лу Шичжоу, услышав это, усилием воли поднял вторую ногу и переставил её вперёд.
Убедившись, что и это получилось, он радостно воскликнул:
— Я... я могу немного ходить!
Лу Шиси поддерживал брата, словно того учат ходить впервые, и мягко вёл его шаг за шагом:
— Брат, ты потрясающий! Попробуй ещё несколько шагов.
— Хорошо.
Лу Шичжоу почувствовал, что теряет равновесие, и быстро оперся на младшего брата, чтобы не упасть, продолжая упорно двигаться вперёд.
Лу Шиси, видя, как тот устаёт, осторожно помог ему сесть обратно в инвалидное кресло:
— Брат, я же просил — не напрягайся. Если станет плохо, сразу говори.
http://bllate.org/book/11264/1006278
Готово:
